Чтение онлайн

Я замер.

Она ничего не сказала. Просто смотрела. Как кошка на мышку, которая пыталась дёрнуться, но поняла, что лучше не надо. Потом её пальцы снова расслабились и продолжили гладить мои волосы — ласково, успокаивающе, но я чувствовал эту скрытую угрозу.

Она злилась. Я знал это. Знал с того самого момента, как пришёл в комнату и встретил её взгляд. Но она ничего не говорила. Молчала. И это молчание было хуже любых криков.

Я лежал, позволял себя гладить и старался не провоцировать. Смотрел на её грудь, но даже думать боялся о том, чтобы прикоснуться. Лана была опасна. А злая Лана — смертельно опасна.

— … а ты что думаешь, Роберт? — вдруг спросила Мария.

Я вздрогнул, выныривая из своих мыслей.

— А? О чём?

Катя с Марией переглянулись и засмеялись.

— Видимо, о своём, — усмехнулась Катя.

Лана промолчала. Только чуть сильнее сжала пальцы на моём затылке.

Я выдохнул и снова уткнулся в её колени. В комнате пахло чаем, печеньем и напряжением, которое, кажется, чувствовали все, но никто не решался назвать вслух.

Через час напряжения как не бывало. Лана, кажется, наконец-то расслабилась — то ли устала злиться, то ли поняла, что я никуда не денусь и не собираюсь оправдываться или выкручиваться. Она сидела на кровати, свесив ноги, а я устроился в ногах, взял её ступню и начал массировать.

Это было привычное дело. Мы с Ланой часто делали друг другу массаж после тяжёлого дня — она любила, когда я разминал её уставшие ноги. А она в свою очередь массажировала мне спину. И сейчас, когда её пальцы расслабленно сжались, а голова откинулась на подушку, я почувствовал себя не провинившимся щенком, а почти королём ситуации.

— Ммм, — промурлыкала Лана, прикрывая глаза. — Хорошо…

Я разминал её ступни, икры, поднимаясь выше. Катя и Мария за столом всё так же обсуждали свои доклады, и их голоса звучали ровным, уютным фоном.

— … а ещё я добавила ссылку на труд Гертруды фон Шталь «Магическая анатомия химер», — говорила Катя, отпивая чай. — Там как раз есть глава о регенерации мантикор. Они могут восстанавливать утраченные части тела, но только если не повреждено жало.

— Серьёзно? — Мария удивлённо подняла брови. — А я думала, они бессмертны.

— Нет, это миф. На самом деле, если отрубить голову, они умирают, как и все. Но вот хвост могут отрастить за пару недель.

Лана перевернулась на живот, укладываясь поудобнее. Я подвинулся ближе, продолжая массировать её ноги, теперь уже бёдра. Она чуть приподняла таз, расстегнула пуговицу на шортах и приспустила их, оголяя ягодицы, прикрытые только кружевными трусиками.

Я усмехнулся про себя и продолжил. Мои руки скользнули выше, разминая упругие ягодицы, то нежно, то чуть сильнее. Пальцы иногда забирались под край трусиков, касаясь нежной кожи и скользя по самым интимным местечкам. Лана довольно выдохнула, но даже не открыла глаз.

— А у меня тема про минотавров, — вставил я, не прерывая массажа. — Горные минотавры, их конфликты с дварфами в четвёртом веке. Интересно, что дварфы считали их просто тупыми монстрами, а на самом деле у минотавров была развитая культура и даже своя письменность.

— Правда? — Катя повернулась ко мне, и в её глазах мелькнул неподдельный интерес. — Я не знала. А есть научные работы?

— Да, Герман фон Эйхвальд писал об этом, — ответил я, массируя левую ягодицу. — Он нашёл пещерные рисунки и расшифровал несколько символов. Минотавры считали дварфов захватчиками своих священных гор.

— Вот это поворот, — задумчиво протянула Мария. — Обычно все истории пишут победители.

— Именно, — кивнул я. — Мой доклад как раз об этом. О том, как предвзятость искажает историю.

Лана под моими руками тихо замурлыкала, расслабленная и довольная. Я чувствовал, как напряжение уходит из её тела, сменяясь приятной истомой. Мои пальцы продолжали свою работу, иногда чуть задерживаясь там, где ткань трусиков уже не была преградой.

— А единороги, — вернулась к своей теме Мария, — по версии Грина, ушли в иные миры, потому что не вынесли жадности. Романтично, но научного подтверждения мало.

— Зато красиво, — улыбнулась Катя. — Иногда красивая легенда важнее сухих фактов.

— Как наши отношения, — неожиданно добавила Лана, не открывая глаз.

Мы все на секунду замерли. А потом рассмеялись.

— Точно, — сказал я, и мои пальцы чуть сильнее сжали её ягодицу. — Легендарные.

Лана фыркнула, но не возражала. Атмосфера в комнате была такой тёплой, такой домашней, что я вдруг понял — вот оно, счастье. Сидеть, делать массаж любимой девушке, слушать, как две другие обсуждают магических существ, и чувствовать себя частью этого странного, но такого родного круга.

И даже мысль о том, что Лана ещё не высказала мне всё, что думает о моих поцелуях с Катей, отступила куда-то на задний план. Сейчас было хорошо. И этого было достаточно.

Спустя двадцать минут я окончательно завёл Лану. Её шортики уже давно валялись где-то в стороне, забытые и ненужные. Лана лежала у меня на коленях, лицом к моему животу, и делала то, от чего у меня сносило крышу.

Она вытащила мой член и ловко спрятала его ото всех — у себя во рту. Катя с Марией сидели за столом, увлечённо обсуждая свои доклады, раскладывая листы с материалами и тыча пальцами в схемы. Они даже не смотрели в нашу сторону, полностью погружённые в магических мантикор и вымирающих единорогов.

А Лана тем временем сосала. Медленно, глубоко, с явным удовольствием. Моя рука скользнула под её трусики и ласкала мокрую, горячую киску, чувствуя, как она вздрагивает от каждого прикосновения. Её алые глаза смотрели на меня снизу вверх — пристально, хищно, с какой-то кошачьей насмешкой.

Она специально чуть прикусила головку, и я дёрнулся, зашипев сквозь зубы. Лана довольно улыбнулась — насколько это было возможно с набитым ртом — и продолжила, уже нежнее, но всё так же провокационно. Я морщился, стараясь не издавать лишних звуков, чтобы не привлекать внимание девушек за столом.

Когда ей надоело играть, Лана резко встала, повернулась ко мне попкой и одним плавным движением стянула трусики. Я на секунду перевёл взгляд на Катю с Марией — но те были слишком увлечены. Катя показывала Марии какой-то древний трактат, и они оживлённо жестикулировали.

Лана взяла мой член в руку и, не оборачиваясь, медленно села на него спиной ко мне. Я ахнул, когда вошёл в неё — туго, горячо, идеально. Мои руки сами собой легли на её ягодицы, сжимая, чувствуя, как под пальцами перекатываются мышцы.