Чтение онлайн

Мы двинулись по главной аллее академии. Прогулка напоминала шествие по минному полю, где каждая фраза могла стать роковой. Каин Блад, не скрывая неприязни, вёл себя как инспектор на смотре нищих.

— А я смотрю, тут полно уважаемых и богатых аристократов, — начал он, его алый взгляд скользнул по паре проходящих мимо старшекурсников в дорогих мантиях. — Хороши для партии. Не знаю, почему моя дочка выбрала такого. — Он бросил на меня уничижительный взгляд.

Лана тихо зарычала, вцепившись в мою руку так, что пальцы онемели. Её хватка была единственным тёплым и реальным ощущением в этом ледяном кошмаре.

— Сердцу не прикажешь, — парировал я, чувствуя, как натянутая улыбка застывает на лице. — Да и, может, она чувствует, что её парень добьётся успеха. У девушек есть своя магия — интуиция.

— Слишком рискует, — отрезал Каин.

— Да. Иначе в нашей жизни нельзя. Нам приходится рисковать и чем-то жертвовать, — я посмотрел прямо на него.

— Ох, — фальшиво вздохнул герцог. — Но её парень-то точно ничем не жертвует.

— Правда? — я усмехнулся, ощущая, как закипаю изнутри. — Если только приходится терпеть хамство со стороны. Но он был к этому готов.

— Какой смелый мальчик.

— Муж, — поправил я, и в голосе впервые прозвучали стальные нотки. — Мальчики в академию не поступают.

Каин на мгновение замолк, его алые глаза сузились. Он всё так же смотрел на меня с нескрываемым недовольством, смешанным с лёгким удивлением от моей наглости.

— Если Вы так считаете. А какие у него особые черты? — язвительно поинтересовался он, словно спрашивая о достоинствах скаковой лошади.

— Харизма, — улыбнулся я, пожимая плечами.

— Может быть, Вы хотели сказать «харассмент»? — съязвил Каин, и на его губах заплясала гаденькая ухмылка.

— Нет. Его подобное не интересует.

— Может, хватит уже? — взорвалась Лана, её терпение лопнуло. — Я хочу выйти за него замуж, пап!

Чего?! — мой мозг отключился на секунду. Я остолбенел, глядя на неё. Это был тот самый «сюрприз»? Объявление войны собственному отцу, используя меня в качестве знамени? И…свадьба…так-так-так…

— Я не вижу в нём достойной партии, — холодно отрезал Каин, и его лицо стало каменным. — Да и он должен у меня попросить твоей руки. — Герцог гордо выпрямился.

— Так ты сразу откажешь! — в голосе Ланы зазвенели отчаяние и ярость.

— И что? Традиции! — парировал отец, и в его тоне звучало непоколебимое упрямство аристократа, для которого условности были важнее счастья дочери.

Я стоял, чувствуя, как земля уходит из-под ног. А она… реально начала уходить из-под ног.

Из тени под ногами Ланы, с шипением, будто разрывая саму реальность, выскользнул черный металлический шип, острый и длинный, явно нацеленный ей прямо в сердце. Мыслей не было — лишь инстинкт. Я изо всех сил толкнул Лану в сторону, но сам не успел отпрыгнуть. Шип с свистом пронзил воздух, порвал правый рукав моей куртки и оставил на руке горящую полосу пореза. Боль была острой и точной.

— А это что ещё? — вырвалось у меня, больше от удивления, чем от страха.

— Нападение? В Академии?! — прогремел герцог Каин, и его алые глаза загорелись яростью. — Кто посмел?!

Шип не исчез. Он будто растаял в тени и тут же, как жидкое лезвие, выстрелил из другого положения, снова целясь в Лану. Она, широко раскрыв глаза от шока, всё же среагировала. Её тело вдруг покрылось алым, полупрозрачным свечением, словно она стала фигурой из жидкого рубина. В следующее мгновение она просто… опала, превратившись в лужу крови, которая стремительно перелилась в сторону на несколько метров, чтобы снова принять её облик.

— Что встал?! — прорычал герцог, и его взгляд, полный презрения, впился в меня. — Так и будешь смотреть, как мою дочь хотят убить? Ты её суженный или нет?!

А че я сделаю?! — пронеслось в голове. — Кулаками изобью?!

Лана, уже стоя на ногах, отряхивалась, а её лицо исказила ярость.

— Может, хватит уже?! — гаркнула она в пустоту.

Герцог цыкнул, и в его руке материализовалась тяжёлая цепь, сплетённая из сгустков запёкшейся крови. Он с хлёстким свистом метнул её в чёрную тень, пытавшуюся ускользнуть, и на мгновение сдавил её.

— Вот и всё. Да-а-а… — вздохнул герцог с горьким торжеством. — Всё же я был прав. Плохой у тебя, дочка, вкус. Смотри, как он беспомощен.

Но тень не сдалась. Она сжалась, а затем с оглушительным хрустом, будто ломая кости, разорвала кровавую цепь на тысячи алых брызг. Вырвавшись, она ринулась не на Лану, а прямо на герцога Каина, приняв форму остроконечного копья тьмы.

И тут я почувствовал это. Тот самый странный, спящий внутри вихрь. Мою силу. Я нихрена не знал, как ею пользоваться, но ноги понесли меня сами. Я рванулся вперёд и встал между летящей смертью и отцом Ланы, раскинув руки.

Тень ударила мне прямо в грудь.

Не было звука. Только ослепительная, ядовито-розовая вспышка, которая на мгновение выжгла всё вокруг. Мир передо мной схлопнулся, будто кто-то резко дёрнул за штору.

Пропала земля под ногами. Пропали звуки боя. Я оказался в воздухе, метра на три над землёй, и тут же с оглушительной силой полетел вниз. Удар. Боль, резкая и тупая, отозвалась в ноге и во всём теле, вышибая воздух из лёгких. Я рухнул на что-то мягкое и влажное.

С трудом открыв глаза, я попытался сориентироваться. В ушах звенело. Я лежал на слое прелых листьев. Вместо аккуратных аллей академии вокруг меня возвышались древние, покрытые мхом деревья. Густой, влажный воздух пах гнилой древесиной и дикими травами. Было тихо. Слишком тихо.

Где чёрт возьми… лес? — прошептал я мысленно, пытаясь подняться и замирая от новой волны боли. Академии и след простыл.

Рядом с моим лицом, прямо на прелых листьях, воздух затрепетал и сформировался в знакомую розовую фигурку. Хранитель Воли, тот самый енот, материализовался, встал на задние лапки и зашипел в сторону, откуда появилась тень, ощетинившись всей своей нелепой шёрсткой.

— Ты где всё это время был? — хрипло выдохнул я, пытаясь игнорировать боль в боку.

— Не могу же я вечно быть рядом с тобой, — пропищал он, но в его тоненьком голосе слышалась неправда, будто он пойман за руку.

— Я что, опять в твоём… — я не успел договорить.

Из той же тени, что атаковала нас, начало вытекать что-то густое и чёрное. Оно поднялось, вытянулось и приняло форму мужчины в безупречном тёмном костюме. Его лицо было бы красивым, если бы не глаза. Холодные, бездонные, и даже белки глазных яблок были угольно-чёрными, словно в них не было ничего, кроме пустоты. Густые смоляные волосы идеально лежали.