Чтение онлайн

2. Выборные судьи пользуются большим доверием населения, чем назначенные правительством. Несомненно, что когда тяжущиеся условливаются разрешить возникший между ними спор относительно своих юридических отношений третейским судом, то избирают третейскими судьями людей, которым наиболее доверяют. Но судья, избранный всем населением, является не кем иным, как постоянным третейским судьей для разрешения всех будущих дел в данном округе. Следовательно, он пользуется наибольшим доверием населения, почтившего его избранием. Можно даже измерить степень этого доверия: она пропорциональна количеству голосов, полученных судьей на выборах 179 . Даже в том случае, если выбор сделан неудачно и судья не оправдал возлагавшихся на него надежд, все-таки выборное начало не утрачивает своего значения в глазах граждан, ибо, во-1-х, они останутся при убеждении, что назначенный судья мог быть еще хуже, так как ими выбран тот, кто казался наилучшим, а во-2-х, граждане будут утешаться тем, что при следующих выборах забаллотируют негодного судью и заменят его другим.

3. Выборное начало наиболее гарантирует хорошее качество судейского персонала, так как население каждого судебного округа, близко зная местных обывателей, выставляющих свои кандидатуры в судьи, и будучи глубоко заинтересовано в хорошем суде, старается отдавать свои голоса наиболее достойным из них. Народ, как заметил Монтескье, удивительно умеет выбирать тех, кому он должен вверить власть. Собственный интерес является в этом случае наилучшим советником и поощрителем к тщательному выбору.

4. Выборное начало дает возможность обновлять и улучшать состав судов, переизбирая на новые сроки оказавшихся достойными судей и удаляя тех, которые не оправдали доверия 180 . Притом такое удаление нисколько не обидно для судьи и не преграждает ему доступа к занятию других должностей, что может быть результатом увольнения судьи начальством. Судья, не переизбранный на новый срок, только разделяет судьбу всех забаллотированных кандидатов, но не подвергается унизительному отстранению от должности 181 .

В противовес приведенным соображениям в пользу выборного начала выставляется целый ряд существенных возражений против него.

1. Из принципа разделения властей вовсе не следует, что органы одной власти не могут быть назначаемы носителем другой власти. Самостоятельность суда нисколько не нарушается этим при том условии, если после состоявшегося назначения разрывается всякая связь между назначившим и назначенным и независимость последнего делается вполне обеспеченной. Разорвать же эту связь можно путем признания судей несменяемыми и установления рациональной системы прохождения судейской карьеры (см. § 18–21).

2. Выборы судей нельзя приравнивать к выборам депутатов в политические представительные собрания. Граждане, расходясь между собой в политических убеждениях, образуют различные политические партии и стараются провести в парламент тех из своих единомышленников, которых считают наиболее способными отстаивать интересы и мнения своей партии. При выборах же судьи дело идет совсем о другом: о выборе не представителя от партии, а беспристрастного, честного и надлежащим образом подготовленного человека, способного отправлять правосудие, не поддаваясь ни личным симпатиям, ни партийным соображениям. Поэтому, как совершенно верно отметил Милль, «менее всего назначение должностных лиц путем народного голосования желательно в судебном ведомстве. Народ мало способен правильно оценивать специальные знания и качества, требуемые для занятия этого рода должностей, а между тем нет должности, где бы безусловное беспристрастие и непричастность к политическим партиям были бы так важны, как тут» 182 .

3. Большинство населения может знать кандидатов в судьи только поверхностно, с внешней стороны, и неспособно оценить подготовленность и пригодность их к занятию судейских должностей 183 .

Если же закон разрешит выставлять кандидатуру в судьи только тем лицам, которые получили юридическое образование и практическую подготовку при судах, то легко может случиться, что в некоторых округах таких лиц в момент выборов вовсе не окажется, а в других будет меньше, чем требуется для замещения вакансий.

4. Выборная система неизбежно связана с агитацией и разными приемами конкуренции, допустимыми при политических выборах, но не соответствующими существу избрания судей и достоинству судейского звания. Кандидат в судьи поневоле должен искать знакомства и связи, подслуживаться влиятельным лицам и даже давать – прямо или косвенно – различные обещания относительно направления своей будущей судейской деятельности 184 . «При такой системе судья уже наперед утрачивает достоинство своего звания; он не является более представителем закона и не пользуется уважением, которое внушает закон; напротив, он унижает закон тем самым, что делает его игрушкой избирательных страстей и исхода голосования» 185 .

5. Выборное начало естественным образом предполагает срочность избрания, так как гражданам нужно дать возможность переизбрать оправдавших их доверие судей и удалить оказавшихся негодными. Но срочность избрания, подрывая принцип несменяемости судей (см. § 18), ставит их в зависимость от избирателей. Из боязни быть забаллотированными на новых выборах судьям приходится заискивать у лиц, голосами которых они избраны, всячески угождать им и нарушать судейское беспристрастие 186 .

Самый большой вред, который способна принести выборная система, состоит именно в том, что судьи легко могут попасть в зависимость от политических партий, победивших на выборах. «Судья, избранный голосами своих политических друзей, будет во сто раз пристрастнее и опаснее, чем назначенный правительством» 187 . Как глава государства, так и министр юстиции могут интересоваться исходом весьма немногих дел и потому станут вмешиваться в отправление правосудия в крайне редких случаях. Иное дело – избиратели. Они имеют тысячи поводов и предлогов, чтобы попытаться оказать влияние на судей, пользуясь зависимостью, в какой находится от них судьба судей. И чем ближе судья к тяжущимся, обладающим избирательными правами, тем сильнее его зависимость от них 188 .

Предлагались три способа уничтожить зависимость судей от избирателей.

Первый состоит в том, чтобы судьи избирались пожизненно или по меньшей мере на очень продолжительный срок: 15–20 лет. Тогда они не были бы принуждены заискивать у избирателей из боязни быть забаллотированными на ближайших очередных выборах. Но, как было указано выше, срочность избрания составляет существенную принадлежность выборной системы, которая тем и хороша, что дает гражданам возможность удалять судей, не оправдавших доверия. Если же сделать судейскую службу бессрочной или очень долгосрочной, то выборная система теряет свой смысл; тогда ее необходимо заменить какой-нибудь другой системой, представляющей больше гарантий замещения судейских должностей вполне подходящими лицами, чем избрание обыкновенными гражданами, которые не имеют возможности правильно оценивать сравнительные достоинства кандидатов и ошибки которых при выборах судей будут чувствоваться не одним поколением 189 .

Второй способ сделать выборных судей независимыми от избирателей – прямо противоположный: нужно запретить переизбрание судей на новые сроки. Тогда судьи смогут беспристрастно отправлять правосудие, не стремясь угодить влиятельным лицам, ибо все равно должны будут оставить службу по истечении срока, на который были избраны. Но этот способ имеет то огромное неудобство, что превращает судейскую службу в кратковременное занятие, вследствие чего, во-1-х, среди сколько-нибудь способных людей найдется мало охотников баллотироваться в судьи и, во-2-х, те, кто будут избраны, не успеют приобрести надлежащего судейского опыта. Неизбежным результатом того и другого явится низкий уровень судейского персонала 190 .