Ламии. Во тьме
Шрифт:
20.
На протяжении последующих пары недель ничего серьезного не происходило. Конечно, мы пререкались с Денисом, и он доводил иногда меня до белого каления, но всё же, эти дни нам было проще всего и легче. В нашем городе проходил фестиваль пива! Это самый глупый праздник, на котором я когда-либо присутствовала. Так я считаю сейчас и считала тогда, когда была нормальной!
Наша местная пивоварня, выпускающая довольно известную марку пива, на радость всем алкоголикам и легкомысленной молодёжи нашего города каждый год устраивала целое представление, включающее в себя не просто концерт местных рок-групп, а ещё и халявную попойку. А в этом году всё было по-особенному дольше и больше, так как у величавой марки напитка случился юбилей.
Сотни людей с вечера пятницы толпились на главной площади перед большой концертной сценой, упиваясь сначала бесплатным пивом из больших бочек, понаставленных в ряд окружённый полицией, а когда разлив закончился, опустошили все прилавки близлежащих магазинов и киосков.
Мы с Денисом стояли в стороне подальше от нашествия на обычно пустующую площадь половины города, под раскаты гитарного соло, с застывшими усмешками на наших лицах взирали на этот цирк.
Мы с ним ведь когда-то тоже прыгали там, в толпе, безумно счастливые и пьяные. Я помню этот идиотский восторг, разрывающий мою грудь, когда мы с друзьями орали совсем не знакомые нам песни, сбиваясь в словах и смеясь. Мы обнимались, наступали друг другу на ноги, а Ромка подливал нам пиво в пластиковые белые стаканчики. Я вспомнила улыбающуюся Еву… Антона, который глядел на меня стоя напротив.
Мои глаза обожгло и я быстро проморгалась, опустив голову.
– Я в том году потерял свою золотую цепочку на таком празднике.
– Денис подпинул носом своего ботинка алюминиевую смятую банку из-под какого-то коктейля. Скоро каждый сантиметр этой площади будет по лодыжки усеян подобным мусором.
– Мне тогда крупно влетело от отца.
– парень посмотрел на меня и насупился - Почему мы всё ещё торчим здесь?
– Не знаю… - я безразлично оглядела стену из толпы перед нами. Мы уже укусили двух друзей, шатающихся невдалеке в поисках туалета, и теперь действительно не было смысла больше тут находиться.
Весёлый народ ещё два - три дня бродил по всему городу, собирался у местного озера на пляже, в парке и по дворам. Ночь и пьяные люди, что могло быть легче?
Сегодня, мы сидели на крыше девятиэтажного дома, что возвышался над главной улицей, и смотрели на наш город, с его горящими разноцветными огнями, вглядывались в лица бродивших по тротуарам людей.
– И так каждый праздник? Ты сидишь и смотришь на них с тоской в глазах?
– Денис покрутил в руках полупустую банку Вин Кода, которую одним глотком осушил и, смяв в кулаке, отпустил вниз. Он сидел на тонком металлическом ограждении крыши, свесив ноги в пустоту и банка, прокатившись по небольшому скату, сорвалась с крыши.
– Никакой тоски в глазах, не выдумывай.
– я откинулась назад, упершись руками в ледяную, застывшую смоляную поверхность, оторвав свой взгляд от милующейся парочки подростков, которым не дала бы больше тринадцати лет.
– И нет, я обычно не сижу, вот так, и не таращусь на них.
– Обычно ты таращишься на Антона, я прав?
– перебил меня вдруг Денис. Я замолчала. Ледяной ветер подхватил мои волосы и откинул их за плечи.
– Ты извини, просто ты возишься со мной всё это время и давно не наведывалась к своему парню.
– добавил быстро он - Думаю, это веская причина для грусти.
Я расслабилась и выдохнула…
– Не говори так!
– вырвалось у меня, и мой голос был слишком жестким - Ты мне не в тягость, а Антон… это должно было прекратиться когда-нибудь.
– Нет!
– воскликнул Денис, развернувшись ко мне и перекинул ноги через ограждение - Ты что, сдаёшься?
– Сдаюсь?
– переспросила я.
– Да! Ты отпускаешь его? Всё, ты уже… наигралась?
– Что? Зачем ты так?
– я не верила своим ушам. Внутри меня заклокотало негодование.
– Не оставляй это!
– Денис спустился на крышу и подошёл ближе.
Я не могла понять, что он имел в виду, сидела и пыталась прочесть что-либо на его бледном лице.
– Столько лет ты лелеяла это чувство внутри себя. Смотрела на него почти каждую ночь, и верила в лучшее. Рядом с ним ты забывала о реальности, не чувствовала себя монстром. Это стоит того, чтобы продолжать попыток…
– Попыток чего?
– прошептала я и мои глаза вспыхнули. Денис немного помолчал, глядя на меня, а потом приблизился и опустился передо мной на одно колено…
– Попыток быть с ним.
– Я не могу быть с ним.
– покачала я головой.
– Ты не пробовала.
– Ты шутишь сейчас? Это невозможно!
– молниеносно вскочила я на ноги - Зачем ты говоришь мне об этом? Мне и так нелегко, знаешь, сколько труда я вкладываю, чтобы не думать о нём каждую минуту своей никчёмной жизни?!
– Знаю, поэтому и говорю всё это. Аня, ты по-настоящему любишь его. Любишь, так же как и маму, и брата. Ты открылась матери, а с Владом у тебя получается неплохое общение. Это делает твою жизнь легче. Как сделает и мою, когда я решу навестить родных.
Я уставилась на него. Денис тосковал, так же как и я и ничто в этом мире, ни клубы, ни море крови и других наслаждений не могли унять эту боль.
– Я миллион раз думала об этом, но… я не могу.
– я отвернулась, не могла больше смотреть в горящие надеждой глаза парня, которого спасла и которому дала новую жизнь… жизнь без матери и отца, без друзей и яркого неба над головой… жизнь во тьме.
Денис быстро шагнул ко мне и притянул к себе. Я уткнулась лицом в прохладную кожу его куртки и неожиданно всхлипнула…
– Слёзы и сопли… Ты на меня плохо влияешь.
– дрожащей рукой я тронула свою щёку и показала ему её… на кончиках пальцев блеснули солёные капли.
– Ты плачешь.
– удивлённо вскинул брови Денис. Я закивала и ещё крепче прижалась к нему.
Дома я много думала об этом. Денис не начинал больше этого разговора, но я знала, что он не закончен. И я буквально ощущала внутри себя бесстыжее осознание того, что я действительно хочу быть с Антоном ближе, чем в десятках метрах и через стену.
Я стояла в своей спальне у окна, казавшегося сегодня ещё темнее, из-за серого октябрьского неба затянутого тучами и думала о том, что я, возможно, могла бы встретиться с Антоном… и просто заговорить. Не факт что он меня вспомнит и сразу узнает, ведь прошло столько лет. А если пойдёт что-то не так, я всегда могу внушить ему что этого никогда не было.
– Хочу тебе кое-что показать! Спустись вниз… - прервал мои рассуждения голос Дениса с первого этажа.
Я застала его в гостиной у телевизора, на котором во весь экран была фотография улыбающейся белокурой девушки. Конечно же, я узнала её, это она была рядом с ним на том огрызке фотографии на стене в его комнате.