Чтение онлайн

Комета ухватила рукоятку кнута покрепче, ее кожаная перчатка натянулась на костяшках пальцев. Обойдя жертву кругом, она изучающе осматривала его. С начала пытки он не произнес ни слова, и для нее это не было сюрпризом. Скорее всего не первый раз парень использует стратегию отмалчивания, а ей остается только повторять вопросы один за другим и покрывать спину новыми ударами. Казалось, прошла целая вечность, а на самом деле не больше десяти минут. После очередной серии ударов, ноги пленного все-таки соскользнули с пола, и он повис на руках, выражение лица исказилось от боли, но он так и не произнес ни звука. Пытаясь сапогами вернуть устойчивость, Флор едва заметно подтянулся, пару секунд повисел на цепях и осторожно коснулся ступнями пола. Последовал еще один удар, снова заставивший его потерять равновесие. Цепь натянулась, а я забыла, как надо дышать.

– Флор, пожалуйста, начните отвечать на вопросы, вы не выдержите больше. Хватит, он может ответить, вы знаете, как и знаете, почему этого не делает, – да, я слабая, не выдержала и взмолилась за него сама, прекрасно осознавая, что он лучше умрет, чем о чем-то попросит. Комета бросила на меня взгляд, нажала на кнопку у себя на запястье, и в метре от принца из пола поднялся прозрачный контейнер. Подойдя к нему, она залезла в карман, вытащила оттуда кольцо на цепочке. Так как рука женщины облаченной в перчатку, по сути, до атрибута она не дотрагивалась, и он не причинил ей вреда. Вложив его в колбу и закрыв ее, она снова вернулась на свое место, напротив меня, но по ту сторону подопытного.

– Близость атрибута ему поможет. Не сильно, но хотя бы выдержать оставшееся время, если не начнет говорить, – в голосе Кометы не узнавалась та женщина, что провожала меня до лазарета. Словно это совершенно другой человек, и весь ее вид говорил как раз об этом. Она хорошо играла роль, нет никаких сомнений, но может для тех, кто лучше ее знает, этого не достаточно?

– Флор, пожалуйста, – снова взмолилась я, обращаясь к принцу и тут он поднял прежде склоненную голову и посмотрел на меня впервые с того момента, как сознание вернулось. Мои бинты с него сняли, и сейчас парень стоял обнаженный по пояс, а по его груди стекали капельки пота, мышцы были напряжены все до единой, и каждый вдох давался с трудом, судя по тому, как двигалась грудная клетка. Некогда зеленые волосы, сальные и заляпанные кровью, словно пакли свисали по обе стороны лица, не лишая привлекательности ни на грамм.

– Вспомни кладбище, – сплюнув накопившуюся у него во рту кровь под ноги и вздрогнув от очередного удара, пробормотал он, – И то, что я тебе там сказал, – лицо должно выражать мольбу, усталость, муку, быть перекошенным от боли, но вместо этого парень жутко зол и лишь это отражалось на нем. Сглотнув появившийся ком в горле, и проследив за тем, как Комета занесла кнут и снова с характерным звуком обрушила на спину принца, я прокрутила в голове то, о чем он просил.

Флор говорил тогда, что если вопрос будет стоять, моя жизнь или его, он всегда выберет свою. Судя по взгляду сейчас, именно на это парень и намекал. Раз он еще не сдался, значит, его жизнь вне опасности, и пока можно выбрать меня. Как же сердце радовалось от мыслей, что он делает все это ради меня, и одновременно, словно резали ножом, стоило вспомнить истинные причины принца.

– Он же первый Ланкаст, что если это он тот, кто вам нужен? Что если он особенный, а вы его убьете? – конечно, я прекрасно знала, что это не так, но они ведь нет. Отрицательно покачав головой, Комета замерла рядом с принцем, расставив ноги на ширине плеч, и посмотрела на меня.

– Если ты окажешься права, Госпоже проще убить его, чем подчинить тьме, а затем найти самого слабого из преемников, – спокойно проговорила она, бросив взгляд на зевающего Мартина. Блондин даже руки расцепил, чтобы прикрыть рот кулаком и встряхнуть головой, заставляя себя бодрствовать. Флору снова удалось встать на ноги, а не быть подвешенным на одних руках. Его сапоги оказались заляпаны кровью, и так как прежде я никогда такого ее количества не замечала, столь жестокой пытки у него еще не было. Все дело в Мартине, его присутствие заставляет Комету делать это в полную силу, без него женщина давала слабину и наносила удары более щадящим образом.

– Ладно, достаточно. Думаю, ты насмотрелась и теперь готова к тому, что предстоит тебе в будущем, – почему-то мне казалось, словно на самом деле он так решил из-за своей усталости, а не жалости ко мне или Флору. Нажав на запястье, парень проследил за тем, как дверь в зал отъехала в сторону и двое солдат со значками на воротнике, как у Лайсерга направились прямиком ко мне, – Завтра начни пожалуйста с нее, ты же не хочешь, что бы Госпожа узнала о твоей халатности? – уставившись на Комету, проговорил он, а меня охватила паника. Завтра? С меня? Меня завтра поведут на пытку? Пока эти мысли крутились в голове, солдаты сняли цепи и заломив руки за спину, чем-то их сцепили, я не видела чем именно, но высвободиться шансов не было.

– Завтра, так завтра, – пробормотала Комета, согнула руку в локте и уставилась на свой экран на рукаве, – Процедура окончена, доставьте подопечного Кометы в камеру. – пока она это говорила, меня подталкивали к дверям, но ноги категорически отказывались слушаться. Мартин вышел первым, словно забыв о нашем присутствии, кроме этих двоих солдат, никто не обращал на меня внимания. Женщина тем временем подошла к колбе с атрибутом, открыла ее и достала оттуда кольцо на цепочке, так хорошо мне знакомое. Завтра там будет мой атрибут. Перед глазами тут же представилась запись пыток Гилада, а вернее то, чем она закончилась.

– Гилад Кренстон, – выкрикнула я прежде, чем солдаты вытолкнули меня из зала. Она резко обернулась и посмотрела на меня. Трудно было вывернуться из того положения, в каком оказалась, но удивленный вид лица Ланкаста заметить удалось, – Его последняя пытка, что произошло? – упершись ногой в стену, лишь бы не дать себя вывести, спросила я, искренне надеясь получить ответ. Один из солдат ударил меня кулаком под ребра, от чего тело само по себе согнулось пополам. Жаль, так и не удалось увидеть ее в момент ответа.

– Он умер, вот что произошло, – голос прозвучал спокойно, но я знала, что на самом деле это не так. Солдаты смогли вытолкнуть меня в коридор и закрыть дверь, отрезав тем самым от Кометы и прервав нашу беседу с ней. Весь путь до камеры прошел, как в тумане, боль в месте удара вскружила голову. Освободив руки, парочка чуть ли не с пинком, втолкнула меня в камеру, закрыв следом дверь. Фантомное ощущение на запястьях, словно они все еще чем-то скованы, заставило непроизвольно их потереть, и тем самым убедиться, что это не так. Флора должны были скинуть в любую минуту, следовало сразу приготовиться к оказанию помощи. Кое как, на негнущихся ногах, добрела до нашего угла, где под сумками хранились все медицинские приспособления. Вытащив оттуда тарелку из-под еды, я поспешила к крану, чтобы наполнить ее водой. Голова гудела жутко, живот скручивало и от голода и от нанесенного ему удара. Как же мне предстоит держаться на пытках, если сейчас и без них все тело разваливается?

Принц, вместе со своей очередной аптечкой свалился словно снег на голову. Упав с характерным звуком, он злобно что-то прорычал, но мне не удалось расслышать, что именно. Подскочив к нему и положив тарелку рядом, я поджала под себя колени и подтянула сумку ближе. Бинты и бутылочки, больше ничего там нет, как обычно. От вида исполосованной спины, тошнота подкатила к горлу, но удалось ее сдержать, как и дрожь в руках, ставшую уже привычной.

– Дай мне одну, – настойчиво проговорил принц, имея в виду пузырек со спиртом, но их оказалось так мало, что я боялась не хватит на полную обработку ран. Отрицательно замотав головой и прикусив губу, мне не хотелось отказывать ему хоть в чем-то, особенно в такой мелочи, но оставлять часть спины без дезинфекции слишком опасно. Откупорив первый пузырек, вместо того, чтобы передать его в протянутую ладонь, смочила самый короткий бинт и принялась за работу. То, как ладонь сжалась в кулак, было лучшим сигналом чувствительности на спине принца. Он все чувствовал.

– Если после обработки что-то останется, я вам это дам. Простите, это моя вина в том, какой сегодня была ваша пытка, – на самом деле вины я не чувствовала. В этом всем вообще моя вина, хотя бы в том, что мы сейчас здесь, а не каждый у себя дома. Если думать об этом, меня точно разорвет от буйства эмоций. Постучав пару раз кулаком по полу в моменты моих прикосновений, Флор не сказал ни слова, да и ему было сложно разговаривать, судя по ранам. Какое-то время мы молчали, пока руки делали свое дело. Спирт не то чтобы не остался, его даже не хватило, несмотря на экономное расходование. Подумав достать пару баночек из заначки, чтобы использовать их, я собиралась встать на ноги, но принц резко схватил мою руку, не давая подняться с пола.