Ланкаст. Первая планета
Шрифт:
– Этим займется Гилад. Он прекрасно осведомлен о строении дворца и его коридорах и прочей фигне. Справится сам. А вот когда я начну свою работу, я должна быть уверена в том, что мне на голову не свалится булыжник или отряд солдат, не замеченных мною, будучи сосредоточенной на движении частиц, из которых состоит планета, – представляя, как на нее сверху падает булыжник и придавливает к полу, я встряхнул головой.
– А Гилад не может…– начал было формироваться вопрос, созревший в голове, но не прошло и секунды, как стало ясно, что заканчивать его нет смысла.
– Гилад не даст мне этого сделать, а я не смогу ничего сделать с ним, чтобы не давать мне мешать. Талон что-нибудь придумает, и ты не останешься безоружным и беспомощным, я не надолго тебя задержу, не переживай, – говорила она так спокойно, словно ничего страшного в путешествии с ней к центру планеты нет и это лишь легкая прогулка по парку.
– А, то есть умереть вместе с собой ты мне не дашь, – все это одна большая шутка, она сейчас рассмеется, покачает головой и махнет рукой, словно говоря не брать в голову. Да какой от меня вообще прок, я же совершенно не нужное существо.
– Мы будем следить за излучением, и когда оно достигнет предела, в последний момент откроем тебе портал. Раян придется остаться подольше, – голос Талона эхом повторил его фразу в ушах, наталкивая меня на очередную глупую мысль.
– Вы это уже без меня обсудили, не так ли? – переводя взгляд с женщины на парня, я невольно заметил, что пытался сравнивать их лица, но ничего похожего не нашел.
– Когда тебя заберут, можешь переноситься и во дворец и куда угодно, тогда ко мне уже никто не придет и от камней я себя заранее обезопашу. Тогда-то и будешь искать Сию, чтобы спасти меня, – усмехнулась она, а мои щеки покраснели. Проведя по ним ладоням и ощутив жар, захотелось встать и убежать, но так будет не правильно.
– Хорошо, дашь знать, когда отправляемся, – встав с пола, потянувшись и отряхнув штаны, я окинул собеседницу взглядом и невольно столкнулся с ее глазами, следящими за мной. Отвернувшись, поспешил покинуть зал, чтобы не ляпнуть еще какую-нибудь глупость. Обещание о ее спасении Принстон запомнила, и это не давало мне покоя.
Глава 9. Новоиспеченный Ланкаст
Одно дело прийти к выводу и признать, что так будет лучше, и совершенно другое принять все это. От одной мысли, что мимо протекают последние часы жизни, бросало в дрожь. Какого это, перестать существовать? Мой последний разговор будет с Кометой во время пытки, последний поцелуй с Лайсергом в кладовке, последнюю улыбку вызвал именно Флор. Разве может все на этом закончиться, вот так, по щелчку кнута? Да и кто сказал, что мне дадут умереть сегодня, ведь Комета может рассчитать и вовремя остановиться. Гилад Кренстон, первый Ланкаст третьей планеты умер здесь, на этой базе под кнутом Кометы и этот факт не укладывался у меня в голове, особенно если учесть, что я видела его живым. Раз позволили ему, даст и мне.
Судя по видеозаписи, он прошел через все, ответил на каждый вопрос правильно, пусть да, не с первого раза, но все же ответил, и умер, сохранив тайну своей силы, своей особенности. Почему поступил именно так? Ему грозила смерть в любом случае, ведь те, кто прошел пытку не поддадутся на обращение тьмой, а в этом и весь смысл затеи в отношении нас с ним. У него не было выбора, и парень знал это и принял свою смерть. Вот кем мне стоило бы восхищаться, своим последним близким родственником, а не этим куском эгоизма, растянувшимся по полу и требующим от меня невозможного.
Только после этих мыслей я поняла, что неотрывно смотрю на принца, но не вижу его перед собой. Наблюдая за тем, как перекашивается во сне лицо Флора, мне оказалось трудно отвести взгляд. Чтобы ему не снилось, сон был беспокойным, и создавалось впечатление, словно он проснется от любого постороннего звука. На его счет не следовало беспокоиться, с ним все будет хорошо, парень начнет отвечать на вопросы и выберется отсюда. Подлатают, сотрут память и вернут домой. Мой атрибут так же пришлют на Землю, и Гиладу останется только как-то его разыскать. Вернув свое место, он обезопасит всех, ведь тьме не обратить человека, подобного ему. Без меня всем будет лучше. Не придется со мной нянчиться и вытаскивать из передряг в роде этой.
Казалось бы в смерти всего одного человека столько плюсов для всех, кроме него самого. Больше пугала мысль о том, что все остальное будет жить, развиваться, расти, а я этого никогда не увижу, не смогу понаблюдать, поучаствовать. Меня просто больше не будет на этом свете, а ведь еще так много вещей осталось, которые я не увидела или не успела сделать. Мне предстоит умереть, так и не посетив Лондона в живую, а не в фантазии, о чем всегда мечтала, не побывав на собственной свадьбе, не зная, что такое стать матерью. Еще столько всего могло бы быть впереди, но видимо это не моя судьба. Интересно, есть ли Ланкаст, способный прочесть судьбу других Ланкастов? Где бы его найти и спросить, что меня ждет, смерть под плеткой или что-то иное?
Приняв сидячее положение и откинувшись головой на стену, хотелось биться затылком об нее до тех пор, пока не разобьется череп. Да зачем собственно торопиться? Утро скоро наступит, и тогда все придет само. Даже на секунду стало любопытно, сколько ударов выдержит мой разум прежде, чем отрубится сам собой? Ведь от настоящей боли можно потерять сознание. Стоит ли притвориться ударе так на пятом, что вырубилась? Нет, это не правильно, и если я хочу хоть на капельку быть похожей на Флора, то пройду через все с честью, по крайней мере, пока хватит сил. Я не могу умереть специально, но если будет такой шанс, то им лучше воспользоваться. Гилад вернулся с того света, кто сказал, что я не смогу того же?
Флор проснулся через несколько часов после моих бессмысленных терзаний и слежки за ним. Как он оторвался от пола, и вскочил на корточки, оказалось настолько неожиданно, что я непроизвольно вздрогнула и устало посмотрела на него. Поняв, что все в порядке, парень осторожно устроился на полу рядом с краном, поджав под себя ноги и проведя пальцами по сальным, почти черным, а не зеленым, волосам. Принюхавшись и бросив взгляд в мою сторону, принц поморщился, повернул вентиль и подставил под хлынувшую струю холодной воды, так как другой тут никогда и не шло, голову.
– От тебя воняет, – честно заявил он, чем заставил мои брови взмыть вверх. Таких слов в возможно свой последний день жизни я точно не ожидала услышать, и не хотела, чтобы они стали последними от этого человека.
– Себя понюхай….те, – вовремя опомнившись и поправившись, мне было жутко обидно. Даже крутились мысли язык показать или сказать что-нибудь еще более ужасное на его счет, но не стала уподобляться такому поведению.
– Ты готова? – не с того ни с сего поинтересовался он, вытащив голову из-под крана и встряхнув волосами так, что капли попали и на меня, но реакции на это не было. Зато когда вместо головы парень подставил под струю холодной воды шею, по коже побежали мурашки, словно это не он пытается заморозить себя таким странным образом, а я. Часть бинтов на его спине намокла, на другой отчетливо виднелись следы крови, а значит, раны все же открыты и простой первичной обработки им не хватило. Зашить их здесь нечем, а последние средства он велел оставить для меня. – Ангел? – от звука голоса Флора и произнесенного им обрывка имени, я вздрогнула и очнулась.
– К этому нельзя быть готовой, – наверно более честного ответа от меня давно никто не слышал. Прикусив губу, я уставилась прямо перед собой, лишь бы не видеть, как принц все еще держит шею под струей воды, набирая немного в ладони и умывая лицо. Когда его водные процедуры закончились, парень в очередной раз встряхнул головой, откидывая волосы на спину, и повернулся ко мне, что-то в груди резко защемило. Если я не умру и не выполню его просьбу с воровством атрибута, сколько еще пыток придется перенести Флору?