Чтение онлайн

Набрав в грудь воздуха и закрыв глаза, я еще какое-то время наслаждалась свободным падением, пока не поняла, что лежу на чем-то влажном, твердом и пахнущем свежестью. Когда глаза снова открылись, надо мной оказалось голубое небо без единого облака, яркое солнце слепило так, что пришлось зажмуриться, пока не привыкну. Резко сев и осмотревшись по сторонам, не понимала, что происходит. Вокруг был тот самый парк, в котором погиб Антон. В хорошую погоду мы часто ходили сюда отдохнуть или почитать на природе. Вот и наш плед около меня, в то время, как сама сижу на покрытой росой траве, рядом откинутая книга, пакетик с чипсами и бутылка воды. Антон сидит, скрестив ноги, и ест бутерброд, весь перемазавшись в кетчупе и майонезе. Я помню этот день буквально по минутам, но как такое возможно, ведь я только что падала в какую-то пропасть, а в моей жизни полный бардак. В тот момент резко захотелось, чтобы последние пережитые дни оказались сном, а то, что происходило здесь и сейчас – реальностью. Вот только это не так и мы знали правду Да, именно мы, я и парень на пледе, поедающий не настоящий бутерброд.

– Что? У тебя такой вид, будто ты привидение увидела, – прожевав кусок, усмехнулся он совсем не так, как обычно делал человек, внешность которого этот тип скопировал до мельчайших подробностей. И в тот день Антон не говорил таких слов.

– Он этого не говорил, – на автомате вырвалось у меня и я прикусила язык. Раз уж выдала свою осведомленность, дальше нечего разыгрывать спектакль, – это все нереально, и я знаю об этом. Не стоит пытаться меня обмануть моими же воспоминаниями, или что вы там делаете, – проговорила я, вставая на ноги и даже не пытаясь отряхнуть траву с брюк, ведь она все равно придуманная, как и брюки, как и плед, и все вокруг. На самом деле я сейчас лежу на своем диване и рыдаю, ну может уже не рыдаю, а просто сплю, черт его знает. Парень отложил бутерброд в сторону, и край его губы приподнялся в улыбке, снова не так, как делал Антон.

– Я и не пытаюсь тебя обмануть, я хочу помочь, предоставить последний шанс с ним увидеться, попрощаться. Всегда тяжело кого-то терять. Зная, что не сказал ему самого важного, – этот голос был знаком, но в тот момент на ум не приходило, кто он. Отрицательно покачав головой и уставившись на парня, хотела выбраться отсюда, мне нечего было сказать ненастоящему Антону. Да и встретившись сейчас с призраком самого парня, что бы я могла ему сказать? Прости, что втянула тебя в свою жизнь из-за чего ты погиб?

– Мне не нужен этот самообман, – честно заявила я, скрестив руки на груди и стараясь сквозь маску своего знакомого человека пробиться и увидеть истинное лицо того, с кем сейчас разговариваю. Последовав моему примеру, собеседник встал, но он в отличие от меня отряхнулся от крошек и травы. Его движения были настолько естественны и элегантны, не смотря на свою обыденность, что мне стало неловко за свое поведение.

– Это не самообман, это фантазия, в которой ты способна делать все, что вздумается и никто, ну кроме меня конечно, если я наблюдаю, а могу и отвернуться, об этом не узнает. Здесь можно проводить дни с кем-то тебе дорогим, если в жизни это невозможно, или восстановить в памяти ход событий, важных для тебя. Тут доступно абсолютно все, не каждому выпадает такой шанс, – создавалось впечатление, словно он гордится своей способностью и тем, как здесь все замечательно и доступно, но это место не для меня.

– Это ваша сила, как Ланкаста? – на всякий случай уточнила я, а он без лишних слов кивнул, – Вы контролируете то, что происходит вокруг и можете создать любое место из моих воспоминаний? Или как это работает? – на самом деле меня это не интересовало, главной и единственной причиной таких вопросов было желание изменить место и его облик, чтобы не видеть лицо погибшего, небезразличного мне человека.

– Не только я. И ты тоже можешь менять здесь все на свое усмотрение. Стоит просто хорошенько подумать. Вот я например могу оставить тебя без одежды и в такой стрессовой ситуации сразу найдется способ одеться, – усмехнувшись, парень принялся взглядом скользить по мне и я поняла, что свой пример он показал на деле. Стоя обнаженной посреди парка напротив неизвестного человека, я действительно ощутила всю напряженность этой ситуации, и одежда возникла на мне сама, правда первая, пришедшая в голову, но такие мелочи не имели значения. Вот теперь я по настоящему разозлилась и руки непроизвольно сжались в кулаки. Внимательный взгляд собеседника замер на выражении моего лица, словно пытаясь что-то прочитать в глазах.

– У меня парень погиб, а вы тут со мной все в игры играете? На меня охотятся какие-то пришельцы со сверх технологиями. Все мои кровные родственники мертвы, я единственный преемник какой-то важной шишки Ланкастов. А мы тут с вами будем соревноваться, кто кого быстрее из себя фокусами выведет? Выпустите меня в реальный мир уже, – не знаю, что в действительности так разозлило. Все перечисленные события или что этот тип увидел меня без одежды, пусть не в реальном мире, но увиденное ничем от правды не отличалось. Хорошо, что вокруг нет зеркал и я не видела своего красного лица и жутко виноватого вида.

– Что бы ты продолжала рыдать в подушку и глотать сопли, как ребенок? Нет, извини, такая ты нам не нужна, – отрицательно покачав головой, он усмехнулся и принялся обводить парк взглядом, словно что-то в нем ища. Мне это надоело и закрыв глаза, попыталась сосредоточиться на своей квартире, нужно оказаться там. Но вместо этого, когда снова открыла их, мы все еще были в парке, вот только не днем, а вечером и в другом месте. Возле скамейки, той самой скамейки, где все произошло. Что-то внутри снова сломалось и стон боли вырвался наружу, – так, где я сидел, хм, кажется здесь, – парень подошел к нужному месту и опустился на сидение, призывно похлопал ладонью рядом с собой. Пусть я знала, что происходящее нереально, сил сделать шаг у меня не было, они куда-то пропали, стоило оказаться именно здесь.

– Хватит издеваться надо мной, – заорала я, что было мочи, но получился едва слышный шепот. Рядом с ненастоящим Антоном появилась точная копия меня в тот день и событие начало повторяться без моего согласия. Вот с противоположной стороны летит первый шар, а на меня откуда-то со столба сваливается больной из палаты ожогового отделения, рукой отпихивает Антона в сторону и вырывая скамейку из асфальта, опрокидывает ее следом за нами. Я не могу на это смотреть. Просто закрываю глаза и падаю на колени, упираясь руками в твердую землю под собой. Второй раз пережить такое не каждому будет под силу, и мне не хотелось даже вспоминать тот вечер, не то, чтобы видеть его снова.

– Я скажу тебе больше. Я не просто издеваюсь над тобой, – неожиданно сцена из жизни прекратилась, а рядом остановились черные сапоги незнакомца. Открыв глаза и подняв их на него, я сперва отшатнулась, но затем вспомнила, кто он. Тот больной, что спас меня, пришелец, Ланкаст, принц, кто он там еще? Протянув руку и схватив мой локоть, парень резким движением поднял меня на ноги. Его яркие зеленые глаза горели, словно два огонька в ночи, лицо оставалось так же забинтовано, как и в жизни в данный момент. – Это я виноват в его смерти. Ни ты, ни Сия, ни кто другой. Только я. Прилететь сюда на вражеском корабле была моя идея. Не ударь мне это в голову, они не скоро нашли бы ее, а значит и тебя и всего этого не произошло бы. Ну и да, я мог спасти его, но не захотел, стрелять по тем типам, ну или пытаться подстрелить их оказалось куда интересней, чем лечение твоего парня, уж прости. Переставай убиваться и ненавидеть себя за то, чего ты не делала, это глупо и бессмысленно. – то, с каким тоном и спокойствием он сказал это, убило во мне все хорошее, что когда-либо было по отношению к нему. Руки сами собой сжались в кулаки, кровь в венах закипела, а пришелец просто стоял перед мной, рассматривая свои пальцы, длинные и изящные, какими в реальности уже не были.

– Чертов ублюдок. Твое место в аду, – других слов я не нашла, честно. Хотелось многое ему крикнуть в лицо, оскорбить, обозвать, но просто не хватало словарного запаса, чтобы все выразить. И тогда я нашла лучший способ. Вложив в первый удар всю силу, почувствовала облегчение в тот момент, когда кулак столкнулся с твердым черепом. Я впала в агонию, не понимала, что творю и зачем. Второй удар пришелся в нос, третий по челюсти. После этого сознание поняло, что серьезного урона противнику такие укусы не наносят, так как тот даже не шелохнулся. Тело само ринулось вперед, набросилось на Ланкаста и повалило его с ног на асфальт. Руки продолжали наносить удары по местам, куда только могли дотянуться. Наверно, если бы я не сидела на нем, то и ноги пустились бы в бой, но из такого положения единственным оружием были кулаки. В реальном мире, лицо и голова парня превратились бы в кровавое месиво и еще неизвестно, выжил бы он после таких нанесенных повреждений. Здесь же на нем не оставалось ни царапины, и боли принц не испытывал. Я не чувствовала усталости, а он притворялся грушей для битья. Не знаю, сколько прошло времени, прежде, чем я все поняла.

Злость и боль никуда не денутся, они навсегда останутся, внутри меня, засядут где-то глубоко и могут вылезти в самый неподходящий момент, но часть их я только что выплеснула, вложила в удары, хотя могла до сих пор лежать и винить себя во всем. Сделал ли он это специально или вина действительно на нем, в тот момент я не знала, но мысль, что парень осознанно пошел на такое, переступив через свою вероятно большую гордость, догадываясь о последствиях, лишь бы привести меня в себя, правда разбудила меня. Уже занесенная для последнего удара рука разжалась, и ладонь, сместившись, легла на асфальт. Я застыла над Ланкастом, уставившись в его глаза и видя там сейчас откровенную скуку и даже раздражение. Быть избитым девчонкой, причем по собственной воле, не слабо задевало его самолюбие, по одному взгляду делался такой вывод. Нависнув над ним, я не двигалась, пока рука не согнулась в локте и я не упала ему на грудь так, что голова оказалась упертой в землю поверх правого плеча.