Чтение онлайн

– А я разве когда-то вообще глупила? – но ответа не услышала, девушка взяла меня за локоть, и мы рассыпались в пепел. Может для Ланкастов этот процесс был чем-то особенным, но мне начинало надоедать, вот так перемещаться с места на место, да и голова кружилась после резкой смены обстановки. Если с соседкой происходит тоже самое, то искренне ей сочувствую. Сразу после прыжка я вздрогнула при виде открывшейся мне иконы, на которую чуть не приземлилась. Рука Насти резко оттянула меня в сторону и теперь взгляд уперся в алтарь со свечами. Перед ним на коленях стояла женщина, ее голову покрывал голубой шарф, она уже вставила свечу в свободную ячейку и сейчас перекрестилась, поцеловала зажатый в руках крест на цепочке и встала на ноги. У меня ком появился в горле. Да, я вообще не люблю церкви, но вот так прерывать чью-то молитву просто некультурно, а уж возникать в самом доме божьем наверно и к греху запишут. Вот только не каждый день увидишь верующего Ланкаста, данный факт удивил меня больше всего остального.

Первым делом женщина посмотрела на Настю, меня она пока в упор не замечала, ее лицо исказилось от злости, а в глазах загорелся недобрый огонек. Меня передернуло так, словно она хищник и вот-вот нападет на нас. Но соседка молниеносно выставила руки вперед, как будто защищаясь от нее.

– Я сказала, что не буду вмешиваться в вашу войну, у меня и без вас проблем навалом, – прошипела она, развернулась и направилась к выходу из храма. Моему удивлению не было предела, когда мы вышли из небольшой часовни на вокзале и пошли по залу ожидания. Кресла рядами стояли по всему огромному помещению, с потолка свисали великолепные люстры, повсюду сновали люди, то и дело норовя в нас врезаться. Сглотнув, и едва поспевая за широкими шагами своих спутниц, я ненароком пыталась осмотреться по сторонам и узнать вокзал, но так давно на них не была, что разрывалась между предположениями.

– Да пойми же ты, без твоего вмешательства проблем у тебя точно больше не будет, так как ты перестанешь быть Ланкастом, – шепотом проговорила Настя. Вокруг было полно людей, и куда они все едут в будний день-то, лучше не привлекать к нам внимания. С трудом найдя безлюдный угол, женщина забилась туда и развернулась к нам лицом, теперь из-под шарфа я наблюдала ее длинные каштановые волосы и просто бешеные карие глаза. Остальные черты лица обычные и взгляд не привлекали.

– А что в этом плохого? Ты не думала о том, что не быть Ланкастом – это значит освободиться, наконец, от этой ответственности и иметь шанс жить своей жизнью? Уже слишком много хороших людей погибло только потому, что имели отношение к нам. У меня здесь идет настоящая война, с настоящими жертвами, мои Ланкасты залезли в такие норы, где я сама их не отыщу, если захочу, лишь бы просто сохранить себе жизнь. Я не думаю, что они будут против, стать людьми и обрести свободу от преследования. Не будь правил, я бы сама сделала все для этого, – в голосе женщины чувствовалась уверенность, она стояла скрестив руки на груди с прямой спиной, чуть возвышаясь надо мной, так как здесь я была самая низкая. Вот только то, что именно она сказала, меня не обрадовало.

– И это твой надежный Ланкаст, рядом с которым мне не будет ничего угрожать? Да она сама представляет для меня опасность. Я уж лучше с вами на корабль, и то будет меньше шансов для моей гибели, – хотелось ляпнуть что-то про принца, но вовремя прикушенный язык и устремленный взгляд карих глаз заставили заткнуться.

– Раян Принстон, позволь тебе представить Ангелина Патрикеева, единственный преемник первого Ланкаста третьей планеты, – пробормотала Настя, но та ее не слышала. Женщина просто смотрела на меня не отрываясь, а по моей спине уже скатывалась капелька пота от напряжения. Отодвинув соседку в сторону жестом руки, Раян сделала шаг ко мне и отрицательно покачала головой, так и не оторвав взгляда. Такое поведение начинало меня пугать, но Настя была спокойна, а значит, опасности никакой не угрожает.

– Ты так на него похожа, – лишь выговорила она, и теперь у меня не осталось сомнений в том, что Раян Принстон действительно ничего плохого не сделает, это читалось по одним ее глазам. Из ледяной или каменной скалы она в один миг стала самим воплощением доброты и нежности, кардинально изменилась в лице, голосе, осанке. Все это заметила не только я, но и соседка, ее губы растянулись в улыбке, она с самого начала предвидела такой исход. – Только глаза не того цвета, – подвела женщина итог своих наблюдений

– Нам предстоит одно опасное мероприятие, и мы не можем взять ее с собой, ты не побудешь с ней какое-то время? За ней могут прийти в любую минуту. Ты не допустишь, чтобы с единственным его родственником что-то случилось? – словно бросая ей вызов сказала девушка, возвращая Раян из мыслей обратно на землю, а именно в зал ожидания на вокзале. Оторвав от меня взгляд, она посмотрела на Настю и положительно кивнула.

– Я сделаю все, чтобы защитить ее от тех, от кого смогу, но если за ней придет Комитет, против них я бессильна. У нас нет лидера, слишком опасно нарушать правила, даже для меня, – от этой фразы меня бросило в дрожь, что еще за Комитет? Еще кто-то будет теперь гоняться за мной? Как будто пришельцев не хватало. – Только тебе нужно будет купить билет на мой поезд, – кивнув в сторону касс проговорила она, и мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Ощутив на своей руке крепкое пожатие пальцев Насти, я кивнула ей на прощание, искренне надеясь, что вижу не в последний раз.

Глава 7. Солдат.

Не знаю, зачем они меня избивали, никаких вопросов задано не было, да и смысл напрочь отсутствовал. Если блондинка хочет поменять меня на Сию, то зачем портить товар? Или это доставляло ей внутреннее удовольствие, а травмы всегда можно вылечить, я же просто человек. В очередной раз врезавшись в пол своей камеры и проследив за тем, как дверь закрылась, сплюнул кровь вместе с остальными осколками зубов и перевернулся на спину. Все тело стало одним сплошным оголенным нервом и болело в любой части, куда не прикоснись, но по сравнению с тем ощущением, что оно испытало в момент столкновения со стрелой и смертью – все это ничего не значило. После того инцидента меня еще несколько раз чуть ли не убивали и возвращали к изначальному состоянию. Больше не было сил это терпеть.

В голове проносились мысли лишь о том, что Сия не должна идти на такой обмен, ее жизнь куда важнее моей, и нарушенного правила Талона. Хотя я до сих пор плохо понимал, что это может значить. Защитный механизм Ланкастов против людей, как они это называют. Что бы человек ни услышал про них, он через какое-то время забывает или перестает придавать этому значение, или вообще все это кажется бредом и он не верит. Так же и из моей головы временами стирались полученные про них сведения.

Дышать было жутко больно и тяжело, особенно лежа на спине, но так хотя бы можно расслабиться настолько, насколько в такой ситуации возможно. В этот раз меня не вылечили, наверно решили оставить так, чтобы я подольше пострадал. Хорошо, что тут еще зеркал нет, было бы настоящим извращением сделать в камерах зеркальные стены и потолок, чтобы заключенный валялся и смотрел на изуродованного себя со всех сторон. Лицо превратилось в одну сплошную гематому, это и так понятно, стоит поднести руку и пощупать его. Самостоятельно стоять я уже не мог, переломали колени и хрящи в них, целого ребра даже опытный врач не найдет, хоть руки и пальцы целы, на этом спасибо. Наверно оставили на следующий раз.

Неужели они и в правда убьют меня, если Сия не пойдет на обмен? Ведь правила запрещают такое, разве нет? Видимо блондинке плевать на правила, а как тогда с ней сражаться? Голова болела жутко, кружилась даже в лежачем положении, мысли путались, и трудно сосредоточиться на чем-то одном и конкретном. Закрыв глаза, я попытался представить лицо девушки, вот что должно помочь мне пережить все это и выбраться живым и невредимым. Ну, беззубым разве что. Она должна будет стать моей женой, знание этого факта помогали терпеть каждый нанесенный удар.

Что такого предстоит сделать, что ее отношение ко мне изменится? Может пройти через это и не сломаться? Нет, вероятно, что-то другое, более существенное, чем просто пережить избиение до смерти, воскрешение чуть ли не из мертвых и снова избиение и так по кругу. Не знаю, что не поделила Шинера с Сией, но то, с каким наслаждением она причиняла мне боль и издевалась так, словно это не я корчусь от боли на полу, а моя будущая жена, отражалось на лице блондинки.

Первоначально меня удивила просьба женщины об обмене, ведь мы считали основной целью пришельцев Лину, но видимо они сами не хотели рисковать и упускать такую возможность. О том, какой способностью будет обладать эта девушка, знал лишь один Ланкаст, и то не имеющий ко всему никакого отношения. Вспомнив, как Раян Принстон оторвала кисть, на расстоянии, меня передернуло. Как хорошо, что у тех, кто гуляет по кораблю, нет таких сил, и они не могут также начать распылять меня на кусочки. Вот это действительно было больно и страшно, а то что они делали сейчас, так, усиленная военная подготовка солдат. Нас там тоже не хило избивали, не до потери зубов конечно, но синяки и гематомы помню просто прекрасно, да и больно было почти вот как сейчас, за исключением того, что в данный момент каждый вдох давался с трудом из-за ребер, превратившихся в груду осколков. Внутри все горело и постепенно ненависть к блондинке пересиливала все остальное, она вытолкнула мысли о Сии и нашем возможном будущем, о боли, о доме, оставив лишь злость и ярость, и желание своими руками сделать с милой мордашкой Шинеры тоже самое, что она сотворила с моим лицом.

Откуда-то из-за стены раздавались приглушенные голоса, но в таком состоянии было не до них. Даже слов не пытался различить, я просто лежал на спине и ощущал холод металла своей кожей и свыкся с болью. Больше ничего сейчас не заботило и не волновало. Может Талон хотел поговорить? Да нет, ему самому лучше не тратить лишний раз силы, а значит это ничуть не важно. Сознание постепенно куда-то уплывало, и происходящее в реальности я понимал слишком размыто и неотчетливо, кусками. Неожиданно раздался громкий звук, затем еще один, и поток света упал на меня, ослепив даже через прикрытые веки. Поднеся руку к глазам, чтобы скрыться от него, я попытался рассмотреть, что происходит, но весь мир крутился и чернел даже при таком освещении. Слабость сковала тело.