Чтение онлайн

– Что это значит?

– Но тебе же нужны деньги.

– Кто тебе об этом сказал?

Алекс откинулся на спинку кресла и, вытянув вперед свои длинные ноги, скрестил их.

– Ветер нашептал, – ответил он и огляделся вокруг.

Он находился в отъезде семь месяцев, сначала был в Соединенных Штатах, а затем в Перу и Аргентине. За это время его невестка заново обставила кабинет мужа. В углу помещения теперь стоял бюст какого-то античного мыслителя с пустыми глазницами. А одну из стен занимало огромное живописное полотно с изображением какой-то резни: блеск обнаженных мечей, искаженные гримасами ярости и боли лица воинов, кони без седоков с бешено вытаращенными глазами. Судя по стилю, полотно было написано в восемнадцатом веке.

Некоторое время Алекс молча разглядывал его.

– Я купил эту картину на аукционе, – проворчал Джерард. – Я предполагал, что она тебе не понравится.

– Ну почему же? Впечатляющая батальная сцена.

– Не надо, я знаю, что тебе может понравиться, а что – нет.

– То, что мне действительно нравится, ты обычно называешь мазней или детскими каракулями.

Джерард выдавил из себя улыбку:

– Но ты должен признать, Алекс, что современное искусство не требует большого таланта.

Алекс пожал плечами. На его взгляд, современное искусство требовало от зрителя большой силы воображения и не терпело самодовольства и предубежденности. Творчество Гогена вряд ли льстило самолюбию британских империалистов.

– Но я действительно нахожу эту картину очень выразительной, – сказал Алекс. – Особое впечатление на меня производят лужи крови. Ты взял ее по дешевке, надеюсь?

На скулах Джерарда заходили желваки.

– Я вполне могу позволить себе подобную покупку. Но, судя по всему, ты считаешь иначе. Я был бы благодарен, если бы ты назвал имя человека, который распускает слухи о моих финансовых затруднениях.

– Это твои сестры. Но их не в чем винить. Какой еще вывод они могли сделать, узнав о том, что ты продал корнуоллское поместье Ролло Баррингтону?

– О… – промолвил Джерард.

Алекс подождал, что еще скажет брат, но тот упорно молчал. Такая реакция сама по себе была красноречива. Обычно Джерард был словоохотлив и с удовольствием сотрясал воздух своим сочным голосом.

– Интересный человек этот Баррингтон, – снова заговорил Алекс. – Я не знаком с ним лично, но как-то видел его мельком. О нем ходит множество слухов. Говорят, будто он скупает в Англии земли. Причем никто не знает, откуда у него деньги.

Он замолчал, и в комнате снова повисла тишина.

– Больше всего меня удивляет, что ты не пришел сначала ко мне, – продолжал Алекс.

Джерард вспыхнул.

– Я не пришел потому, что мне не требовалась твоя помощь! – наконец подал он голос.

Алекс тихо засмеялся. Если бы Джерард умирал от жажды и заметил, что его младший брат стоит в двух шагах от источника, то, пожалуй, и тогда бы он решил, будто не нуждается в помощи Алекса. Просто Джерарду не приходило в голову, что Алекс способен ему помочь.

– Ну, хорошо, – примирительным тоном промолвил Алекс, – ты продал поместье шутки ради?

– Оно стало для меня тяжелым бременем, ты же это знаешь, В течение последних пяти лет стоимость аренды земли неуклонно снижается. Я не получал никаких доходов от поместья. В конце концов, мне пришлось уволить почти весь обслуживающий персонал.

– Понятно, – сказал Алекс, хотя ему ничего не было понятно.

С каких это пор Джерард начал задумываться об экономической целесообразности? Он был ходячим анахронизмом, проводившим все свободное время в пропитанных табачным дымом мужских клубах и всегда боровшимся против стремления своей страны скатиться в варварство капитализма. По словам самого Джерарда, он находил утешение в мысли о том, что большая часть английской земли до сих пор сосредоточена в руках цивилизованных подданных. И если он все же продал свое поместье вопреки собственным принципам, значит, на это его подвигли веские причины, ничего общего не имевшие с рациональными соображениями или финансовым расчетом.

Лицо Джерарда пылало.

– А почему тебя так сильно беспокоит эта история? Сестры не живут в корнуоллском поместье. Они не провели там ни одной ночи. Да ты и сам не питаешь теплых чувств к тем местам.

– Ты прав, я не испытываю особой любви к Хеверли-Энд, – согласился Алекс. В детстве это поместье было для Алекса настоящей тюрьмой. Он вынужден был месяцами, безвыездно, жить в гулком доме, в котором долго не умолкало эхо. – И все же твое решение продать поместье выглядит довольно странно. Почему Белинда и Каролина узнали о нем не о тебя, а от чужих людей? Если уж мы находим время обсуждать сплетни обо мне и какой-то певичке, то обсудить столь важное дело, как продажа родового поместья, нам сам Бог велел.

Джерард сжал лежавшие на столе большие руки в кулаки, а затем, заметив, что Алекс наблюдает за ним, спрятал их, опустив на колени.

Этот жест возбудил в душе Алекса неприятное чувство. Возможно, Джерарда следовало пожалеть, но младший брат пока не видел причин для жалости. В отличие от сестер состояние беспокойства и тревоги не доставляло ему удовольствия. Оно казалось Алексу непродуктивным.

– Расскажи, Джерри, в чем дело. Если у тебя возникли какие-то проблемы, я решу их, – без всяких обиняков сказал Алекс.

В конце концов, для этого он и приехал сюда, прервав деловую поездку.

– Послушай, оставь меня в покое!

– Я бы так и поступил, если бы мог. Но увы, я пообещал сестрам выкупить наши земли.

Алекс не хотел, чтобы его приезд в Англию оказался пустой тратой времени. Он твердо намеревался выполнить обещание, данное близнецам.

Джерард с каменным выражением лица разглядывал батальное полотно. Алекс едва сдерживал раздражение.

– Баррингтон в накладе не останется, – ровным голосом произнес он. – Этот малый получит хорошую прибыль от сделки, продав мне поместье. Я сделал ему выгодное предложение: я готов заплатить ему вдвое больше той суммы, за которую он купил земли у тебя, Джерри. Но проблема в том, что с Баррингтоном очень сложно войти в контакт. Я послал ему уже четыре письма, но так и не получил ответа. Надеюсь, ты поможешь мне связаться с ним.

– Алекс, – промолвил Джерард, взглянув брату прямо в глаза, – я же сказал: оставь меня в покое.

«Да что, черт возьми, с ним происходит?!» – изумился Алекс.

– Знаешь, я мог бы, пожалуй, оставить тебя в покое, я ведь по своей натуре человек ленивый. Но мне нужен для этого веский аргумент. Дай мне его, Джерри.

Джерард засопел, и Алекс невольно улыбнулся. Однако сопение старшего брата вскоре перешло в презрительное фырканье, которое Алекс от всей души ненавидел. Так обычно фыркают все старшие отпрыски аристократических семей в разговоре с младшими братьями, демонстрируя им полное пренебрежение.

– Я вынужден напомнить тебе о том, что не обязан отчитываться перед тобой…

– Ну и отлично, – перебил его Алекс, – у меня нет времени выслушивать длинные отчеты.

Джерард хлопнул ладонью по столу:

– Какой ты смешной, Алекс! Настоящий клоун. Но как бы сильно это ни задевало твое самолюбие, все же именно я – глава семьи. Родовое поместье принадлежит мне, и я волен распоряжаться им по своему усмотрению. Напомни, пожалуйста, об этом сестрам. А тебе я позволю вмешиваться в мои дела не раньше, чем ты передашь в мои руки бразды правления своим маленьким бизнесом. – Джерард самодовольно рассмеялся и стал в этот момент похож на проказливого школьника, каким был когда-то в детстве. – Вот уж тогда я разбогатею! Буду надувать китайцев, закупая у них чай по бросовым ценам, и обирать нищих индийцев, забирая у них древесину за бесценок. Да уж, Алекс, семья может тобой гордиться!