Чтение онлайн

Лейтенант показал, что он передал пулю в отдел баллистики; что он присутствовал при испытаниях, имевших цель выяснить, не была ли пуля выпущена из конкретного револьвера 38-го калибра. Испытания дали положительный результат: стреляли из этого револьвера. Лейтенант Трэгг готов предъявить его суду для приобщения к уликам.

Мейсон обернулся к Нэнси:

— Откуда у них этот револьвер?

— Не знаю, — прошептала она. — Впервые вижу.

— Обвинение просит приобщить пистолет к уликам, — сказал Норрис.

— Минуточку, — Мейсон вскочил с места. — У меня пара вопросов по ходу дела. Откуда у вас это оружие? — обратился Мейсон к Трэггу.

Лицо полицейского приняло ангельское выражение:

— Мне вручил его один из полицейских.

— А как оно попало к нему, вы знаете?

— Только с чужих слов, — ответил Трэгг. — И, конечно, я не могу давать показания, опираясь на слухи.

— Вы лично участвовали в баллистических испытаниях револьвера и сравнивали пулю, найденную в душевой?

— Да, сэр, участвовал.

— Если не ошибаюсь, вы эксперт по идентификации оружия?

— Полагаю себя таковым, хотя не являюсь официальным экспертом полиции. Я присутствовал при тестах, когда под микроскопом сопоставляли две пули: ту, которую я буду называть пулей из мотеля, — нет, нет, не смертоносную — и контрольную пулю, выпущенную из револьвера в ходе экспертизы. Я без малейших колебаний заявляю, что пуля из мотеля вылетела из оружия, находящегося у меня в руках, и никакого другого.

— За кем числится номер на револьвере, вы выяснили? — спросил Мейсон.

— Выяснил, сэр.

— Кем же оно было приобретено и на чье имя зарегистрировано?

— Это оружие, — ответил Трэгг, любезно улыбнувшись, — в свое время было куплено Марвином Фремонтом. Его номер соответствует номеру в разрешении, обнаруженном при мистере Фремонте после смерти.

— Очевидно, Фремонт купил револьвер и получил разрешение, поскольку имеет дело с крупными суммами денег и нуждается в защите?

— Именно на этом основании он получил разрешение, — подтвердил Трэгт.

— Вам неизвестно, где нашли оружие?

— Только по слухам, — ответил Трэгг, сияя.

Мейсон обратился к судье:

— На этом, с вашего позволения, я хотел бы завершить допрос свидетеля. Не возражаю против приобщения револьвера к вещественным доказательствам.

Мейсон сел, обернулся к своей клиентке и прошептал:

— Вот что они обнаружили в мусорном баке.

— Нет, нет, — горячо зашептала она в ответ, и глаза ее лихорадочно заблестели. — Не может быть… Это…

— Ну зачем вы врете в такой момент? Чего вы этим добьетесь? Разве что заставите меня сражаться вслепую… — гневно проговорил Мейсон. — Я готов сделать все возможное ради вашего спасения, но от бесконечных обманов устал до чертиков.

— Что еще вам удалось найти, лейтенант? — продолжил ведение допроса Норрис, когда формальности с револьвером — наклеивание ярлычка, регистрация в качестве улики под номером два — завершились.

— Осматривая труп и коснувшись рукой пола, — сообщил лейтенант Трэгг, — я почувствовал, что пол душевой очень холодный.

— Но ведь пол в душевых обычно всегда холодный.

— Да, кафель вообще холодный, к тому же сырость…

— Значит, пол оказался холодней, чем вы ожидали?

— Намного холодней. Более того, одежда на покойнике, когда я к ней прикоснулся, тоже показалась необычно холодной.

— Как же вы поступили, обнаружив эти температурные аномалии?

— У доктора с собой был термометр для измерения температуры тела, кроме того, в мотеле также имелся термометр. Я воспользовался гостиничным. Температура пола была сорок градусов, одежды покойника — сорок три градуса, температура в помещении — семьдесят три градуса по Фаренгейту.

— По тому же термометру?

— Да, сэр.

— Проверили вы, насколько точен термометр?

— Проверил, вернувшись в управление. Отклонения термометра варьируются в допустимых пределах.

— Что-нибудь еще привлекло ваше внимание?

— Я продолжил осмотр и нашел клочок картона.

— Он при вас?

Трэгг в ответ предъявил кусок картона и зарегистрировал его как вещественное доказательство номер три.

— Что вы сделали потом?

— Вышел к ожидавшим меня Перри Мейсону и его клиентке. Я сказал им, что этот картон является, по моему мнению…

— Минуточку, — прервал его Норрис. — Мнения меня пока не интересуют. Я хочу выяснить, что вы сказали обвиняемой и ее адвокату Перри Мейсону. Просто чтобы знать, что вы говорили в их присутствии.

— Понятно, сэр. Я задал вопрос, известно ли им что-нибудь об этом.

— И какой получили ответ?

— Обвиняемая отрицательно покачала головой, а адвокат предупредил, чтобы она помалкивала, даже пальцем не пошевелила.

— На этом, с позволения суда, — объявил Норрис, — завершаю допрос свидетеля. Не исключено, что я приглашу его еще раз позднее, в связи с другими обстоятельствами дела. Сейчас слово передаю защите для перекрестного допроса.

Лейтенант Трэгг, весьма опасный противник, повернулся лицом к Перри Мейсону — глаза насторожены, но улыбка дружеская, манеры предельно учтивы.

Отчетливо видя приготовленную для него ловушку, Мейсон сохранял не меньшее дружелюбие и учтивость.

— Если судья не возражает, я воздержусь от перекрестного допроса, учитывая, что обвинение намерено вызвать свидетеля еще раз — не хочется дважды проделывать одну и ту же работу. Если обвинение изменит свое намерение, я оставляю за собой право вызвать свидетеля на перекрестный допрос.

— Прекрасно, — поддержал адвоката судья Майлс. — Справедливое решение. Приглашайте вашего следующего свидетеля, господин обвинитель.

Норрис с трудом скрыл разочарование. Он сердито нахмурил брови, повернулся к Гамильтону Бергеру, явно намереваясь устроить совещание, однако ветеран судебных поединков Бергер сразу понял, что повадки Норриса наносят ущерб делу, слишком заметна его обеспокоенность из-за тактики Мейсона. Поэтому Бергер проигнорировал Норриса и провозгласил:

— Следующий свидетель обвинения — Стенли Маултон.

В коридоре за дверью зала суда эхом раздалось: «Стенли Маултон!»

Через несколько секунд Маултон, ожидавший своей очереди в комнате для свидетелей, переступил порог и занял место перед судьей.