Легенда сумасшедшего
Шрифт:
— Что за… — закричал Санчо. — Что…
— Комод давно что-то мутил без нашего ведома, — прозвучал в наступившей тишине голос Пресного. — Вот с духами опять же… Чего он там затеял и почему мы должны сперва спасать всех, а потом их же и класть? Что это за аттракционы? Мы что, клоуны по вызову?
Заговорили сразу несколько.
— Танки-то откуда взялись?!
— Тут, в группе в ихней, может, крысы!
— Мочить этих туристов надо!
— Десант! Мы свои! — кричал полковник.
— Сволочи! — визжала Дронова.
— По какому праву вы тут распоряжаетесь?! — надменно и холодно вопрошал Скорцес.
Азиз куда-то испарился, а я, как дурак, прикрывал свою женщину маскнакидкой и держал автомат, непонятно в кого нацеленный.
Мне показалось, что теперь везение завершилось… ситуация неуправляема… все кончено… сейчас будет стрельба…
Я беспомощно опустил дуло автомата и закрыл собой тело Ирины, отодвинув его к стене и беспомощно озираясь по сторонам…
Крики продолжались, резко саднила нога, и в ушах звенело сотнями зуммеров разной частоты…
Ящер… саламандра… люди-птицы… крепость… башня…
«3-з-зумм, з-з-зумм, з-з-зумм…» — звенело в мозгу.
— Да ладно вам, парни, — далеким эхом отозвался голос Сеньки в закоулках черепной коробки. — Они меня спасали, значит, меня и стрелять надо!
— Сейчас разберемся спокойно…
— Башка болит! У тебя не болит?
Остро запахло озоном, и воздух стал каким-то стеклянным.
— А-а-а! — раздался пронзительный вопль.
— Валим отсюда!
З-з-зумм, з-з-зумм, з-з-зумм… — этот звук продолжал сверлить мою голову.
Во дворе стало немного светлее…
Совершенно инстинктивно я с огромным трудом запрокинул кружащуюся голову: в небе вращалась огненная спираль, озаряющая розовым светом пространство двора котельной.
Люди с бледными лицами падали на плиты, освещение мерцало, а БМТ беззвучно попятился с раскрытым десантным люком, выпустив облако темно-фиолетового дыма с кормы, где запеклась моя кровь.
Пулемет на башне конвульсивно дернулся, и воздух прорезала безмолвная очередь. Пули ярко вспыхивали над двором и исчезали…
Только мы с Ириной стояли, обнявшись, и не падали, хотя мои ноги предательски дрожали и подкашивались…
И вдруг… стало темно… Совсем темно…