Чтение онлайн

Жених и невеста произнесли клятвы, которые со звоном отзывались в голове лидера мятежа. Такие знакомые, близкие сердцу, но все же далекие и вызывающие боль. Служитель Истины благословил их, и под радостные аплодисменты они поцеловались.

— Ты глянь только, Делан, — похлопал его по спине Войцек. — Ну дает! Я думал он никогда не женится, а он вон что выкинул!

После церемонии отправились праздновать за пределы города, там Делан приказал поставить шатры и в короткие сроки наготовить еды и выпивки. Даже музыкантов нашли, к его удивлению. И охрана, само собой. Не меньше пятидесяти лучших воинов охраняли пиршество.

Местные не поскупились на еду — пару десятков куриц, теленок, три барана. А пива принесли столько, что, казалось, его нельзя было выпить даже всему войску Делана. Но Войцек с этим был не согласен. Спустя лишь час после начала пира, он уже разгуливал с бочонком под мышкой и кружкой в другой руке. Люди ели, пили, танцевали и веселились. Делан даже заметил Берегора, который появился тут так внезапно. Сначала он хотел спросить его, почему его не было во время штурма Матариса, но спустя пару мгновений ему уже стало это безразлично.

Как только поели, начались пляски под бодрую музыку. Эти мелодии Делан раньше не слышал, да наверно потому, что из толковых музыкантов в Алекорне был только Герин, «лучший бард на Гарсарионе».

Больше всех танцевали, само собой, новобрачные. Делан никогда не видел своего друга настолько веселым и счастливым. Да он даже танцующим его никогда не видел. И когда он смотрел на все это безмятежное веселье, ему начинало казаться, что никакой войны нет, что все события последних месяцев — лишь его сон.

— Господин Делан, — услышал он взволнованный голосок. Повернулся и увидел девушку с кучерявыми белыми волосами и румяным, немного веснушчатым лицом. Она робко заламывала руки. — М-м-можно с вами… потанцевать?

Он краем глаза заметил, что позади нее стоит стайка девушек, которые смотрели на них и перешептывались. А в голове все крутился образ его жены. Ее лицо, когда они с ней впервые станцевали на Летней ярмарке и он безумно в нее влюбился.

— Я… — начал он, — не могу, прости… рука, вот глянь-ка.

Она посмотрела, и улыбка сразу сползла с лица.

— Ужас, — пискнула она.

— Ага, кипящее масло. Когда пробивали ворота.

Ее глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут из глазниц. Она смотрела на него, как на какое-то чудо.

— Тогда я… наверно…

— В следующий раз, — выдавил улыбку Делан. — Как рука заживет.

— Хорошо, — смущенно кивнула она и убежала к подружкам, которые тут же начали ее расспрашивать.

До мятежа она бы, наверно, и не посмотрела бы на него. С его большим крючковатым носом и немного сгорбленной спиной.

Пиршество продолжалось до самого вечера и только набирало обороты. Герин с Истрой, красные и радостные, уже уставшие от танцев, сидели во главе стола и что-то обсуждали. Делан же к тому времени сел подальше от общего шума и гама, он хотел уже, чтобы это поскорее закончилось. Хотел он того или нет, смотря на Истру он видел Илиену. Радостную, улыбающуюся, в белых одеждах. Такую прекрасную, такую, какой она останется для него навсегда в его памяти.

Вдруг к нему подсел Эрмир.

— Знал, что ты будешь тут, — сказал он.

— Здравствуй, — кивнул Делан.

— Ты долго еще будешь корчить из себя праведника?

Делан даже опешил.

— Я не понимаю…

— Все ты понимаешь. Да, это было жестоко, но мы на войне, если ты…

— Они не сражались на поле боя, — повысил голос парень. — Их семьи сидели в замке.

— Делан, я… я признаю, что поступил неправильно, мною овладела горячка, но то, что произошло, уже произошло…

— Вот именно, и их уже не воскресить. Поэтому и не нужно торопиться осуждать на смерть.

— Таллийцам было все равно…

— Но мы не таллийцы. — Делан впился в тестя взглядом. — Я не хочу оставить за своей спиной трупы невинных людей. Пусть они таллийцы, я ненавижу их так же, как и ты, но…

— Я понимаю тебя, — вздохнул Эрмир. — Да, я поступил неправильно. Но я хочу, чтобы ты знал, почему.

— Я знаю, почему.

— Ну тогда… давай теперь смотреть вперед, оставим все позади. Впереди у нас еще много работы.

Сказав это, он поднялся и побрел обратно в город.

У Делана окончательно пропало желание оставаться здесь дальше, все равно почти все уже либо были пьяны, либо спали. Он побрел в город, размышляя о том, что им делать дальше. Путь на столицу был открыт, на их пути могли встать лишь пара деревень, где еще могли сидеть небольшие гарнизоны таллийцев, но это было лишь малой частью бед. Ваттава — город, гораздо крупнее Матариса, и защитников там будет гораздо больше. Более того, принц Талла, Ардорф, уже давно находится в Алсогоне с крупным войском, которое, без сомнения, будет защищать столицу. Теперь он понимал, что даже если за ближайшие дни он соберет под свою руку даже тысячу человек, взять столицу без поддержки знати у него не выйдет. Значит нужно было идти с ними на компромисс, каким бы неприятным он не казался. Все-таки он сражается не ради себя, не ради титула или владений. Лишь только для народа Алсогона, лишь только в память о его жене.

И если он погибнет, если его повесят свои же, от этого ему больно не будет, главное — чтобы Алсогон стал свободен. Чтобы больше не было Жатв, чтобы они жили спокойно и мирно. Пусть он для этого погибнет, так, хотя бы, он, как и мечтал, войдет в историю великим героем.

Кайден

— Признаю, твой план с грабежом этих старых засранцев был лучше, — проворчала Дейти, когда они брели по дороге в Нордрим, через северную часть Равенхольдского леса. Деревья здесь росли не так плотно, а дорога была широкой и спокойной. В этих краях не так часто можно увидеть людей, а та часть Нордрима, куда они сейчас шли, так вообще был охвачена войной.

— Ну, по крайней мере, мы убили ловчего, — усмехнулся Кайден.

Когда они вернулись из леса, где убили демона, их никто не встречал, никто не одарил овациями. Когда авир заявил жителям той деревушки, что он убил демона, и рассказал о гибели Малдока, всем было на это плевать. Более того, селяне приказали им убираться и больше не появляться. В противном случае они угрожали донести на них властям, мол, авиры, самые настоящие, бродят по лесам. Кайден пытался говорить с ними спокойно, повторил историю, которая произошла в лесу. Но старики и небольшая горстка более-менее молодых, но очень глупых, на вид, людей, даже не хотели их слушать. Они чурались их, как прокаженных и не хотели даже смотреть в их сторону. Да, об авирах у них сложилось четкое понятие. Тогда Кайден обнажил меч и угрозами забрал у них еду. Убивать он не стал, а плату за работу все же получил, и этого ему было достаточно.