Чтение онлайн

— Твое путешествие было действительно необходимо? — настойчиво спросил он.

Она чихнула и огляделась в поисках носового платка, но он остался в кармане плаща. Поэтому Сью закрыла лицо руками в надежде, что Саймон не заметит слезы, текущие по ее щекам.

— Думаю, что да, — хрипло проговорила она. — Я пришла сказать, что сюда приехала охотница. Она сейчас во «Фронтонах», а завтра я приведу ее к тебе. Она хочет сделать тебе сюрприз, но я подумала, что тебе нужно узнать об этом раньше. Если бы у тебя был телефон, я бы могла просто позвонить…

— Подожди, подожди! — улыбнулся Саймон. — Кто, черт побери, эта охотница?

Сью подняла на него глаза, совершенно забыв о своих слезах.

— Пол Херст передал тебе, что охотница подкрадывается к своей добыче, и сегодня Дайана Уитхэм приехала в Сипорт. Она рассказала мне, что это она наняла частного детектива, чтобы разыскать тебя. Она хочет выйти за тебя замуж.

Казалось, он не слишком прислушивался к тому, что она говорит. Он изучал ее лицо, и его взгляд был тревожным.

— Почему ты плачешь? — спросил он совершенно не к месту, как показалось Сью.

— Я не плачу. Это все бренди.

— Я тебе не верю.

За этой короткой перепалкой последовало непродолжительное молчание. Их взгляды встретились, и на время они позабыли о словах. Потом Сью вздрогнула, отвела взгляд и отставила свой полупустой стакан.

— Диана — охотница в классической мифологии, разве не так? — дрожащим голосом проговорила она.

— Да. Значит, она все-таки настигла меня. Я удивляюсь, с чего это она вбила себе в голову, что должна выйти за меня замуж? Насколько я могу припомнить, — а я не страдаю провалами памяти, — то я никому, кроме тебя, не делал предложения.

— Тогда зачем она так говорит, если это неправда?

— Дайана всегда придерживалась того принципа, что, если постоянно твердить о чем-то, это станет правдой, — цинично усмехнулся Саймон.

— Она привезла для тебя новую пьесу Табби Шоу, и она уверена, что не пройдет и полугода, как ты снова будешь блистать на сцене.

Сью заметила, как вспыхнули его глаза, когда она упомянула о пьесе, и с горечью призналась себе, что Дайана оказалась права.

— Дайана права, Саймон? — прошептала она.

— Возможно, — уклончиво ответил Саймон. — Кажется, играть на сцене у меня получается лучше всего, а после моей недавней стычки с местными властями по поводу детского санатория я близок к тому, чтобы распрощаться с этой идеей и вернуться завтра в Лондон вместе с Дайаной. Как долго она собирается здесь пробыть?

— Неделю. Она сказала, что этого хватит.

— Если она подождет еще немного, я смогу уехать вместе с ней, — решительно сказал Саймон. Он искоса бросил взгляд на Сью, и его глаза задумчиво сощурились. — Но пока она здесь, я, пожалуй, не стану терять времени даром. Я женюсь на ней. Она производит впечатление добропорядочной женщины, хотя и не является таковой, и она сможет прекрасно сыграть роль чувствительной особы, стремящейся помочь бедным детям. Если честно, то Дайана — великолепная актриса и кого угодно может убедить в том, что открыть детский санаторий — мечта всей ее жизни. К тому же для нее это будет неплохой рекламой, особенно сейчас, когда Табби хочет, чтобы мы вместе сыграли в его пьесе. Я изложу ей все это завтра утром. В какое время она собирается прийти? Надеюсь, что погода прояснится, тогда я смог бы показать ей сад.

Его голос звучал уже не так твердо, как в начале его монолога, а кусочек льда, который прежде был сердцем Сью, все сильнее давил ей на грудь. Так, значит, Дайане все же удастся продемонстрировать ему свое сногсшибательное платье и шляпку, пока он будет показывать ей сад. О да, она прекрасно представляла себе их прогулку по саду. А позже они отправятся вместе в Карлайл, и Дайана разыграет местные власти, притворившись, будто искренне желает помочь бедным детям.

Сью внезапно стало дурно от ревности и ненависти. Ревности к Дайане, которая станет миссис Саймон Фелл или миссис Саймон Ригг, и ненависти к Саймону с его холодной расчетливостью. Она больше не могла оставаться с ним в одной комнате. Сью судорожно перевела дыхание и встала со стула.

— Мы будем здесь в половине одиннадцатого. Мне лучше уйти, — деревянным голосом произнесла она и взялась за свой плащ. Он был все еще мокрым. Когда она застегнула его, то села на стул и начала натягивать ботинки.

— Я отвезу тебя, — предложил Саймон, и в его голосе прозвучала странная настойчивость.

— Нет, спасибо, я хочу прогуляться, — огрызнулась Сью.

— Дождь полил еще сильнее. Я не могу отпустить тебя.

— Я привыкла к такой погоде. Лучше замерзнуть, чем сидеть в одной машине с таким презренным человеком, как ты, — гордо заявила она и выбежала из кухни.

Саймон обогнал ее и оказался у входной двери раньше ее. Он прислонился к двери спиной, чтобы Сью не смогла открыть ее. Он был необычно бледен, а его глаза сверкали таким гневом, что она испугалась.

— Почему же я такой презренный? — требовательно спросил он.

— Потому что ты используешь людей, — выпалила Сью, и он побледнел еще больше. — Ты хотел воспользоваться мной, теперь ты хочешь воспользоваться Дайаной, чтобы устроить свои дела. Ты использовал Кейтлин…

— Я этого не делал! — бешено выкрикнул Саймон.

— Все так говорят.

— Ты имеешь в виду Пола Херста. Он так сказал, потому что его убедила в этом Дайана. Это она распространила сплетни, которым ты, как и все остальные, тут же поверила.

— Но почему?

— Потому что она чертовски ревновала к Кейтлин, и ей было необходимо выместить злость на нас обоих. Она ревновала к Кейтлин, поскольку мне было жаль этого ребенка, и я пытался помочь ей, забыв о том, что любое мое внимание к особе женского пола не пройдет незамеченным для Дайаны и что она впоследствии использует это против меня. Он замолчал, тяжело дыша.

— Почему же ты жалел Кейтлин? — спросила Сью.

— Она была всего лишь ребенком, на которого не обращали внимания знаменитые и талантливые родители. Кейтлин не была талантливой. Она была обыкновенной одинокой маленькой девочкой. Я знал, что значит быть одиноким и ненужным в ее возрасте, и старался найти время, чтобы выслушать ее и поговорить с ней. Она нуждалась в моем внимании, словно голодный птенец, подбирающий крошки и возвращающийся к кормушке снова и снова. Я не мог отвернуться от нее. Это нанесло бы ей слишком большую рану. В этом и была моя ошибка. Если бы я держал ее на расстоянии, она бы не стала так часто приходить ко мне и никто не стал бы слушать бредни Дайаны и делать неверные выводы о ее смерти.

— Она любила тебя, — укоризненно произнесла Сью.

— Да, но по-своему, так же как ты любишь Ральфа. Я тоже любил ее, но этого было недостаточно, чтобы ее спасти. Вскоре после того, как я подписал контракт, она заболела. Ей пришлось лечь в больницу, чтобы сделать несколько анализов. Она пришла ко мне в театр перед спектаклем, чтобы сообщить о результатах. Она сказала, что у нее неизлечимая болезнь и что ей осталось жить не больше двух лет. Я не поверил этому, но у меня не было времени, чтобы все обсудить, так как мне нужно было выходить на сцену. Когда я вернулся в гримерную, она уже ушла. На следующий день ее нашли мертвой, после того как она приняла слишком много снотворных таблеток своей матери.