Чтение онлайн

Конечно, в радиусе сотни миль никого не было, однако она напряглась. Впрочем, под его ласками Канза довольно быстро расслабилась и прерывисто вздохнула.

Арам избавился от ее жакета, рубашки и бюстгальтера чуть ли не одним движением. Его жадный взгляд охватил ее тело, в его глазах засверкала ничем не прикрытая страсть. Канза задрожала, но прежде, чем она успела попросить о еще одном поцелуе, Арам расстегнул ее брюки. Упав перед ней на колени, он обхватил ее бедра, и между ними словно вспыхнуло пламя. Схватив брюки и трусики, Арам стянул их с нее вместе с туфлями.

Канза дрожала, сгорая от желания. Услышав, как он прошептал по-арабски, что удивлен, как ей удавалось скрывать такую красоту, она взмолилась:

– Пожалуйста, Арам…

– Да, мое сокровище. Я дам тебе все, что ты захочешь. – С этими словами Арам прижался губами к ее бедрам, жадно целуя их, как голодный, перед которым неожиданно поставили вкусные яства, и он не знает, с чего начать пир.

Пальцы Канзы запутались в густых волосах Арама, притягивая его лицо ближе к ней. Она уже изнемогала от страсти.

Арам поднял руки и обхватил ее потяжелевшие груди с заострившимися сосками. Руки его подрагивали. Он ласкал их пальцами, прикасаясь то нежно, то страстно, пока Канза не почувствовала, что еще немного – и она не выдержит, расплавится от его умелых ласк.

– О, пожалуйста, Арам… – прошептала она.

Арам приподнялся и спрятал лицо между ее грудями, вдыхая исходящий от Канзы пьянящий запах возбуждения, страсти и тонкий аромат ее самой.

– Это настоящее безумие… – шептал он. – О, мое сокровище, что ты со мной делаешь?

Его ласки сводили Канзу с ума. Она извивалась в его руках, то подаваясь навстречу ему, то отстраняясь. Кожа ее пылала. Арам прикоснулся пальцем к ее лону и одновременно вобрал в рот затвердевший сосок. Канза дернулась, как от удара электрическим током, и застонала. Ноги у нее подкосились, и, если бы не Арам, она непременно упала бы.

– Никогда бы не подумал, что я увижу тебя такой раскрепощенной, такой жадной до моих ласк… – прохрипел он. – Ты сводишь меня с ума, о, мое сокровище…

Подхватив Канзу за ягодицы, он приподнял ее. Ноги Канзы обхватили его торс.

Она снова застонала, ногти ее впились ему в плечи. Жар исходил от их тел, грозя устроить пожар.

В глазах у Канзы потемнело, словно наступила ночь. Вся планета стала принадлежать только им двоим.

Ее затуманенный страстью взгляд встретился с его взглядом. Глаза Арама жадно горели. Канза трепетала. Внутри ее появилось то, чего прежде она не испытывала. Пустота. Пустота, которую мог заполнить только Арам.

– Ты даришь мне удовольствие, которое я не надеялась испытать, – честно призналась она. – Но я хочу разделить его с тобой.

Арам обхватил ладонями ее лицо:

– Не волнуйся, я своего не упущу. Я доставлю нам обоим такое удовольствие, что ты будешь молить меня остановиться.

С этими словами он взял Канзу на руки и зашел с ней в дом.

Через несколько секунд они оказались в просторной комнате с мраморными полами, покрытыми персидскими коврами, и высокими потолками. У Канзы мелькнула мысль, что это комната, должно быть, принадлежит Джохаре и Шахину. Она ощутила, что ее лицо заливает краска.

Под стеклянным куполом, в котором виднелся закат, стояла огромная круглая кровать, покрытая атласным покрывалом шоколадного цвета. Повсюду горели масляные лампы, создавая ощущение интимности и загадки.

Арам положил Канзу на кровать. Покрыв ее лицо поцелуями, он выпрямился, глядя на нее сверху вниз.

– Осознаешь ли ты, что ты самое настоящее сказочное существо? – тяжело дыша, спросил он.

Канза смотрела на него широко раскрытыми глазами, испытывая смущение.

– Я тебе не верю, – пробормотала она.

– Тогда я тебе докажу, – пообещал Арам.

– Да, пожалуйста! – вырвалось у нее.

Канза оперлась на локти, когда Арам начал раздеваться. Ее дыхание замерло. Как же он прекрасен! Канза с жадностью смотрела на него, ее руки чесались от желания исследовать его тело. А тело Арама можно было назвать телом некоего высшего существа. Хорошо, что он носил одежду, иначе нашлись бы люди, которые лопнули бы от зависти или сошли бы с ума, просто глядя на него.

Арам полностью разделся, и Канза, увидев, как сильно он возбужден, прерывисто задышала. Подумать только, такую реакцию вызвала она! Ее охватил неожиданный страх. Что, если она не оправдает его ожидания?

Нет, такое невозможно, не с этим огнем, который горит в ее груди. У них все получится. Не может не получиться. Все, что ей нужно, – отдать себя Араму целиком, без остатка, и взять у него все, что он захочет дать. Сердце ее перестанет биться, если он не сделает ее своей. Сейчас. Немедленно.

Арам приблизился к кровати, не отрывая от нее взгляда.

– Больше мы не станем ждать. Мы и так ждали слишком долго, – хрипло сказал он. – Сейчас мы будем принадлежать друг другу, мое сокровище.

– Да, – прошептала Канза.

Она протянула руки, приглашая его в свои объятия.

Арам раздвинул ее бедра. Канза вздрогнула. Он смотрел на нее потемневшими от страсти и желания глазами. Одним толчком он ворвался в ее тело. Неожиданно Арам замер.

– Не могу поверить, – прошептал он. – Это твой первый раз?

– А что, это преступление – не иметь секса? – сделала она попытку пошутить.

Арам стиснул зубы и отстранился. Канза крепче обхватила его руками и попросила:

– Нет, не покидай меня. Не останавливайся.

– Я и не думал. Дело в другом. Я хотел взять тебя быстро и страстно, но, полагаю, тебе это не подходит. Однако я прекращу, если ты меня попросишь.

Честно говоря, он сомневался, что сможет это сделать, оказавшись в ее влажном тепле. Арам чувствовал, что теряет голову.

– Я умру, если ты остановишься, – сглотнув, призналась Канза, глядя на него огромными глазами.

Арам не сдержал стон:

– То же самое я могу сказать и о себе.

– Тогда не останавливайся, – прошептала Канза, обнимая его и прижимая к себе.

Арам снова медленно проник в ее тело и задвигался. Ощущение боли исчезло быстро, уступив место небывалому восторгу. Арам наклонился и стал покрывать поцелуями грудь Канзы. Ей казалось, что она плывет по бескрайнему морю наслаждения. Голова ее запрокинулась, глаза закрылись, с губ сорвался стон. Канза беспокойно задвигалась, ища что-то, чему у нее не было названия.