Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Лень, алчность и понты
Шрифт:

– С превеликим удовольствием, хозяйка Медной горы.

В баню можно было попасть из дома и с улицы, и в ней было просто замечательно. Банные запахи, горячая печка, рукавицы, шапки, веники...

– Ну что, сначала пропотеем?
– Сиплярский открыл заслонку и плеснул ковшичком на раскаленные камни.
– Хороша баба! Так бы и трахнул её от души. Но хитрая! От скуки изнывает, говорит. Больше трахаться надо, скучно не будет. Они уже не знают, чего им нужно. По-моему, она на тебя глаз положила. Но ты смотри, а то явится бритоголовый - и отрежет яйца.

– А чего мне смотреть? Брось ты!

– А я бы трахнул! Но, знаешь, она не шибко этим озабочена, я это за версту чую. Красивые бабы фригидны. Ее трахают раз в месяц и ей большего не надо. Я вот только не пойму - она говорит, что не хозяйка, но на простую любовницу не похожа. Тут я видел - наезжали раз к ней на иномарках. Баба расфуфыренная и три мужика с глазами зыркающими. Но с ней очень почтительно, чего-то ей там привезли, она с бабой потрепалась, поцеловались и уехали. Я сейчас вещь про новых русских пишу, вот хочу через неё сведений подчерпнуть, пообщаться, а там глядишь и трахнул бы!

– Слушай, а что, с возрастом желание у тебя не уменьшилось?

– Да нет, оно как-то волнами. Дней десять могу из постели вообще не вылезать, а потом пореже. А раньше более стабильно было. У меня дядька, я с ним живу в его дачке - так ему восемьдесят, так он до сих пор онанирует. Да! Я ему тут даже порнушку подарил, на, говорю, хватит воображение эксплуатировать. Но, говорит, тяжело. И я замечаю, перетрахаешься - и упадок сил. А в молодости наоборот - слезешь с неё и ещё бодрее себя чувствуешь. Ты что это?

Афанасий взял ковш и открыл дверцу.

– Подкинуть хочу. Пора париться.

– Э, нет, я пойду остыну.

– Так мы ещё не начинали париться.

– Да какой из меня парильщик. Ты давай, а я потом ещё погреюсь, - и Сиплярский сбежал.

– Ну хрен с тобой!
– Афанасий подкинул так, что волна пара со свистом выскочила из печи и ударилась о стену. Сразу же заработал веником, покрикивал и постанывал. Очень отчетливо всплыли картины, как мальчишкой ходили с отцом в общественные парилки.

Болтовня Сиплярского совсем не раздражала его, даже импонировало, что он такой открытый и простой, хотя и какой-никакой писатель, и не воображает из себя невесть кого. Открытый человек - давно редкость. Впрочем, чего такого Сиплярский открывает, может, это у него такая манера, такой имидж, чтобы наоборот - спрятаться за болтовней.

"Черт возьми! Да он, наверное, еврейских кровей!" - Афанасий окатил себя холодной водой и выскочил в раздевалку.

– Ну ты силен! Пиво будешь? Я уже бутылочку уговорил. Тут в холодильнике всякое.

– Давай.

– Вот иметь такой дом, счет в банке - и живи себе хоть сто лет. Александр Антонович вытянул ноги, полулежал и приветливо улыбался Афанасию.
– Тебе-то на жизнь хватает? Она говорила, ты архитектор?

– Кому сейчас хватает?

– Не скажи, таких, как наша соседка , - тысячи.

– А ты думаешь, им сладко живется? Они же как партизаны - того и гляди - каратели придут, не отсюда, так оттуда.
– Полбутылки пива ударили Афанасию в голову.
– Вот недавно читал одну статью про еврейскую мафию, как они захватили власть в России и до сих пор ею управляют. Так ли это?

Совершенно верно. В Европе и в Америке во властных структурах полно евреев. Евреи умеют делать деньги, они очень социально активны и их приучили держать нос по ветру. У меня у самого еврейские корни. В моем роду кого только не было. Половину расстреляли, половина в НКВД служила, их дети стали и невозвращенцами, и правозащитниками, кто-то разбогател, кто-то стал знаменитостью. А что до еврейской мафии... Тут несколько соображений.

– Пойдем в парную.

– Ну, пойдем. Только я внизу посижу, вот ещё пивца попью, на полок не полезу.

Афанасий парился, а Сиплярский продолжал:

– Конечно, евреи раздражают всех своей предприимчивостью и желанием управлять. Но, во-первых, не будь их, нашлись бы другие. В России, допустим, те же кавказцы или хохлы. В Америке итальянцы или мексиканцы. И во-вторых, если бы русские хотели действительно иметь власть без евреев, то кто им мешает? Значит, не созрели, вон коммунисты, против еврейства, а сами еврейским основоположникам марксизма-ленинизма поклоняются. Да и православие и вообще - христианство поклоняется Ветхому Завету, еврейской истории и еврейским пророкам. По-моему, глупее не придумаешь. Здесь любовь-ненависть - с одной стороны евреями восхищаются, а с другой их боятся и ненавидят. Но теперь поезд ушел.

– Почему это?

– Теперь евреи ощутили вкус власти и получили как бы подтверждение, что они избраны управлять миром. Теперь это уже всемирный заговор, который накликали. Его не было, но так все хотели, чтобы он был , - вот и получили.

– Окати меня из шланга, - и Афанасий фыркал и покрякивал под струями холодной воды, и снова взялся за веник.
– Всю русскую культуру похерили, напомнил он.

– Да сколько было этих культур, сколько ещё будет! Вот мы с тобой говорим, паримся, пьем пиво, общаемся с женщинами, работаем - это тоже культура.

Из бани они вышли уже навеселе.

– Ой, какой у Вас красный нос!
– рассмеялась Лена.

– Да он просто зверь в парилке.

– Теперь все на веранду, за стол!
– командовала она.
– Я знаю, как хочется поесть после бани.

Афанасий пил холодную водку, закусывал и совсем уже не слушал Сиплярского, который рассказывал то анекдоты про "новых русских", то о судьбах переделкинских дач. Потом Елена спросила Афанасия о его занятиях археологией.

– Да, собственно, я несостоявшийся археолог. Практики было мало. Вот собираюсь в экспедицию, - зачем-то соврал он.

– Да, - задумчиво сказала Елена, - земля хранит много тайн. Я знала одного человека, к нему в руки попали древние предметы, так вот, он утверждал, что с их помощью можно осуществить любое желание.

– Любое? Уж не стал ли он президентом или нефтяным магнатом?
– смеялся Сиплярский.

– Да, он стал богатым и все ему было нипочем, пока эти вещи не пропали. Но он был глуп, он даже не смог воспользоваться беспредельными возможностями.

Афанасия так и распирало от желания поведать о говорящей бумаге, но хозяйка разгорячилась - видно насиделась в одиночестве без собеседников. Да и водочка свою работу сделала.

Поделиться с друзьями: