Чтение онлайн

Я зря переживала. Никто не пытался задержать нас, схватить или потихоньку прирезать. От этого становилось ещё неприятнее, как будто мы провалились совсем в другое место или время. Дома стояли те же, люди попадались знакомые, но только с виду, на поверхности, а дотронься и всё рассыплется в пепел.

Я со всей силы сжимала руку Финна. Ногти впивались в его горячую кожу, но он не жаловался, не пытался даже сдвинуть их или вывернуться, то ли терпел ради меня, то ли сам давно перестал замечать такую мелочь.

Людей на улице было мало, зато осталось много кровавых следов прошлой ночи, но у нас получалось встретить и тех из мужиков, кого я видела вчера у домика знахарки. Кто-то отводил взгляд, кто-то делал вид, что очень спешит, кто-то недовольно зыркал вслед. Стереть ту ночь из памяти уже никогда не выйдет, придётся довольствоваться тем, что мы перестали быть интересны людям. Обвинения оказались сняты, а извиняться тут никогда не умели. Умели прятать и забывать, как поступали с прошлыми жертвами и их историями. Наверное, нас тоже спрятали бы и забыли. Не только физически, но и в тёмных углах трактира, где шёпотом вспоминают былое, с оглядкой, чтобы никто лишний не подслушал.

Дверь в доме Монти и Альбы была открыта нараспашку. Я оступилась и чуть не упала, едва заметила это, а Финн поддержал. Ничего не сказал, но губы его были плотно сжаты. Там внутри могло ожидать нас всё, что угодно, и мы оба знали, что оно вряд ли окажется хорошим.

Дом пустовал. Я бросила Финна ещё у крыльца, обежала все комнаты, но никого не нашла. Не было и следов погрома или драки, одно это слегка утешало меня. Может быть, они просто торопились, может быть, им просто нужно было спастись…

— Не похоже, чтобы тут был зверь, — растерянно доложила я Финну.

Он кивнул и остался ждать на крыльце, пока я вернулась в дом и за неимением хозяев одолжила одежду у комода. Тот одобрительно скрипнул мне дверцей. Альба была чуть ниже меня, а теперь ещё и чуть шире в животе, но в целом платье сидело неплохо. Держалось и ладно.

— Куда они могли пойти? — спросила я у Финна, который знал о Хюрбене гораздо меньше меня, и торжественно вернула ему сапоги.

Он хмыкнул, чем и подтвердил мои мысли.

— Посмотрим, куда ведут эти следы.

Я не сразу поняла, что он имел в виду широкие полосы на снегу из грязи с кровью. По ним мы вышли к старой мельнице. Сюда стаскивали тела убитых. Ребята помоложе отвечали на вопросы родственников, помогали отыскивать пропавших. Я свистнула одному из них, он резво обернулся, но растерял всю прыть, едва увидел, кто стоял перед ним. Лицо побледнело, а уши покраснели на морозе.

— Извините, — пролепетал он. Голову не поднимал, но не переставал коситься на меня из-под бровей. Вот уж кто точно видел моё второе обличье.

— Здесь все? — не стал тянуть время Финн. — Со всего города?

— Да, все, кого до сих пор нашли. Но продолжают нести.

Финн кивнул.

— Почему они здесь? — нелепо удивилась я. — Так далеко от… места.

— Здесь они никому не мешают, — пожал плечами парнишка. — Мельничиха то ещё вчера вечером померла.

— Значит и её желание исполнилось, — пробормотала я.

Финн вопросительно посмотрел на меня, пришлось пояснить:

— Она сказала, что не хочет встречаться с Лесной тенью ещё раз.

— Я бы тоже не хотел, — отозвался он.

Парнишка переминался с ноги на ногу в ожидании, когда мы наконец отпустим его. Уйти сам никак не решался. Я вертела головой, пока вдруг не нашла то, что хотела и боялась увидеть — длинную рыжую косу.

— Мы сами поищем, — кинула я парнишке, и он с благодарным выражением убежал прочь, а мы с Финном отправились в другую сторону.

Альба сидела на траве, уронив голову на руки, и беззвучно плакала. Я с опаской оглядела тела вокруг неё, но брата не нашла. Это придавало уверенности, хоть и небольшой. Опустилась рядом с ней и обняла за плечи.

— Альба, пойдём домой, тебе нельзя тут сидеть.

Она подняла голову и уставилась на меня, словно не могла понять, кто я и чего от неё хочу.

— Фрея, я не могу его найти, — прошептала она посиневшими губами. — Нет его, нигде нет.

Я махнула Финну рукой, чтобы он помог поднять её на ноги.

— Нет его здесь, — повторяла я и поглаживала её по плечу, — нет его здесь. Пошли домой, ребёнка застудишь. Монти сам туда вернётся. Может уже вернулся, он за себя постоять точно может.

Альба смотрела на меня как на сумасшедшую, но, когда я потянула её за собой, послушно шаг за шагом переставляла ноги.

— Я посмотрю тут, — сказал Финн, когда мы вышли на дорогу, и отправился обратно. Мы с Альбой в обнимку поплелись к дому.

— Куда он пошёл? Когда?

Альба вздрогнула в беззвучном всхлипе, чем заставила меня пожалеть о вопросе. Стоило подождать хотя бы до тёплого дома, но я не могла. Он был моим единственным братом.

— Ещё ночью, — отозвалась она. — Вечером. На улице поднялся такой шум, что он всё слышал. Пришлось рассказать. Я убеждала его, что ты в безопасности в лавке, а он мне не верил, всё бросил и побежал туда. Я пошла следом, но тебя там не оказалось.

Она сделала паузу, как будто для того, чтобы дать мне прочувствовать свою вину. Тяжело дышала, наверное, ей просто не хватало сил говорить.

— Я просила его вернуться домой, но он не послушал. Приказал мне сидеть дома, а сам пошёл прямо туда. В лес. Без тёплой одежды, без рукавов даже, в толпу этих… этих. Они же его за один вид. Понимаешь. Они же…

Альбы плакала, не в силах продолжать рассказ. Впрочем, конец я могла представить и без неё. Что будет, если показать толпе пьяных, озверевших мужиков красную тряпку? Они набросятся на неё не хуже быков. Монти был ничем не хуже пресловутой тряпки, даже лучше, когда в качестве жертвы подходила любая нечеловеческая тварь. Полосы на коже не прибавляли ему сходства с человеком. Я не видела Монти у дома, значит там далеко вглубь между рядами людей он не прошёл.

— Значит он так и не вернулся?

— Нет, — покачала головой Альба, — я ждала и ждала всю ночь. Потом снаружи начались крики, грохот, паника. Я выключила свет, заперла окна и сидела под дверью. Ждала и ждала, что он сейчас вернётся, нужно будет очень быстро открыть. Но он так и не появился. К утру всё стихло. Я больше не хотела выходить наружу.

Незаметно мы добрались до дома, поднялись на крыльцо. Я продолжала обнимать её за плечи, а едва пыталась разжать руки, чтобы пропустить внутрь, как Альбу начинало трясти. Так мы и протиснулись в дом вдвоём. Я усадила её за обеденный стол и налила давно остывший травяной чай.