Чтение онлайн

Вся процедура передачи ущелья от боевого подразделения следственным органам заняла чуть больше часа. Но вылететь опять не удалось, потому что подполковник Соликамский уселся на камень рядом со мной, жестом потребовал, чтобы я снял шлем или отключил коммуникатор «Стрелец» от внутривзводной связи, и стал объяснять мне ситуацию. Капитан Тайгородов стоял рядом, и я понял, что он тоже в какой-то степени участник прошедших событий, о которых мне известно было очень мало.

Мне было известно только о нападении банды на село и о похищении денег Пенсионного фонда и комбината строительных конструкций. Оказалось, у банды была некоторая интересная предыстория. С ней капитан Тайгородов успел познакомиться в Сирии, когда был там в командировке и передавал конкретные данные на бандитов, уроженцев Дагестана, сирийским силам безопасности.

Но рассказывал об этом не сам капитан, а подполковник Соликамский. Может быть, посчитал, что рассказ капитана не будет выглядеть для меня таким же убедительным, как рассказ самого подполковника, поскольку капитан немногословен от природы. Тем не менее я узнал, что тогда, в присутствии капитана Тайгородова, банда эмира Малика Абдурашидова перешла передовую линию сирийских войск по вырытому собственными силами подземному ходу и, оказавшись в тылу правительственных войск, атаковала штаб и разведуправление армии. Во время атаки были убиты один амид [4] , один лива [5] , три акида [6] и еще целый ряд офицеров штаба. Тогда чудом остался в живых приехавший в штаб буквально за несколько минут до нападения мушир [7] . По всей вероятности, банда имела данные о его приезде и именно им интересовалась. Но тогда в разведуправлении армии случайно оказалось подразделение «Тигров» бригадного генерала Сухель аль-Хасана – это самое боеспособное подразделение сирийской армии, их спецназ, наводящий на бандитов своими действиями настоящий страх.

«Тигры» приехали получать задание и угодили в опасное место – но именно они отбили атаку бандитов и перебили половину банды, которая вынуждена была уходить тем же подземным ходом, взрывая его позади себя, чтобы избежать преследования. При этом и сами рисковали остаться под завалами. Возможно, какая-то часть и осталась.

Маршрута подземного хода никто не знал, и потому взорвать его впереди возможности не было. А сам эмир Малик прославился своей хитростью еще там, в Сирии. Он и подземные ходы там копал всегда по непредсказуемому маршруту, чтобы избежать возможной ловушки. Не сам, конечно, копал, его люди выполняли то, что эмир Малик задумывал. И выполняли тщательно.

После этой неудачной, вернее, только наполовину удачной вылазки, после больших потерь Малик Абдурашидов решил с Сирией расстаться и вернуться в родные горы. Командование поддерживало идею возвращения, намереваясь создать напряженность в новых местах.

И он вернулся, о чем говорили данные сирийской и российской разведок. И уже вскоре отметился нападением на инкассаторов в селе Старый Бавтугай. Это говорило о том, что эмиру Малику не хватает финансовых средств. Но, насколько было известно в ФСБ, эмир приехал из Сирии с туго набитыми карманами. Даже сумма была известна. Тем не менее средств ему не хватало. Об этом же говорила и вторая вылазка банды – тогда нападению подверглось большое село, способное постоять за себя и имеющее значительные силы полиции и ФСБ.

Там Малик Абдурашидов опять не стал распыляться на действия против всех сил, что могли бы собрать в райцентре. Он сделал короткий рейд, сжег несколько домов, убил несколько человек, и в селе сначала подумали, что на этом все и кончилось. Никого не насторожило это нападение настолько, чтобы вызвать опасение повторения. А эмир, с присущей ему хитростью, все просчитал и нападение повторил. В первый раз его попытка ограбления инкассаторской машины закончилась неудачно. Но вторая попытка значительно пополнила финансовые запасы банды. Это уже давало направление поиска: эмиру Малику Абдурашидову не хватало средств. На что именно – не всем понятно. А понятно было только специалистам ФСБ, о чем они мне и рассказали.

Сам эмир считает, что во время нападения на инкассаторов в Старом Бавтугае он потерял двух человек. В действительности он потерял только одного. Второй был только тяжело ранен и сразу после захвата допрошен с применением спецсредств [8] . Само применение спецсредств дает только оперативную информацию и не принимается судами как доказательство. Однако ФСБ пока вообще не имела намерений передавать дело в суд и потому со спецсредствами не стеснялась.

Но бандит знал мало. Знал только, что Малик рассчитывает прочно обосноваться в Махачкале, по возможности легализоваться по подложным документам, может быть, даже жениться и женить всех членов банды, чтобы они не вызывали подозрений. А потом из Махачкалы перебраться в Москву, чтобы продолжить работать там. В Москве эмир рассчитывает заняться вполне легальным бизнесом. Это даст возможность осесть крепко и почувствовать почву под ногами. А потом, когда он обретет вес и социальную значимость, уже вернуться к основной своей деятельности. С таким условием, как сказал раненый, эмира Малика Абдурашидова и отправляли из Сирии в Россию и даже частично профинансировали.

Дальнейшие допросы раненого бандита пока невозможны, врачи не допускают использование спецсредств до определенного уровня оздоровления. Сейчас раненый находится под надзором спецназа в отдельной палате больницы ФСБ.

Мне во время этого рассказа стали понятны некоторые данные о банде эмира Малика Абдурашидова, что дали мне в оперативном отделе. А я все думал, откуда пришли к оперативникам эти данные? Например, об обваленной стене пещеры. Теперь стало понятно. И еще стало понятно хладнокровное отношение старшего следователя Следственного управления ФСБ к тому, что двух бандитов из семи убитых в ущелье опознать пока сложно – их «сняли» наши два взводных снайпера. В обычной своей манере «сняли», оставив без головы. Но теперь и их будет кому опознать.

Исключение составляли два обгорелых трупа в галерее с подземным озером. Там потребуется проводить генетическую экспертизу, но даже она затруднительна, потому что неизвестно, чьих родственников следует привлекать.

Как я понял, в ФСБ рассчитывали получить от раненого поименный список банды. Может быть, на допросе с применением все тех же спецсредств. Тогда будет возможность определить по документам большинство убитых. Тех, кто уже убит и кто будет убит, убрать из списка, а оставшихся направить на экспертизу. Здесь уже потребуется привлекать не слишком большое количество родственников.

Но у меня тоже возникли чисто практические вопросы, которые следователи не задали раненому.

– Товарищ подполковник, у эмира Малика Абдурашидова наверняка есть осведомитель в селе. Иначе он не сумел бы так точно выйти на дома людей, которых планировал уничтожить. Уже одно то, что он знал о полицейской машине во дворе заместителя начальника райотдела, вызывает подозрение. И машины с деньгами он атаковал точно, строго в нужных местах.

– Да, старлей, мы это при проведении допроса не просчитали. Но у нас было к раненому слишком много других вопросов. А действие препарата ограничено по времени. Потом уже врачи, как только раненого им доставили, не разрешили вести допрос. Но, как только врачи дадут добро, мы и это спросим. Впрочем, твой вопрос не такой уж обязательный. Мы тоже не лыком шиты и существование осведомителя предположили. И уже смогли кое-что выяснить техническими методами. Был проведен биллинг [9] телефонных разговоров в райцентре. Мы нашли трубку, с которой был сделан звонок в горы накануне нападения на машины с деньгами. А во время нападения трубка из гор находилась рядом с селом. И уже смогли выяснить личность старика, чей сын воевал в банде Абдурашидова и погиб в Сирии как раз в том бою, когда вовремя оказались на месте «Тигры» генерала Сухель аль-Хасана. Это некий Рустам Садыков. А сына его звали Рагим. Немного не дожил парень до возвращения домой. Но старик сыном, похоже, гордится. И всячески помогает эмиру Малику. Есть конкретные данные, что старику помогает племянник, компьютерщик районной телефонной станции Халил, хакер-любитель, самоучка. Старый Рустам Садыков по характеру, думается, обыкновенный старый абрек. Пока в силу возраста помогать может только информацией. Но информацию дает предельно точную. Мы даже проезжали мимо дома старика, просто посмотрели, себя не показывая. С его крыльца, где он дни проводит, сидя за чаем, хорошо видны здание и двор Сбербанка. Можно информацию давать. Пока решили старика не трогать, но проработать возможность его использования.

– Каким образом? – поинтересовался я.

– Обстановка покажет.

Бойцы спецназа ФСБ прилетели с носилками. Опыт, видимо, был. И на носилках перенесли тела убитых бандитов к одному из вертолетов. На втором предстояло вылетать нам. Подполковник Соликамский, понимая мое не слишком хорошее состояние после того, как эмиру и основному костяку его банды удалось уйти, оставив нас в дураках, проявил душевное понимание и поблагодарил меня и взвод за отлично проделанную работу.

Я ответил по-уставному, но потом все же добавил:

– Половинчатый результат не является конечным, товарищ подполковник. В этот раз Абдурашидов обманул нас, в следующий раз я обману его. Все равно ему никуда от меня не деться. Надеюсь только, что не другие эту банду уничтожат, а выпадет это моему взводу. Специально попрошу об этом майора Арцегова. Он такие состояния понимать должен.

– Должен, – согласился подполковник. – Если даже я, хотя я человек не совсем боевой, твое состояние понимаю, майор Арцегов поймет тем более. Он же сам пару лет назад, помню, здесь же разведроту на операции водил. Капитаном тогда еще был, а я майором. Я со своей стороны обещаю тебе, Сергей Николаевич, посодействовать по мере возможности. Но нам сначала нужно найти банду. Я думаю, Абдурашидов сейчас захочет на некоторое время на дно залечь. Так что тебе подождать придется. Месяц, другой – больше эмир не выдержит. Вылезет на дневной свет…