Чтение онлайн

— У меня были снимки, но я не знаю, где они сейчас.

— Я бы удивился, если б фотограф не снимал в море все подряд. — Тайлер огляделся. Много фотографий, но ни одной семейной. Он не мог поверить, что Эшли провела девять месяцев на лодке с беременной сестрой и не сняла ни единого кадра с ней.

— Я часто меняю свои фотографии. Та гонка в прошлом. И я убрала многие вещи на хранение, когда мы вернулись.

Тайлер сел на диван. Он решил переменить тактику.

— Я встретил вашего друга, Шона. Он сказал, что вы были влюблены друг в друга еще в школе.

— Это правда. — Эшли присела на край кресла.

— Должно быть, трудно уйти в море и оставить его здесь.

— У меня не было выбора.

— Конечно. — Он улыбнулся, желая ослабить напряженность, которую заметил в лице Эшли. Ему казалось, что ему или легко удастся получить от нее то, что надо, или вообще ничего не выйдет.

— Бьюсь об заклад, молодые люди не оставляли вас и ваших сестер без внимания на всем протяжении гонки в различных портах. Три красивые, авантюрные блондинки. Вы, наверное, отбивались от них палками.

— Иногда случалось, — подтвердила Эшли. — Но мужчины — участники гонки — отличаются от обычных. Они сосредоточены на своих лодках, на соперниках, на погоде, поэтому все остальное имеет для них второстепенное значение. Кроме того, мы были тогда очень молоды.

— Малолетки, — согласился Тайлер. — Все, кроме Кейт. — Он помолчал. — Что случилось с вами и Шоном, когда вы вернулись?

— Ничего. Я имею в виду, мы расстались.

— Почему?

— Потому что… — Она беспомощно пожала плечами. — Мы стали другими. Трудно вернуться и начать все сначала с кем-то, кого не видела несколько лет.

— Правда. Похоже, он по-прежнему очень любит вас.

Эшли покраснела.

— Мне он тоже не безразличен.

Больше, чем не безразличен, подозревал Тайлер.

— Может, вы когда-нибудь снова будете вместе.

— Не знаю. — Эшли замолчала, испытывая неловкость. — Вы хотели что-то еще? У меня дела.

— Вы сказали, что у вас нет фотографий вашей гонки, но я подумал, может, есть снимки местных моряков или прошлых гонок Каслтона. Они могли бы дополнить мою статью. Я заплачу вам за их использование, разумеется.

— У меня много фотографий недельных гонок прошлого года. Я посмотрю, подождите.

— Конечно, не торопитесь, — сказал Тайлер, когда Эшли пошла в свою спальню. На самом деле ему не нужны были никакие фотографии, требовалось время, чтобы по-думать, как завоевать ее доверие, и, возможно, немного осмотреться. Естественно, что юрист, имевший дело с адвокатом Марка, должен прислать письмо одной из сестер МакКенна и сообщить о происходящем. Нет ли конверта или других бумаг в этом хаосе?

На журнальном столике он не заметил ничего такого, чтобы могло заинтересовать его, поэтому Тайлер встал и подошел к столу, где был компьютер Эшли. В поле зрения попал конверт с обратным адресом «Каслтон. Семейное здоровье», из которого торчали счета. Конверт был открыт, и Тайлер вынул счет. Он оказался месячной давности, пациентка Эшли МакКенна была на приеме у доктора Миры Хановер.

Это ни о чем особенном ему не говорило. Тайлер перевернул его и увидел сопроводительное письмо, оно оказалось гораздо любопытнее. В письме доктор Ханновер рекомендовала Эшли двух психиатров, специализирующихся на тревожном и депрессивном состоянии, оба практиковали в Сиэтле. Письмо подтвердило подозрения Тайлера, что у нее проблемы с психическим здоровьем. Он сунул счет в карман, сомневаясь, что она спохватится, поскольку Эшли, очевидно, уже оплатила его.

Услышав шаги хозяйки квартиры, он отошел от стола и вернулся на середину комнаты.

Она протянула ему толстый конверт.

— Здесь прошлогодние снимки. Я должна предупредить вас, однако, здесь нет фото с самих гонок. В городе есть один парень, Нэйт Раффин, он снимает на воде. У него могут найтись кадры поинтереснее. Он работает на гонках и в этом году, имеет смысл поговорить с ним.

— Спасибо, я так и сделаю. — Тайлер взял у нее конверт. — Почему же вы не снимаете сами гонки? Вы такой опытный моряк, трудно представить, что кто-то другой способен сделать это лучше вас.

Слова Тайлера заставили ее побледнеть.

— Я просто не снимаю их.

— Вы больше не хотите выходить на воду, правда?

Судя по всему, Эшли вспомнила их первую встречу в доме Кейт, когда призналась в своей неспособности подняться на борт лодки и сделать снимок.

— Что такое случилось, из-за чего вы испытываете страх перед водой? — спросил он настойчиво и бесцеремонно. Время поджимало после угрозы Марка забрать Амелию и скрыться. Эта угроза висела над головой, как кирпич на веревке.

— Я… Это долгая история.

— Из-за шторма? Вы получили травму? Или произошло что-то другое? Вы кого-то оставили, может быть?

Казалось, что вся кровь отхлынула от ее и так бледного лица.

— Что вам известно? — прошептала она.

Его сердце ускорило ритм. Возможно, это Эшли. Может быть, она мать Амелии? Может, она получила психическую травму, оставив своего ребенка?

В их разговор так не вовремя вклинился телефонный звонок. Эшли колебалась, не спешила ответить.

— Вы не хотите снять трубку? — удивился Тайлер.

— Это автоответчик.

— Эшли, это Кейт. Я у Кэролайн. Срочно позвони мне или приезжай сюда как можно скорее.

Тайлер нахмурился, уловив озабоченность в голосе Кейт.

Эшли схватила телефонную трубку.

— Кейт, что случилось? С Кэролайн все в порядке? — Она замолчала, выслушивая ответ сестры, потом сказала: — Почему ты не можешь сказать мне прямо сейчас? Хорошо. Я буду через несколько минут.

Она положила трубку и повернулась к Тайлеру:

— Мне нужно идти.

— Все в порядке?

— Сомневаюсь. Уже давно не все в порядке.

Она взяла сумочку и ключи, направилась к двери. Тайлеру ничего не оставалось, кроме как пойти следом.

— Я верну снимки позже, — сказал он. — Может быть, тогда мы сможем закончить наш разговор.

— Меня не будет дома. Просто оставьте конверт у дверей. Никто не возьмет.

Она поспешила по коридору, прежде чем он успел еще что-то сказать. Черт. Он подобрался так близко к чему-то важному. Теперь ему снова придется ждать.

Бессмысленно сейчас идти к Кэролайн. Все три сестры соберутся там. Но они, несомненно, выступят единым фронтом, это ясно. Лучше всего говорить с каждой отдельно. Принцип «разделяй и властвуй» работает давно, а поэтому — одна сестра на один раз.