Чтение онлайн

– Никогда не делай сегодня то, что можно отложить на завтра?

– Да ты у меня остряк-самоучка. – Фил подхватил Клодию и закружил.

Она смеялась и кричала:

– Отпусти меня сейчас же, ты, ты...

– ..изверг, – докончил Фил и отпустил ее. – Последнее время меня все так называют.

Она звонила?

– Кто это «она»?

– Как будто не знаешь! Не прикидывайся, чертовка. – Глаза его по-доброму светились.

– Не смей со мной так разговаривать, – смеялась Клодия. – Не забывай, что я меняла тебе пеленки. Нет, она не звонила.

– Черт! – Месяцами он с ужасом ожидал звонков Чарли Макеннали, а сейчас волнуется оттого, что она не звонит. Но он зря беспокоится – завтра, да нет, сегодня вечером на Норманс-Айленде вновь восстановится ставший уже привычным дух вражды. А пока он прекрасно провел время на экскурсии, побегал с мальчишками – одним словом, выдался чудесный день. Детей ведь легче любить, чем взрослых.

Тут он уже в который раз вспомнил: звонкий удар ее пальцев о его подбородок, и она корчится от боли. Он закусил нижнюю губу и стукнул кулаком по ладони, пытаясь забыть обо всем этом и о своей вине тоже. «Но почему я виноват? Это она меня ударила. Да, но...» Его мучила совесть, и ничего тут не поделаешь. «Я надутый осел, пусть она меня ударила, но она, Господи, она так красива и так несносна!»

– Да пропади он пропадом, этот костюм, – бормотал Фил, глядя на джинсы, и добавил, вспоминая:

– Скучный...

Клодия отошла в сторонку и наблюдала за Филом: он хмурился, и это его портило, а он и так не был красавцем, ее мальчик. Такой смышленый малыш, и никто его не любит. Это ужасно! Он слишком быстро вырос, и слишком рано на него легла ответственность: ему только исполнилось двадцать два, когда умер отец.

– Скучный? Кто тебе это сказал?

– Да так, кое-кто.

– Если ты и скучный, то совсем чуть-чуть, поверь мне. Не больше, чем любой мужчина Новой Англии.

– А ты, Клодия, конечно, знаешь все о мужчинах Новой Англии? – хмурое выражение сменилось улыбкой. Слишком она стара, чтобы краснеть, хотя он и сделал ей комплимент.

Клодия тоже улыбнулась в ответ и лукаво подмигнула:

– А теперь к делу.

– Есть что-нибудь чрезвычайно важное?

– Как сказать. У мистера Андерсона неприятности на консервном заводе в Плимуте, и он...

– Он управляющий, пусть сам и разбирается. – Фил не дал ей договорить и небрежно махнул рукой.

– Понятно. Как и было обещано, начинаем применять бесконтрольные методы управления?

– Точно. Я хочу вздохнуть свободно. До сих пор не представлял, как мне этого не хватает. Можно тебя кое о чем спросить, Клодия?

– Давай.

Она пристроилась на кончике стола и внимательно посмотрела на Фила, пытаясь разглядеть в его лице признаки влюбленности. Кто же она, эта женщина, подцепившая самого закоренелого во всех Восточных штатах холостяка? Лицо Клодии Сильвии приняло доверительное выражение, но первый же его вопрос ошеломил ее:

– Почему ты никогда не была замужем?

– Я, замужем?

– Перестань, мне важно знать. Ты ведь всю жизнь нянчилась со мной, а спросить мне не у кого.

– Было много причин...

– Не встретила подходящего человека? О Господи, вздохнула Клодия. Не сыпь соль на рану, она давно зажила, или по крайней мере так кажется.

– Вовсе нет, встретила, – Клодия изо всех сил старалась выглядеть веселой. – Если бы все не рухнуло, я могла бы стать твоей матерью, Фил Этмор, и назвала бы тебя Питером, а не Филипом, потому что я ненавижу имя Филип.

– Что же случилось?

– Ничего особенного. Я встретила подходящего человека, но немного опоздала – другая женщина встретила его раньше меня.

Вымученная веселость не могла длиться бесконечно.

– А ты не пробовала найти другого?

– Трудно примириться с заменой, дорогой. А почему ты спрашиваешь?

– Потому что... Сам не знаю, – он покачал головой, и капли воды с еще мокрых после душа волос упали на темно-зеленый ковер. – Пойми меня правильно, я встречался со многими девушками, но по существу никогда не знал их. Глупо?

– Нисколько. Вполне нормально. Как ее зовут?

– Зовут? – Он покраснел. – До имени дело не дошло, вернее, я еще никого не выбрал. К тому же последние два месяца я сражаюсь с соседкой.

– Мне кажется, она интересная особа, – поддразнила Клодия.

– Интересная! Боже мой, да эта дамочка просто угроза человечеству. Вместе со своей скрипкой. И заноза к тому же! То вечеринки мои ее раздражают, то Сэм слоняется по ее участку. Да ее сам черт послал, поверь, я бы шею ей свернул! И, помолчав, он спросил:

– Что мне делать с этой Чарли Макеннали?

– Значит, обидчицу зовут Чарли Макеннали?

– Точно, – Фил вздохнул и покачал головой. – От горшка два вершка, рыжая, но фигура что надо, нос, правда, весь в веснушках.

А уж норов – как у Кинг Конга.

– Жуткое создание. – Секретарша с трудом сдерживала смех, но Фил этого не заметил, так как уставился в пол и водил носком ботинка по ковру.

– Да уж, испугает кого угодно. Ее следует хорошенько проучить. Что ты предлагаешь?

– Ты ее совершенно не выносишь?

– Совершенно.

– А она тебя?

– Тоже. Но Сэм ее обожает, а он никогда не ошибается в людях. Итак, твои предложения.

– Трудно сказать. Ты ведь не захочешь отравить воду в ее колодце?

– Это слишком просто. Я подумывал перекупить аренду на ее дом, но это слишком сложно.

– Тогда остается только один способ наказать ее и заставить страдать всю жизнь. Фил поднял голову.

– Слава Богу, я всегда знал, что могу положиться на тебя, Клодия. Каков же план действий?

«Конечно, слава Богу, – подумала Клодия. – А что будет, когда я уеду, поскольку врач велел мне отдохнуть до конца года, и кот останется один в голубятне?»

– Если все, что ты говоришь, правда, то единственный способ наказать эту дурочку – жениться на ней!

В приемной послышалось хихиканье Алисы Стердевент, в обязанности которой входило печатать на машинке, регистрировать корреспонденцию, но она еще была и девочкой на побегушках и отчаянной сплетницей. Неодобрительно покачав головой, Клодия закрыла дверь.