Чтение онлайн

Король ЯндолАнганол отказался от кареты и, вместо того чтобы проследовать по намеченному триумфальному маршруту вдоль улицы Возен, направил свой пропыленный караван в Пок. Пок, чрезвычайно уютный райончик у подножия холма, состоял в основном из кабачков, таверн, постоялых дворов и небольших рынков, где купцы с удовольствием покупали как диких и домашних животных, так и протогностиков.

– В Эмбруддоке мади сейчас не пользуются особенным спросом, - называя Олдорандо его старинным именем, сказал королю торговец, тертый калач.
– Мади здесь сколько угодно, но, как и нондады, они никудышные работники. Вот если бы вы захотели продать своих фагоров, был бы другой разговор, но, к сожалению, в этом городе запрещено торговать фагорами.

– Мне нужно продать этих мади вместе со всеми их животными - называй цену, купец, иначе я отправлюсь еще куда-нибудь.

Ударили по рукам, и мади были проданы в рабство, а животные отправлены на бойню. Король был вполне доволен сделкой. Теперь у него были деньги на то, чтобы подготовиться к встрече с королем Сайреном Стандом. Когда он вступал в город, в его карманах едва ли нашлось бы несколько рун. Путешествие из Матрассила встало недешево и вконец опустошило и без того тощую казну.

Построившись в колонну, Первый Фагорский прошествовал наконец по улице Возен, где короля Борлиена давно уже поджидали толпы народа. При появлении короля Орла и Юлия в толпе послышались приветственные крики. Правитель Борлиена пользовался популярностью среди низшего сословия Олдорандо, даже несмотря на его связи с официально гонимыми фагорами. Простому народу нравился тот разительный контраст, который этот живой, энергичный человек составлял с их местной знатью, по преимуществу упитанными и ленивыми многочисленными родственниками ныне правящего короля. Простолюдины не знали королевы королев. Простой народ сочувствовал королю, чью невесту так злодейски умертвили - пусть даже эта невеста была всего лишь мади или полумади.

Среди простолюдинов попадались и служители культа. Духовенство размахивало транспарантами. «ПОКАЙТЕСЬ В ГРЕХАХ СВОИХ». «КОНЕЦ СВЕТА БЛИЗОК». «ПРИДИ К БОГУ ПОКА ЕЩЕ ЕСТЬ ВРЕМЯ». В Олдорандо, как и повсюду в Борлиене, церковь ловко пользовалась тревожным временем, чтобы призвать в свое лоно сомневающихся.

Пыль и песок летели из-под ног фагоров и копыт лошадей. Марш продолжался. Мимо древней пирамиды Дэнниса. Через местечко Возен. По широкой площади Лойлбрайден. Через площадь и на мост через бурливый поток, в Парк Свистуна. За парком перед борлиенцами предстали Великий собор Страстотерпцев и выложенный разноцветной мозаикой дворец правителя страны. В центре дворцовой площади, в золотом павильоне, Орла ожидал правитель Олдорандо, король Сайрен Станд. Он пожелал приветствовать соседа лично.

Рядом с королем, чуть ниже и левее, восседала королева Бакхаарнет-она, облаченная в серый кидрант с черными розами, с весьма неудобной короной на голове, золотой, украшенной драгоценными камнями. Между их величествами на маленьком стульчике сидела их дочь, вторая и последняя, Милуя Тал. Ожидавшая гостя в тени павильона троица представляла собой нелепый символ роскоши и повергающего в священный трепет могущества; позади трона на солнцепеке потела толпа придворных. В невыносимо жарком воздухе жужжали мухи. Оркестр заиграл бравурный марш. В глаза бросалось полное отсутствие почетного караула, однако несколько престарелых военных чинов в сверкающих роскошных мундирах с траурными черными повязками на рукавах при появлении короля Орла отсалютовали ему мечами. Милиция сдерживала толпу, не давая ей выплеснуться из переулков на площадь.

Двор Олдорандо славился своей нестерпимой приверженностью к формальностям. Однако, зная своего соседа, Сайрен Станд сделал все, чтобы сократить предписанную этикетом процедуру приветствия. Тем не менее на площади в толпе придворных высшие чины королевского совета и церковные дигнитарии в парадных облачениях нетерпеливо ждали, когда же можно будет лично пожать королю ЯндолАнганолу руку и поцеловать его в щеку.

Выступив на середину площади, пропыленный король остановился и с вызовом осмотрел строй вышедших приветствовать его. Его капитаны и горбун-оружейник стояли рядом.

– Такой прием достоин упоминания в исторических хрониках, кузен Станд, - приветствовал он правителя Олдорандо.

На Сайрене Станде был чарфрул полувоенного образца, напоминающий форму королевских офицеров, с такой же траурной повязкой повыше локтя. Поднявшись с трона, правитель Олдорандо сделал несколько шагов навстречу королю ЯндолАнганолу, протягивая к нему руки. Король Орел коротко кивнул, не выказав особого стремления обниматься. Стоя на шаг позади хозяина, Юлий хлюпал в щелях ноздрей молоками, попеременно то в одной, то в другой, в остальном оставаясь неподвижным.

– Во имя Всемогущего, приветствую тебя. Двор Олдорандо рад видеть тебя, прибывшего с братским и дружественным визитом в нашу столицу. Будем надеяться, что волей Акханабы наша встреча закончится более чем плодотворно.

– Во имя Всемогущего, приветствую тебя. Благодарю за сердечный прием. Сожалею о безвременной кончине твоей дочери, Симоды Тал, моей невесты, и скорблю вместе с тобой.

Пока король ЯндолАнганол говорил, его лицо оставалось неподвижным, жил только взгляд из-под темных бровей: король быстро рассматривал придворных и королевскую семью. Сайрену Станду он никогда не доверял. После приветствия, взяв гостя под руку, король Станд провел его вдоль строя дигнитариев, которым было позволено пожать тяжелую руку властителя сопредельной державы и прикоснуться губами к его пыльной щеке.

По напряженной позе и отрывистой речи короля Олдорандо было видно, что тот замыслил против гостя недоброе. Сознавать это было мучительно. И душу, и сердце этого человека источило лютой ненавистью. Смерть дочери его королевское величество, государь Олдорандо, не перенес, его рассудок помутился, и трагедия требовала немедленного разрешения.

Сразу после приветствий придворных наступила очередь королевы, которая подошла к Орлу, прихрамывая и ведя под руку дочь, Милую Тал. Глаза Бакхаарнет-она потухли, но вместе с тем в выражении ее лица, в том, как она держала голову - покорно и одновременно дерзко, - было нечто, неприятно задевшее короля ЯндолАнганола. Он вспомнил слова короля Сайрена Станда, о которых ему однажды донесли соглядатаи - почему эта фраза так крепко засела в его памяти?
– «Стоит хоть раз попробовать женщину мади, и никогда не захочешь другой».

Лица королевы Бакхаарнет-она и ее дочери удивительно напоминали облик птиц, попавших в неволю, что было так свойственно их народу. В жилах Милуи Тал текла изрядная доля человеческой крови, но, несмотря на это, она казалась совершенно экзотическим существом - темнокожая красотка, редкостный бриллиант, пара огромных глаз, сияющих по сторонам от загнутого клювом носа. Пока мать представляла девушку гостю, та смотрела королю Орлу прямо в глаза, и он понял значение этого взгляда - это был Взгляд Согласия. На мгновение в голове короля всплыли воспоминания о научных опытах по скрещиванию разных видов, которыми занимался СарториИрвраш; похоже, возможность заняться любопытным скрещиванием вполне может представиться и ему самому.

Как приятно было увидеть единственное милое лицо среди сотен тупых.

– Ты очень похожа на сестру, в особенности на тот ее портрет, что она прислала мне. Но нет - ты еще красивее, - сказал он.

– Мы с Симодой были очень похожи, хотя во многом различны - это обычно для сестер, - отозвалась Милуя Тал. Музыка ее голоса заставила короля подумать о многом: о кострах в ночи, о маленькой Татро, гукающей в одиночестве в пустой комнате, о голубях в деревянной башне.

– Бедняжка Милуя потрясена убийством своей сестры, как и все мы, - вставил Станд, издав в заключение звук, больше всего похожий на отрыжку.
– Мы разослали людей по всему материку и гораздо дальше, они всюду охотятся за убийцей, сумевшим под личиной мади пробраться во дворец.