Чтение онлайн

Слишком много переписывать. Майк достал фломастер и начал подчеркивать самые важные места: «… в Америке интерес к «вечной молодости» подогревается постоянными сообщениями о новых технических открытиях в области пластической хирургии и химических средств. Обстановка идеальная для нечистых на руку людей. Они имеют дело с пациентами, отчаянно мечтающими о недостижимом».

За статьей «Таймс» шла вырезка из журнала Американской Медицинской Ассоциации. На секунду он задумался, откуда она здесь взялась, и тут же вспомнил – он видел по телевизору выступление автора – доктора Джона Оуслея, известного в стране специалиста по пластической хирургии. На полях заметка, что доктор работает в Сан-Франциско, и надо его повидать. «Когда химиохирургия проводится квалифицированным врачом, пациента обычно госпитализируют на… – писал доктор Оуслей. – Некоторые доктора накладывают пациентам увлажнитель или гиперэмоллиент – сильнейшее размягчающее средство. Другие покрывают кожу водонепроницаемой пленкой, которая усиливает действие маски после наложения увлажнителя. Через двадцать четыре часа после процедуры образуется корка, она постепенно отпадает, и на лице остается ровная, гладкая кожа, весьма подверженная действию ультрафиолета».

Майк оторвался от чтения, захотелось размять ноги и взвесить все еще раз. Джо говорила, что на чеке на тысячу восемьсот долларов стояла дата тридцатое мая. Несчастный случай произошел третьего июня. Это означает, что в «Фонтане» Тери провела максимум три дня. Они не стали ждать недели, чтобы корка отпала естественным образом. Значит, операцию проводили неквалифицированные люди.

Халтурно состряпанные носы, силиконовые бюсты, за ночь менявшие форму и местоположение. Загубленные жизни. Невероятно, какими доверчивыми, наивными были те женщины, отдавшие лица, тела в руки незнакомым людям, которым они никогда не открыли бы дверь, позвони они в дом.

Наконец он нашел ее, строчку, которая прочно отложилась в подсознании и мучила его все это время. Заметка была напечатана в одной из местных газет Лас-Вегаса под названием «В поисках молодости», но не это он искал. Тогда он прочитал статью от начала до конца, и вдруг наткнулся на имя, застрявшее с тех пор в уме.

Материал в шесть строк поместили в самом низу страницы. То ли редактор цинично пошутил, то ли просто произошло несуразное совпадение: на той странице помещалась статья, превозносившая «омолаживателей» и их новое устройство – вибрирующий матрац.

«Адель Петерсон, подавшая иск на два миллиона долларов в кожную клинику «Весна», действовавшую в долине Парадиз, и утверждавшая, что была изуродована в результате применения «маски молодости», договорилась с ответчиками вне стен суда. Эту информацию предоставили нам Фуллер и Аптон – адвокаты, выступавшие защитниками клиники. Мистер Аптон подтвердил, что клиника «Весна» закрылась».

Аптон и Фуллер. Денни Аптон, учредитель «Фонтана». Сообщил ли он это имя Джо, узнав о нем от Берта Стоклера? Вот безалаберный идиот.

Он просидел в студии до часу, просматривая «папку несчастий», а затем взялся за телефонные книги. Адель Петерсон найти оказалось легче, чем он думал. Она фигурировала в справочнике дважды. Второй раз ее напечатали как владелицу магазина «Лавка чудес».

История сидела у Майка в голове весь день, с ней он и лег спать. Ему снилось, что он едет по пустыне и спускается в тоннель. Тоннель превращается в тоннель любви – аттракцион, на котором он побывал в шестнадцать лет. Но… этот тоннель населяли уродцы и омерзительные чудовища. Он просыпался в четыре, в пять, и снова проваливался, как в яму.

После кружки кофе и ледяного душа Майк мог сразиться с любым чудовищем и даже с самой Мадам Дэви, зловеще протягивающей горшок с ядовитой жидкостью в мертвенно-белых руках с алыми ногтями.

Восемь тридцать утра. Звонить ли мисс или миссис Петерсон домой? Лас-Вегас – город, который никогда не спит. Однако он вспоминал, что магазины в нем никогда не открываются раньше десяти. Без четверти девять Майк понял, что не может больше ждать. Он набрал номер. Ответа не последовало. Он названивал каждые десять минут, пока в половине десятого ему не ответил женский голос с приятным скандинавским акцентом:

– «Лавка чудес».

– Можно поговорить с Адель Петерсон? – Это я.

Майк не знал, что говорить. Он долго запинался и спотыкался, пока решился назвать свое имя.

– Майк… Майк Таннер. Майк Таннер с телевидения Сан-Диего.

– Да? – Тон прохладный. Никакой враждебности к представителю прессы, но и никакого приглашения к разговору.

Майк решился идти напролом, без всяких там вокруг да около, но все равно вышло нескладно.

– Это… Мисс Петерсон… Я работаю над очень важным для меня материалом. Что-то надо делать с… мошенническими клиниками, которые открывают бесчестные люди, претендующие на профессиональных докторов.

На другом конце молчали.

– Я хотел узнать, можно ли увидеться с вами. Я понимаю, это больно для вас, но…

– Я жертва. – Голос стал глуше, но более заинтересованный и как бы приглашающий к разговору.

– Да-да, мисс Петерсон. Я читал о вашем деле и множестве других случаев, множестве…

– Не сомневаюсь. Почему вы хотите увидеться со мной? Я не экспонат. – В голосе не было злобы. Она говорила так, словно заполняла бланк с паспортными данными.

Она понравилась Майку. Он не видел ее, но решил – может быть, слишком быстро, – что она свидетель, который не откажется говорить.

– Мисс Петерсон, я не хочу врываться в вашу частную жизнь. Я звоню не из-за съемок сенсационного телешоу. Хотелось бы задать вам несколько вопросов и для этого встретиться там, где вам удобно.

– Задавайте.

– Кто владел клиникой «Весна» в долине Парадиз?

– Я не уверена, что знаю.

Майк почувствовал в ее тоне колебания, признаки злобы и недоверия.

– Но ведь…

– Я думаю, ее открыла и вначале ею полностью владела женщина… – Она замолчала. Голос задрожал от ненависти. – Русская. Русская ведьма. Магда Дюпол.

– Да-да, мисс Петерсон. Магда Дюпол. Вы говорите, она была красивой, но ужасной?

Она не слушала и продолжала:

– Если бы знать, где она сейчас, я бы ее связала и полила ей лицо кислотой, капля за каплей, медленно – на глаза, на нос, на красивые скулы, капля за каплей… Я искала ее, но в последний момент ей всегда удавалось ускользнуть. Один раз не хватило каких-то минут. Тогда она растворилась в пустыне – в каньонах Беверли-Хиллз. Со всеми деньгами, заработанными на несчастье людей. А это тысячи и тысячи долларов.

– Вы настигли ее в «Фонтане»?

– В каком еще фонтане? Она спряталась на дне фонтана? – женщина засмеялась злобным смехом гиены.

Майк не сдавался:

– Вы сказали, что вначале клиникой «Весна» полностью владела Магда Дюпол, когда вы были… пациенткой. – Женщина, должно быть, находилась на грани безумия, но приходилось продолжать. – Когда вы были пациенткой, был ли у нее партнер? Светлана Лэйн? Лэннинг? Сергеева?

– Все эти имена… что вы имеете в виду… Я думаю, был партнер, но не больше чем один.