Чтение онлайн

...
– По числу авиакатастроф мы в этом году превзошли все страны мира вместе взятые. Дальше, как говорится, лететь некуда. Прилетели. Это наносит огромный моральный и материальный ущерб стране, престижу её научно-промышленного комплекса. А главное - гибнут люди...

– Вся страна в штопоре...
– услышал Белояров шепот соседа справа, самолеты лишь частность. Разве не так?

Белояров пожал плечами и не ответил.

– Безопасность полетов, - продолжал вице-премьер, - превратилась в острейшую проблему...

– Вот это по-нашему, - снова зашептал сосед: - Пока проблема не вышла на катастрофический уровень, её не замечают. Ее как бы нет.

Вице-премьер закончил вступительную речь и предоставил слово специалистам. Он записывал их предложения, и мрачнел все больше: каждый требовал погашения долгов, средств на реконструкцию, повышения зарплаты... Все это уже набило оскомину.

– Коренные проблемы надо решать...
– подал голос сосед слева.

– На коренные проблемы у нас нет денег, - ответил вице-премьер.

– Где же они?
– не унимался сосед.
– Когда-то на все хватало.

– Вопрос не ко мне. Пока нашли средства только на обеспечение безопасности... Пока главное - безопасность.

Хороший парень, приличный экономист, ему бы директором в промышленную фирму, думал Белояров. Придет новый хозяин, и вице-премьер окажется не у дел. Хотя, он наверняка уже подготовил себе какой-нибудь запасной вариант, этакую небольшую заводь - какой-нибудь банк, фонд, или, на худой конец, институт и, скорее всего уже пропрудил туда неприметный золотой ручеек.

Белояров, дождавшись, когда самая горячая часть присутствующих отговорилась и остыла, попросил слово.

– Только, Константин Иванович, пожалуйста, если можно, без эмоций и подколов... Лучше что-нибудь конструктивное, - попросил вице-премьер.

– Постараюсь. Я хотел бы обратить внимание присутствующих на субъективные причины в обеспечении безопасности полетов. Точнее - на человеческий фактор. Да, на заводах тяжелое положение. Да, парк самолетов стареет... Но ведь бьются и американские лайнеры, где нет подобных проблем. И виной довольно часто становятся либо ошибки экипажей, либо наземных служб. Проработка вопросов, связанных с действием человеческого фактора, потребует меньших затрат и скажутся на безопасности полетов быстрее, чем решение производственных проблем. Конечно, это тоже потребует немалых вложений, но все-таки гораздо меньших. Что нужно? Системы предполетного контроля экипажей, тренажеры для пилотов, имитаторы аварийных ситуаций. А чтобы средства не распылялись, надо сосредоточить все в одних руках...

Белояров говорил долго и убедительно. Вице-премьер согласно кивал головой. Всем вдруг все стало ясно и даже скучно. Вопрос был предельно деликатным, за заказы боролись, используя все доступные рычаги и связи: скудное финансирование вынуждало, ведь за каждым из присутствующих стояли большие коллективы, в большинстве своем бедствующие. До совещания были надежды, теперь они таяли на глазах. Становилось очевидным, что все уже давно подготовлено и согласовано на всех уровнях, что эту выгоднейшую работу поручат Белоярову, а остальным уготована здесь роль статистов, подыгрывающих основному персонажу.

– Опять монополизм, Константин Иванович, - выкрикнул кто-то.

– Почему же, проекты будем принимать на конкурсной основе, - быстро ответил Белояров.

– Какой конкурс, если за это берется ваша "Заря"...

– Хорошее замечание, - Белояров был действительно доволен реплике. Она позволяла легко и естественно подвести под бюджетную крышу, никому не известную частную фирму "Комета".

– ...Сейчас уже набрали силу, - продолжал он, - и неплохо себя проявили малые предприятия... Многие талантливые разработчики ушли именно к ним. Там и накладных расходов меньше.

...Наконец, совещание закончилось и кабинет быстро начал пустеть. Белояров почувствовал, что кто-то осторожно взял его за локоть. Это был академик Саблин. Высокий, седой, благоухающий тонкими духами.

– Поздравляю, Костя. Всех обошел...

– Стихийно вышло. Я же не хотел...
– сказал Белояров, бросив взгляд в сторону в вице-премьера.

– Да ладно, знаем мы эту стихию... Не поделишься?
– продолжал Саблин.

– Конечно, конечно. Какой вопрос...

– Константин Иванович, вы можете задержаться на несколько минут? долетел, наконец, голос вице-премьера.

– Я подожду тебя внизу, - бросил Саблин.

Белояров повернулся, и, скрывая торжество, уже предчувствуя характер предстоящего разговора, неторопливо зашагал в дальний конец кабинета, где за письменным столом его ждал вице-премьер.

– Вы сможете взяться за весь тот комплекс проблем, о которых говорили?

– При финансировании, разумеется. Тогда мы решим эту задачу. Создадим опытные образцы, подготовим к серийному производству. Возможности есть, не все ещё специалисты разбежались.

– Подготовьте мне обоснование расходов и остальные документы. И чем быстрее, тем лучше.

Через полчаса Белояров уверенно сбежал вниз по широкой лестнице. В вестибюле его ждал Саблин.

– Ну что?
– он приблизился.

– Пока ничего конкретного. Одни разговоры, как всегда. Если что-то будет, я позвоню. Кстати, а ведь ты, - Белояров посмотрел на него с ласковой укоризной.
– забыл про меня, когда получил заказ на систему голосования. Заказ был просто пальчики оближешь.

– Да ты что! Я хотел, но мне просто не дали. Твой зам, Саватеев, засветился в какой-то партии... Шумел там о чем-то. А Центризберкому нужны были абсолютно аполитичные исполнители. Абсолютно. Их понять можно. Иначе там так насчитают... Я ничего не мог сделать, поверь. Вот такие дела. Что ни говори, в наше время все-таки было лучше. Несмотря ни на что.

– Просто мы тогда были молодыми. Когда-нибудь и нынешняя молодежь тоже будет называть это время золотым.

– Ты прав как всегда, Костя. Так я могу рассчитывать?

– Обещаю. Если, конечно, заказ будет солидным...

– На человеческом факторе, Костя, можно годами кормиться. Это бездонная бочка, ты же знаешь.

Прощаясь, они долго уверяли друг друга во взаимной дружбе и необходимости выручки, вышли вместе и разошлись по машинам.

Белояров стер с лица улыбку и в сердцах так саданул дверкой своей "Волги", что водитель удивленно оглянулся. Но промолчал.

– В институт, - бросил Белояров и задумался. Предупреждал же, сколько раз он предупреждал своего неугомонного заместителя: брось возиться с политиканами. Зачем это ему? Доктор технических наук, 40 лет, возраст свершений. Заместитель директора. Что ещё надо? Что это, род недуга? Уж лучше бы по бабам ходил...

Возвратившись в институт, он вызвал своего зама.

Саватеев - светловолосый, невысокий, моложавый без стука появился на пороге. В руках - неизменная черная папка из кожи.

– Как дела?
– спросил Белояров, когда Саватеев устроился за столом.