Livor Mortis
Шрифт:
– Как это случилось… Как ты умер… Как мне все исправить? Зачем ты умер?
– Дядя… Пожалуйста, выбирайся оттуда. Пойдем домой, - юноша присел на корточки, протягивая Сиэлу руку, но молодой человек не обратил на это внимание: его лопата ударилась обо что-то деревянное.
От этого глухого звука Сэмюэлу поплохело, так как он начал себе представлять, что они в скором времени увидят. Юноша не мог представить и придумать ни одной причины, которая могла бы остановить Эдварда. Он пустился на землю, стараясь не смотреть в сторону Сиэла, который все быстрее сгребал землю с деревянной крышки гроба.
– Сэм, подай мне гвоздодер! Лопатой не получается открыть!
Юноша соскочил на ноги и отшатнулся от могилы. Он посмотрел на инструмент у себя под ногами: последняя надежда на то, что Эдвард придет в себя и осознает сумасшествие, творимое им, растаяла, как туман. Трясущимися руками Сэм протянул инструмент молодому человеку, который, не смотря на все усилия, которые ему понадобились, чтобы раскопать захоронение, выглядел пугающе бледным. И все же, несмотря на внешнюю решимость, Сиэл растерянно остановился, возвышаясь над гробом из черного, лакированного дерева с небольшим крестом на его внешней стороне.
Наконец, решившись, он аккуратно поддел край крышки гвоздодером и, надавив на металл, медленно приподнял ее. Характерный скрип гвоздей прозвучал слишком громко в кладбищенской тишине, заставив юношу, качающегося возле края могилы, снова нервно напрячься. С нескольких сторон отогнув крепления, Эдвард осторожно заглянул в гроб, но ничего не разглядел в темноте. Он отпрянул, врезавшись спиной во влажную землю и несколько минут простоял так, ощущая холод лопатками.
– Что там?
– робко спросил Сэмюэль.
Но молодой человек не ответил, отбросил инструмент в сторону, схватился за крышку руками, и не без усилий, со скрежетом, оторвал ее, сдвинув на бок. Сэм, стоявший наверху, отшатнулся от могилы, закрыв нос и рот, пытаясь спрятаться от невыносимого запаха. Эдвард же замер, уставившись на Лиама, спокойно лежащего со скрещенными бледно-синими руками на груди. На нем был черный костюм, который еще больше оттенял белую кожу шеи и лица, которые были покрыты красно-фиолетовыми разводами. Такого Морриса Сиэл не видел никогда, не считая сами похороны. Такого безжизненного и равнодушного…
– Дядя, - послышался голос сверху.
– Начинается дождь…
Мелкие, редкие капли действительно начали покрывать все в округе, попадая, в том числе, в открытый гроб.
– Надо идти, Лиам, - прошептал Эдвард, наклоняясь к другу, перекладывая его руку к себе на плечи и, подхватив Морриса за талию, медленно приподнял его. Труп был невероятно тяжелый, и колени Сиэла подкосились. Собравшись с силами, Эдвард выпрямился и, полностью взвалив на себя Лиама, повернулся к ошарашенному Сэму.
– Я приподниму его, а ты подхватывай за плечи, - распорядился молодой человек, поднимая взгляд на своего племянника.
– Мы не можем так поступить… - почти простонал юноша, в ужасе разглядывая труп.
– Слушай, Сэм, прекращай… - скидывая с себя руку Морриса, Сиэл чуть не уронил труп и, неловко схватившись за Лиама, стянул с его правой ладони почти всю, превращающуюся в разваливающийся пергамент, кожу, обнажив красноватую плоть с мелкими темнеющими пятнами. Верхний слой эпидермиса, словно перчатка, скомкано упал на дно могилы.
– Боже, - выдохнул Сэмюэль, снова зажав себе рот, пытаясь справиться с тошнотой.
– Ты можешь быстрее?
– рявкнул Эдвард, удобнее вцепляясь в Морриса.
Слепо повинуясь командному тону молодого человека, юноша, встав на колени, схватил труп за плечи и изо всех сил потащил наверх, на себя.
– Только аккуратнее, прощу!
– взмолился Сиэл, подталкивая Лиама снизу.
Сэм старался задерживать дыхание, и, каждый раз случайно вдыхая запах, он уговаривал себя не концентрироваться на своих собственных ощущениях. Когда же юноша, наконец, вытащил Морриса и положил на траву, он постарался как можно быстрее встать на ноги и отойти от него на расстояние. Словно в кошмарном сне Сэмюэль смотрел на Лиама и видел, что пока он его вытаскивал из могилы, кожа на лице трупа немного ободралась и из ран теперь сочилась темно-бордовая жидкость.
– Помоги мне!
– позвал молодой человек.
Когда юноша снова подошел к краю могилы, он увидел, что Эдвард протягивает ему крышку от гроба Морриса.
– Зачем тебе это?
– спросил Сэм, говоря то ли про крышку, то ли про самого Морриса.
– Ты хочешь, чтобы мы без этого уехали?
– невменяемо спросил Сиэл.
Сэм горько вздохнул и, забрав крышку у молодого человека, помог ему выбраться из могилы. Пока они забрасывали могилу землей, Сэмюэль не мог удержаться и постоянно посматривал на лежащий в полевой траве труп. Рядом с восковым лицом Морриса росли мелкие желтые цветы с яркими, зелеными листьями, названия которых юноша не знал. От ветра они едва заметно колыхались, иногда задевая Лиама, чьи окоченевшие руки безразлично лежали вдоль тела. Потемневшие губы и веки придавали ему потусторонний вид, обладатель которого, определенно, не должен был потревожен.
Когда же могила оказалась снова закопана и укрыта горой цветов, юноша замер, но решительность во взгляде Эдварда вынудила его, подавив свою брезгливость, подойти к трупу. Подхватив Морриса по бокам, они шли обратно к повозке уже в кромешной темноте, которая изредка озарялась всполохами молний. Сиэл рассматривал небо, словно они вышли на обычную прогулку, из-за чего постоянно спотыкался, что делало их путь еще более непростым. После того, как они закинули крышку в повозку и бережно на нее положили Лиама, Сэм уставился на молодого человека с едва скрываемой злостью во взгляде. Юноша брезгливо осмотрел свою одежду, которая была в земле и красных пятнах, и снова посмотрел на Эдварда, который пустым взглядом уставился куда-то на горизонт.
– Куда теперь?
– несчастным голосом спросил Сэм.
По неведомой причине это вопрос немного отрезвил Сиэла, и он взглянул на своего племянника, словно придя в себя. Однако недолгое здравомыслие ему понадобилось, чтобы обдумать дальнейший путь.
– За домом Лиама есть заброшенный особняк…
Глава 3. Tache Noir
17. 10. 1824, Кентербери, Кент
Когда повозка Сэма остановилась возле заброшенного особняка, расположенного недалеко от дома Морриса, юноша горько вздохнул и опустил голову на грудь. Сиэл заметил это и чувствительно толкнул его локтем в бок.
– Что с тобой? Пошевеливайся! У нас еще много работы!
– молодой человек подхватил свой тяжелый чемодан и спрыгнул вниз.
Cэм глубоко вздохнул и, всхлипнув, закрыл руками лицо. Эстер иногда резко вскидывала голову, словно пыталась отогнать темноту, которая с каждой минутой становилась все гуще. Свинцовые тучи обволакивали небо и, казалось, даже спускались сверху на брошенный дом, Сэмюэла и Эдварда, который уже обошел повозку сзади и нетерпеливо ждал своего племянника. Юноша обреченно слез с сиденья и подошел к Сиэлу.