Чтение онлайн

Но я ничего не говорила. Лишь дрожала и плакала.

Пока второй мужчина (который, я даже не заметила когда, вышел из комнаты) вернулся. Держа подмышкой крохотное, легкое тело Альберто, моего самого младшего братика, к виску которого был приставлен пистолет!

– Три секунды, – холодно сообщил мужчина, не обращая внимания на дрожь, тихие слезы и испуганные глаза Альберто. – Три секунды, и если не будет положительного ответа – я вышибу ему мозги и пойду за вторым. А потом настанет очередь ваших родителей. Две, одна…

– ХОРОШО! – зажмурившись, завизжала я.

– То есть, вы согласны пойти с нами и стать Хебисой дона Доминика Ринфора? – уточнил мужчина с наигранным почтением, источавшим цинизм.

– Да, согласна, – ответила я, тяжело выдыхая воздух и понимая, что уже попросту не чувствую своего тела. Оно как будто ускользало от меня в головокружении, с которым весь мир исчезал, оставляя меня в черноте.

Когда я снова начала осознавать происходящее вокруг, то поняла, что замерла на заднем сиденье большой машины, судорожно кутаясь в плед, когда-то лежавший на моем кресле. Оглядевшись, я сразу заметила одного из мужчин в костюмах, сидевшего рядом со мной. Второй из моих конвоиров вел машину, черной кошкой мчавшуюся по ночным улицам Пасатеры. Я видела огни неоновых вывесок, пролетавшие мимо и отражавшиеся на тонированном стекле, но все еще не могла поверить в то, что не сплю. И отчаянно надеялась проснуться в своей постели, с облегчением осознавая нереальность произошедшего.

Вскоре городские огни исчезли. Их сменила густая роща, плавно переходящая в сад, окружавший огромный особняк.

Тот самый, которым когда-то владела моя семья.

Получается…

Задрожав, я сжала зубы, а ногти до боли продавили кожу.

Все эти месяцы я умышленно не интересовалась тем, кто купил наш особняк. Решила отпустить прошлое, не ворошить его, чтобы избежать ненужных терзаний. Убедила себя, что это прошло, закончилось, нужно принять болезненную действительность и жить дальше.

А сейчас я узнала, что наш бывший дом купил человек, этой ночью разрушивший ту маленькую, тихую жизнь, которую мне удалось наладить, и которую я успела принять, даже полюбить.

Теперь вместо этой жизни меня (я даже в этом не сомневалась) ждал настоящий ад.

Машина остановилась у парадного входа, и черная дверца, отражавшая все вокруг словно кривое зеркало, мягко открылась. Уставившись испуганным взглядом на слугу, подававшего мне руку, я несколько секунд вжималась в сиденье, словно маленький зверек. И лишь когда сидевший рядом мужчина в черном костюме раздраженно подтолкнул меня в спину, решилась выглянуть из этой норки. Вложив трясущуюся руку в ладонь слуги, я опустила ногу в дешевой туфельке без каблука на идеальный асфальт перед домом. А выйдя из машины, едва не упала – коленки подкосило.

– Осторожнее, госпожа, – галантно улыбнулся слуга, поймав меня в свои объятия, из которых тут же выпустил, едва я немного восстановила равновесие.

Стараясь дышать как можно ровнее, но при этом загнанно оглядываясь по сторонам, я последовала за слугой к богато украшенной входной двери, за которой открывалась просторная гостиная с главной лестницей на второй этаж.

Ну да, конечно, глупо было ожидать, что дон лично встретит меня, едва я пересеку порог. Да еще и появится, пафосно спускаясь с лестницы, и поправляя по пути манжеты, слегка касающиеся дорогих часов на запястье! Кажется, за эти месяцы я немного потеряла связь с реальностью, начав воспринимать глупые фильмы про богачей как нечто, имеющее что-то общее с действительностью.

Нет, меня всего лишь проводили на второй этаж и завели в одну из комнат. Без окон но, как оказалось, с выходом на балкон, огороженный решетками, со стеклами односторонней видимости и режимом вентиляции. Мне не пришлось долго гадать о причинах: Хебиса была слишком ценным приобретением, чтобы позволить снайперу так легко подстрелить ее, прознай кто-нибудь обо мне. Но при этом мой новый тюремщик, похоже, помнил, что человек нуждается в солнечном свете и свежем воздухе, так что оставил мне возможность периодически ними наслаждаться, при этом не слишком подвергая себя опасности. Что ж, очень мило с его стороны!

Оставленная в одиночестве, я продолжила осмотр комнаты, смутно догадываясь, какую именно из гостевых под нее переоборудовали. Кроме большой кровати здесь, как ни странно, стоял компактный рабочий стол с компьютером. Запустив его ради интереса, я обнаружила подключение к сети. Надо же, какое доверие! Хотя… и правда, ведь залогом моего хорошего поведения были жизни моей семьи. Естественно, дон понимал, что я не стану делать глупостей, даже предоставь он мне такую возможность.

Так же я обнаружила этажерку с несколькими книгами (ни одна из которых, судя по беглому осмотру, не будет мне интересной). В ящиках стола было пусто. Осмотр шкафа-купе показал тот же результат. Неприметная белая дверь, как оказалось, вела в большую ванную комнату, где обнаружился целый набор разнообразных шампуней, гелей и скрабов на любой вкус.

Не придумав больше, чем бы еще заняться, я решила сесть за компьютер и помониторить новостные сайты. Разборки кланов продолжались, но уже понемногу сходили на нет: победитель этой битвы был ясен.

Надеясь успокоить нервы, я собралась было написать родителям, но остановилась, занеся пальцы над клавиатурой.

Что я им напишу? Банальное «со мной все в порядке»?

Но ведь ничего же не в порядке, черт возьми! Уже никогда не будет в порядке!

К тому же, сам факт возможной переписки с семьей больно резанул сердце. Единственное, что мне бы это дало – новые слезы и сожаления, но никак не утешение. А боли мне, подозреваю, и так хватит с лихвой. Тихие счастливые дни в пригороде закончились, и чем скорее я это приму, тем легче будет привыкнуть к новой роли, которая обеспечит безопасность моей семьи.

Как и ожидалось, все решилось перед рассветом. В сводках начали появляться сообщения о том, что перестрелки заканчиваются, стычки сворачиваются, и Семья Ринфора очевидно выигрывает эту битву, фактически беря верх в борьбе за господство в преступном мире.

Итак, все решено?

В тишине, поглотившей комнату, даже тихий звук, исходящий от охладительной системы компьютера, казался раскатами грома. И когда открылась дверь, ее мягкий щелчок показался мне настолько резким и громким, что я вздрогнула. Вцепившись пальцами в мышку, пялилась на монитор невидящим взглядом и не решалась пошевелиться.

Я слышала каждый шаг, с которым он приближался ко мне. И когда этот мужчина оказался прямо за моей спиной – почти физически ощущала этого человека.

Положив ладони на спинку кресла, он резко крутанул его, разворачивая меня к себе! И тогда я увидела взгляд сильного хищного зверя, который даже не сомневался в том, что в этом мире ему нет равных.

Густые черные волосы были коротко пострижены и зачесаны назад. Широкие скулы, волевой подбородок с легкой вечерней щетиной. Бледная кожа напоминала гладкий мрамор, идеальный шелк без единого изъяна. Пронзительные темно-карие глаза смотрели жестко, хищно, и в то же время с самоуверенным цинизмом. А тонкие губы растянулись в довольной ухмылке, пронзавшей меня, словно острые лезвия зимнего мороза.

На нем был надет дорогой черный костюм в едва приметную темно-серую тонкую полоску и черная рубашка. Галстука не было, вместо него – расстегнутые верхние пуговицы.

Я смотрела на молодого и красивого волка, который собирался съесть меня с потрохами, не оставив ничего, даже клочка шерсти от того, что когда-то было мною.

– А ты хорошенькая, – хмыкнул мужчина, коснувшись пальцами моего дрожащего подбородка. – Думаю, если тебя принарядить, будешь и вовсе красавицей… но об этом я подумаю позже. Сейчас у нас немного иные планы.