Ловушка для дикого сердца
Шрифт:
Тед с вызовом взглянул на Эйлин.
— Да уж, какой смысл отпираться, если я видел тебя там! — грубо бросил он.
Ее щеки вспыхнули.
— Но неужели вы и правда думаете, что это я вскрыла коробку?! — крикнула она.
— На коробке стояла дата, — с убийственным спокойствием проговорил Дерен. — И в ней лежала пленка с той сценой, против которой ты так возражала.
— Но, Дери! Как ты мог подумать, что я могу испортить твой фильм? Даже если мне что-то и не нравилось, я бы никогда этого не сделала! — На какую-то долю секунды их глаза встретились, ее взгляд призывал его поверить в то, что она говорит правду.
— Что же ты делала в лаборатории? — мягко спросил он.
— Рила сказала мне, что ты хочешь меня видеть и что я найду тебя в лаборатории.
Рила зашевелилась в своем кресле.
— Прошу прощения. Маленькая неточность, — вмешалась она. — Я просто сказала, что Дери как раз работает над тем эпизодом, из-за которого ты подняла такой шум.
— Но, Рила, ведь ты же сказала, что он будет рад, если я приду на «Уиндраш»! — Эйлин показалось, что свой голос она слышит как бы со стороны. Ее вдруг охватило сомнение. Уклончивые фразы Рилы вызвали у Эйлин подозрение. Может, Рила специально сказала, что на «Уиндраше» ее ждет Дерен? И вполне возможно, она уже знала о том, что коробка с пленкой вскрыта. А вдруг это именно она, Рила, и испортила негатив? «Рила, скорее всего, решила, что вину за испорченную пленку спишут именно на меня», — лихорадочно размышляла Эйлин. Это предположение казалось просто фантастическим. Пребывая даже в самом скверном расположении духа, Рила никогда не опустилась бы до такой низости!
— Я очень сожалею, что вообще заговорила с тобой о фильме, — проговорила Рила голосом оскорбленной невинности. — Мне и в голову-то не пришло, что мои слова о том, что Дери проявляет пленку, только подольют масла в огонь. Я должна была вести себя более благоразумно. Ведь ты, Эйлин, сама мне сказала, что обязательно испортила бы пленку, если бы у тебя был шанс это сделать. Твои угрозы звучали достаточно убедительно, и мне пришлось предупредить об этом Дери. Он, разумеется, мне не поверил, сказал, что я все преувеличиваю.
Повернувшись к Дерену, Эйлин прошептала побелевшими губами:
— И ты веришь всему этому? Неужели ты думаешь, что вчера ночью я прокралась в лабораторию и открыла коробку?
— А что я еще должен думать? — мрачно откликнулся он и с грустью посмотрел на девушку.
Эйлин отвернулась, не в силах выдержать этот взгляд. Ему казалось все таким очевидным, что он даже не усомнился в ее вине!
— Тебе лучше честно признаться во всем, — устало проговорил Дерен. — Зачем отпираться и придумывать себе всякие невероятные оправдания? Глупо и недостойно. В той ленте была большая часть материала, отснятого в доме Тумулти, — сказал он. — Теперь ты знаешь, что ты сделала. Испортила без всякой возможности восстановить лучшие эпизоды фильма. Если ты хотела сделать мне больно, то можешь считать, что тебе это удалось.
Не отрывая взгляда, Эйлин смотрела на Дерена, и из ее глаз текли слезы. Ее унизили, а она даже не могла и слова сказать в свою защиту.
— Ничего, — проговорил Солнышко, словно подслушав мысли Эйлин, — он справится с этим.
Рила потянулась в своем кресле и закурила еще одну сигарету.
— Мы все справимся с этим, — легко сказала она. — Такие вещи случаются в нашем несовершенном мире. И фильм от этого не станет хуже, просто он не будет таким слезливо-приторным. Впрочем, если бы спросили меня, то я бы сказала, что фильм получился препаршивый. Флери вряд ли придет в восторг, увидев его! — Рила протянула свой серебряный портсигар Эйлин. — Возьми, дорогая, сигарету и выброси все из головы. Ничего страшного не произошло. Не стоит делать такое трагическое лицо.
Не обращая внимания на протянутый ей портсигар, Эйлин внимательно посмотрела на Рилу. Просто невозможно больше терпеть ее наглое поведение! Эйлин почувствовала, как ее начинает трясти от приступа гнева.
— Ты! Меня просто тошнит от тебя! Я никогда не встречала таких двуличных людей. Таких ужасных! Я даже не подозревала, что такие существуют!
Резко повернувшись, Эйлин направилась к выходу. За ее спиной послышался легкий, издевательский смех. В это время стоявший у двери Дерен сделал шаг к Эйлин, и они чуть не столкнулись. Она остановилась и подняла на него глаза.
— Дери, дорогой! — просто сказала Эйлин, будучи не в состоянии подыскивать какие-то правильные, нужные слова, которые могли бы убедить его. — На самом деле ты знаешь, что я не сделала этой ужасной вещи. Ты не можешь этому верить!
Его серо-голубые холодные глаза бесстрастно взглянули на нее.
— А чего же ты ожидаешь от меня, Эйлин? — В его тоне вдруг послышалась неуверенность. — Ты ведь говорила Риле, что собираешься испортить негативы?
— Нет, Дери, нет! — Она умоляюще протянула руку и коснулась его плеча. — Я действительно очень рассердилась, что ты снял тот момент, когда я просила Джонни вернуться. И я на самом деле не справилась со своими чувствами, когда ты сказал, что станешь снимать прощальную вечеринку в доме Тумулти. Но как бы я ни была сердита, что бы я ни чувствовала, я никогда не сделала бы тебе ничего плохого. Я никогда не испортила бы твою работу. Я слишком уважаю тебя и твой труд.
— Но Инишбаун значит для тебя гораздо больше, — мрачно заметил он. — И ты ни перед чем не остановилась бы, чтобы спасти свой любимый остров от выставления его в невыгодном, по твоему мнению, свете. Все это, как я уже говорил, вполне понятно. Единственное, чего я не могу понять, — почему ты так упорно не хочешь признать свою вину. Я всегда считал тебя смелой и очень честной. — Уголок его рта печально приподнялся вверх.
— Но, Дери, я и сейчас с тобой честна. Так же как и всегда! — умоляюще вскрикнула Эйлин.
Он снова посмотрел на девушку. Но теперь, в его взгляде сквозили холодность и отвращение.
— Ты не против, — ледяным голосом проговорил Дерен, — если мы не станем больше возвращаться к этому? У меня сегодня много работы, а кроме того, мне нечего добавить.
Его холодный, равнодушный тон Эйлин восприняла словно пощечину.
— Мы уезжаем в конце недели, — сказал он.
Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Эйлин старалась держаться из последних сил. Он не должен увидеть ее слез, не должен видеть, как она страдает. И дело вовсе не в гордости. Она уже давно перешла ту черту, за которой гордость не имеет больше никакого значения. Ее боль была слишком сильна, чтобы думать об ущемленном самолюбии. Ничего не видя, не слыша никаких звуков, Эйлин вежливо попрощалась с ним и медленно, едва передвигая ноги, вышла из павильона.
Рила Верной уехала с острова на следующий день. Почему? Эйлин не знала. Может, в ней заговорил остаток какого-то приличия, совести или что-то еще, что не позволило ей дольше оставаться в Карриг-Лодж. Или все дело в том, что ей просто наскучил остров. Рила могла позволить себе уехать раньше, чем все остальные члены группы, так как ее участия в съемках больше не требовалось.
— Я сказала Дери о моем отъезде, — сообщила Рила, — но он на это никак не прореагировал. Он просто в ужасном настроении сегодня. Бродит по «Уиндрашу» мрачный и небритый. Или всю ночь пил, или сидел в лаборатории и работал, как сумасшедший. Вырезал, склеивал куски, а потом прогонял все это в просмотровой. Пытался как-то залатать дыры, которые образовались из-за испорченной пленки.
Эйлин пришлось выслушать Рилу, так как та просто перегородила ей дорогу в коридоре и не дала пройти мимо. Девушка почувствовала, как глухо ухнуло в груди ее сердце. С того момента, когда Дерен при всех попрощался с ней, Эйлин ни с кем из членов съемочной группы больше не виделась и не разговаривала. С Рилой она не перемолвилась ни единым словом даже за столом. Только Энни продолжала прислуживать Риле, так как мисс Верной, несмотря ни на что, являлась их гостьей. Но теперь, стоя в коридоре напротив нее и глядя ей в глаза, она думала о том: как Рила может притворяться, что ничего не произошло? Делать вид, что Эйлин не говорила тех обидных слов? На губах Рилы играла насмешливая, самодовольная улыбка.