Чтение онлайн

– Не буду ничего обещать.

Закончив разговор, я сидела почти в прострации, не в состоянии обдумать все, что услышала от ?ни. Мысли невольно возвращались в тот день, когда…

Но, видимо, не все новости иссякли на сегодняшний день – это я поняла, услышав звонок в дверь. Время приближалось к полуночи. Даже предположить не могла, кто бы это мог быть. ? когда посмотрела в «глазок», опешила, потому что увидела брата и племянника.

– Что случилось?
– спроcила я, встречая нежданных гостей.

Архип молчал, его сын вздыхал. Мне показалось, что они оба в шоковом состоянии. Страшно стало, как брат решился ехать, да ещё в ночное время. Быстро собрав очень поздний ужин, я почти силой заставила их поесть. Сама встала в стороне, у стены, чтобы не мешать им расслабиться, отпустить натянутые нервы. Я рассматривала Алёшку и поражалась, насколько он похож на Архипа, даже жестами. Единственное яркое отличие это румянец во всю щеку. Такого у брата никогда не было. Когда они допивали чай, спросила племянника:

– В ванную пойдешь? Погреешься немного. Кое-какие вещи Архипа у меня остались, я тебе там оставлю. А пока постелю вам в спальне, сама-то я в зале обосновалась.

Он кивнул, но не произнес ни слова. Через некоторое время зашумел вода, и тогда заговорил брат:

– Ланка на развод подала. Сама. Сообщила об этом вечером и сказала, чтобы я убирался из ее дома. Алёшка возразил, что это его дом. Она, как с цепи сорвалась, орала, обзывалась, гнала нас обоих.

– А Юна?

– Грызла яблоко и равнодушно смотрела на весь этот ужас со второго этажа. Ей вообще ?а всех плевать.
– Тяжелый вздох, казалось, разорвет ему грудь. Пустой взгляд остановился на темном окне.
– Еще Лана орала, что при разводе ей положена половина совместно нажитого имущества, а потому бизнес мой все равно ей отойдет.

– Как это? Половина же.

– Чтобы выкупить вторую половину, нужны деньги. У нее их нет. А сколько бы я ни предлагал за ее половину, она не согласится, пока не отдам ей все. И дом отцовский отберет,так сказала. Не знаю, как ещё машину мне не расколотила. Наверное, только из-за того, чтoбы мы уехали. Голова гудит, ничего не соображаю.

– Сейчас Алёшка закончит плескаться, потом ты пойдешь. Постель уже готова. Сами разберетесь, кому кровать, кому кресло. И не рви себе сердце. Утро вечера мудренее. Ничего так просто и быстро не делается.

– Понимаешь, Стась, у нее ничего ко мне не осталось. Она меня ненавидит, всех нас ненавидит, так и кричала… И мужик уже есть. Так что, сама понимаешь.

Я старалась держать себя в руках, не показывать своих эмоций, даже сочувствия или жалости, потому что знала, как это больно тому, кого жалеют. Присев рядом с Архипом, погладила его по плечу и негромко сказала:

– Мы справимся все вместе. Ты же не один. Только маме с папой пока не надо ничего говорить, ладно?

Вихрастая голова склонилась на сложенные руки, плечи вздрогнули пару раз, но брат твердо ответил:

– Конечно, им не будем говорить. Стась, мы на пару дней всего, я потом сниму квартиру и…

– Не говори ерунду. Я живу одна, квартира большая для троих. Алёшку в нашу школу устроим,там знакомые еще остались. Да и нам потребуется объединить усилия по всем имущественным вопросам. У меня есть знакомый юрист, она мне очень помогла с покупкой, вот с ней и свяжемся завтра. Сейчас вам надо отдохнуть. Выспитесь, я тихо себя веду, не помешаю вам.

– Если бы не ты, куда бы мы ночью?

– Не навешивай мне крылья феи.

Потом они поменялись местами, и со мной рядом сел Алёшка. Я нечасто его видела, но всегда замечала скромность, граничившую с замкнутостью. Казалось, что ему не хочется, чтобы на него обращали внимание. Парню было почти пятнадцать, но выглядел он старше своих лет: невысoкий, крепкого телосложения, спoкойный, серьезный. Влажные волосы на концах чуть закручивались. Видимо, папа передал нам всем эту фамильную особенность. Я осторожно потрепала племянника по макушке, потом обняла, как маленького,и прижала к себе. Он заплакал. Сквозь вздохи и вcхлипы доносилось:

– Выгнала нас, как собак, в ночь, на улицу. Бросалась вещами, даже посудой. ? какие гадости всегда про всех говорит, даже страшно. Смерти всем желает, проклинает. А Юнка слушает и потешается. Теть Стась! Ведь она ворует все подряд! Связалась с каким-тo цыганом, тащит из дома все: вещи, деньги, украшения. Мама ничегo не замечает, нашла себя запойного пьяницу. ? папа в работе, все для нее, для нас. Как так? Да никакая она не больная, просто очень жадная. Изобразит крик, шум, чуть ни припадок, гонит папу из дома, а как только он уходит, сразу успокоится, песни запоет и к этому упырю бежит. Даже ничего не скрывает от нас с Юн?ой. И как дальше жить, а?

– Все наладится, поверь мне, – ответила я спокойно, насколько могла. – Мы обязательно справимся со всеми проблемами. Преодолеем.

– Правда? – с надеждой в голосе спросил Алёша и посмотрел на меня заплаканными светло-карими глазами, не стыдясь своих чувств.

– Правда. Я точно знаю. Когда кажется, что уже нет сил, все перья из твоих крыльев кто-то вырвал,и ты летишь камнем в пропасть – вдруг появится луч света, за который ты уцепишься, как за последний дюйм, откроется второе дыхание,и ты взлетишь свободной птицей, разрезая облака и тучи. К солнцу.

– Ух ты, – восхищенно прошептал он.

– Вот именно. ? для того, чтобы эти силы появились, нужно сегодня выспаться, как минимум. Вы оба устали, переволновались, а здесь тихо, спокойно, и мы все вместе. Пошли, папа твой уже протопал в кoмнату. Посмотрим, какое лежбище он тебе оставил: на кровати или в кресле.

– Ты такая маленькая, но сильная, теть Стась. Я очень тебя люблю.

– И я тебя люблю, малыш. Обязательно поделюсь с тобoй своей силой,и завтра все покажется другим.

Недолго слышалось из комнаты перешептывание отца и сына, потом все стихло, раздавалось только мерное похрапывание. Я чувствовала, как меня мелко трясет, в голове все перепуталось, но позволить себе такую слабость, как нытье или страх, я не могла. Взваливать на себя больше, чем сумела бы решить, не планировала, но очень надеялась, что все получится. Должна же быть справедливость! Вдруг поймала себя на мысли, что сдаваться не собираюсь и брату не позволю. Потом вспомнила, какой была всего полтора месяца назад, до того, как «согрешила», и улыбнулась. Ведь раньше забилась бы в угол, закрыла голову руками и ждала, когда пронесется ураган, который и меня мог раздавить. А теперь? Правильно сказал Алёша: я маленькая, но сильная. И этой силой со мной поделился мужчина-грех, моя тайна. Я должна справиться, помочь, успеть, чтобы очень скоро к нему вернуться.