Чтение онлайн

— Какая я, по-твоему? — спросила она.

— Очень серьезная и целеустремленная.

— Этого недостаточно.

Ник наклонился и поцеловал ее.

— Я просто хочу сказать, что тот, кто любит свое дело, всегда добьется в нем успеха, если только его не принуждают к тому, что ему явно не по душе. Тебе ведь нравится заниматься дизайном?

— Да, конечно, — кивнула Стефана. — Я люблю свою профессию.

— Вот поэтому ты и справишься со всеми трудностями.

Она молчала и смотрела на него. Ему же хотелось нагнуться над ней и любить ее снова. Ник провел ладонью по лбу Стефаны и поправил волосы, потом погасил бра, и они остались лежать в темноте при свете звезд.

— А тебя кто-то заставлял делать то, что тебе не нравится?

— С чего ты взяла?

— Не знаю, просто почувствовала по твоему голосу.

Ник не решался говорить с ней об этом. Он боялся, что, если скажет «а», то ему придется говорить и «б», а это слишком опасно.

— Если не хочешь, не отвечай. Это связано с твоей семьей?

Он, молча кивнул.

— С отцом?

— А ты у меня умница!

Стефана довольно улыбнулась.

— Скажи, он хотел, чтобы ты стал юристом, врачом или экономистом? — спросила она.

— Он рассчитывал, что рано или поздно я присоединюсь к семейному бизнесу.

Ник сознавал, что сделал уже несколько шагов по опасной дорожке, но отступать было некуда.

— И что же это за бизнес?

— Экспорт-импорт, — секунду помешкав, ответил он.

Стефана приподнялась и облокотилась на подушку.

— Это как-то связано с криминалом?

— Нет-нет! — Ник усмехнулся. — С чего ты это взяла?

— Я просто всегда думала, что выражение «экспорт-импорт» означает тайную криминальную деятельность.

— Да что ты! Никаких наркотиков или оружия.

— Что же они тогда импортируют?

— Холодильники и другую бытовую технику, — ушел он от прямого ответа.

— Так почему же ты не сделал так, как просил отец, и не пошел работать туда одним из исполнительных директоров?

— А почему ты не осталась в своем Бедфорде?

— Постройки на ферме простые и незамысловатые. Я бы затосковала там и умерла.

— Холодильники тоже не вызывают особого вдохновения.

— Разве занятие импортом может сравниться с разработкой дизайна фермы? Импортирование — это что-то увлекательное…

— …И прибыльное, потому что об этом позаботился отец.

— Ага! — Она улыбнулась.

— Что «ага»?

— Я разгадала твой секрет. У тебя независимый характер.

— Ты права. Когда я заимею крупное состояние, это будет действительно мое состояние. И никто не попрекнет меня тем, как я его заработал и как распоряжаюсь своими миллионами.

— Я и представить себе не могла, что агент службы безопасности способен стать миллионером.

— Способен. Я же не просто охранник. У меня свой… бизнес в охранной сфере.

— И как успехи?

— Пока не очень.

— Как и у меня, к сожалению. Если я не смогу заинтересовать Джека своими новыми идеями…

— У тебя все получится!

— Ты говоришь слишком уверенно для человека, который ничего обо мне не знает.

— Я многое о тебе знаю. — Ник притянул ее к себе и погладил пальцами по голой спине. — То есть знаю все, что имеет для меня значение.

Она откинула голову, чтобы разглядеть его глаза.

— Ты подразумеваешь, что мое тело для тебя важнее, чем мой интеллект?

— Нет, конечно. — Он нежно поцеловал ее в шею. — Пожалуйста, расскажи побольше о своем интеллекте.

Девушка рассмеялась. Ник откинулся назад, гладя ее по волосам.

— Нет, я серьезно. Теперь ты в курсе моего секрета и должна рассказать о себе что-нибудь важное. Такое, о чем никто не знает.

— В моей жизни мало вещей, о которых не знает никто.

— А твои надежды? Твои мечты? Что заставило тебя выбрать профессию дизайнера? Расскажи об этом.

— Все очень просто. Мне всегда хотелось окружить себя и близких людей красотой, внести гармонию в жизнь. Ведь даже если ты и не замечаешь, совершенные произведения искусства и умело созданный интерьер все равно оказывают невероятное влияние на твою душу.

— С этим не поспоришь, — согласился Ник. — Ты, например, очень красива и поэтому оказываешь невероятное влияние на мою душу.

— Я говорю серьезно.

— Я тоже. Но давай дальше. — Он прикоснулся подушечкой указательного пальца к родинке на носу девушки.

— Обычно я не рассказываю посторонним об этом, чтобы не подорвать свой профессиональный имидж.

— У меня твой секрет будет в полной безопасности, — прошептал Ник.

— У тебя уже много моих секретов.

— Верь, я их никому не выдам.

— Хорошо. Когда мне было пять лет, я сшила занавески на окно в нашей кухне.

— Да ну? В пять лет?!

— Самые уродливые в мире, — негромко рассмеялась она. — Я отыскала старую простыню в мешке для тряпок и разрезала ее садовыми ножницами. Потом стала сшивать куски материи иголкой, но скоро мне это надоело, и я склеила оставшиеся части клейкой лентой.

— И как это выглядело? — спросил Ник.

— Просто ужасно! Простыня была белая, нитки черные, а клейкая лента зеленая. Мама хотела немедленно сорвать их и выбросить, но отец уговорил ее оставить все, как есть.

— Отличный парень!

— Да. Проходили дни, наступали праздники. К нам заглядывали друзья и родственники, а мои дурацкие занавески все висели в кухне, как бельмо на глазу. Так продолжалось три года.

— Очень мило. Что же с ними случилось потом?