Чтение онлайн

Тамико, не приятельствовавшая ни с Оливером, ни с Анелей и даже сравнительно редко их видевшая — Оливер все время жил у Анели, на Церемонию не пошла.

Тамико не любила вечеринки ради вечеринок, а потребности пообщаться с Магнусом не испытывала.

Изумительное, ошеломляющее чувство — она, привыкшая к годам двойной жизни, тайн, скрытности, теперь не нуждалась ни в ком, кроме Лукаса!

Лукас стал ей всем — или он сразу был ей всем, только находился в бешеном, измученном состоянии сжатой пружины. Тамико боялась, не доверяла ему до конца и не подозревала, каким нежным, ласковым, довольным и расслабленным может быть Лукас! Ее Лу. Мудрым, но при том не потерявшим ни капли страстности!

Их Церемония стала бы, наконец, правильной. Без третьих. Без лишних.

Тамико ощутила что отправиться в вечность только вдвоем и без сомнений — реально.

Жизнь в ожидании перерождения не была тем приключением, что жаждала горячая душа Кацуо, но на все запросы Агнес Лукас отвечал, разводя руками:

— Очень сильный стресс для нас обоих... Церемонии никогда еще не аннулировались, мы с Тамико не готовы, вы уж извините... Марина мала...

Лукас выглядел искренним и удрученным, в любом случае Агнес не стала бы на него давить. Ей оставалось утешать Кацуо.

Пара жила в праздности: они вдоволь катались на мотоцикле, гуляли, разговаривали и занимались сексом — Лукас мог согласиться в любой момент.

***

Будучи раздираем противоречивыми желаниями, Роберт старался проводить как можно больше времени в одиночестве, объяснив Колетт, что работает над сложным и важным проектом. В действительности он никак не мог избавиться от эротических грез, перемежающихся видениями различных характеров.

Какие-то его фантазии были блеклыми и расплывчатыми, другие невероятно живыми и реалистичными, а однажды из темноты выплыла потрясающей красоты девушка.

Волосы ее пшеничными волнами рассыпались по плечам, кожа белизной могла поспорить с молоком, глаза казались бездонными озерами под опахалами ресниц, а губы, розовые, сочные и очень нежные приглашали к поцелуям.

Тончайшая талия — Роберт поморщился, пытаясь мысленно расширить ту, отдавая дань округлявшейся фигуре Колетт, но видение не поддалось — пышная грудь, развитые бедра.

Женщина была полна зрелой чувственной прелести, при том явно не человеческого происхождения. Роберт мысленно определил ее как Оливера, Тамико, кого-то той же крови...

Пришла ли она из далекого мира или же не существовала ни в одной из реальностей, Роб притянул грезу к себе и жадно ее целовал, до тех пор, пока томная женщина не растворилась.

Роберт испытывал угрызения совести. Их мысленное приключение с Тамико оказалось чересчур ярким для невинности. Роберт твердо знал, что не бросит жену, но и быть верным ей всецело уже не мог.

Он старался мечтать, не переходя хрупкие грани.

***

— Изменяешь мне? — неожиданно тяжелая ладонь опустилась Эстелле на плечо, и Эс испуганно вскрикнула.

Магнус усмехнулся:

— Расслабься, абсолютной верности не было в нашем договоре, только выбирай партнеров тщательнее. С этим я лично знаком.

Эстелла оправила одежду и продолжала глядеть на Магнуса в недоумении:

— Откуда? Это же не Город...

Маг довольно сощурил глаза:

— Я мог бы притвориться всезнающим, но люди иногда банально отдыхают и переезжают с места на место. С этим парнем я встретился давным-давно именно в Городе.

Эстелла попыталась оправдаться:

— Но он... меня звал... Он такой...

Магнус шутливо щелкнул Эс по носу:

— Сексуальный? Да, только по-нашему он прошел Церемонию, а его фантазии — просто фантазии. Не ведись на жажду человеческую... Глянь-ка…

И Эстелла увидела картину: тот, с кем она целовалась, голубоглазый мускулистый блондин сидел на диване в обнимку с какой-то женщиной, та доверчиво склонила голову на его крепкое плечо, оба заливисто смеялись. Внутри той женщины кто-то был, кто-то настолько непривычного вида, что Эстелла растерялась.

Магнус пояснил:

— Так выглядят человеческие дети. Их долго вынашивают, а потом рожают, и это довольно больно...

Эстелла потупилась. Боль мало интересовала ее, но нарушать покой блондина она более не решилась бы... По крайней мере, покуда они так задорно хохотали с женой.

За месяцы на юге Роберт заметно загорел, и все равно его широкие плечи явственно выделялись в темноте комнаты.

Колетт, нежно и часто-часто целуя Роберта, ворковала:

— Ты такой ласковый... А совсем недавно ты был другим, холодным, я боялась...

Роберт, оглаживая ее тело, чуть округлившееся, но все еще очень стройное, пояснил:

— Заработался. И возвращаться в Город уже скоро, а неохота.

Котена не должна была заподозрить ничего, что могло навредить ей и Антону. Ни собственную «копию», ни преступные мечты Роберта, как бы далеко те ни зашли.

Тем более, что переосмысливая свою жизнь, Роберт сменил гнев на милость и в отношении Ланы. Девушка, куда более спокойная и женственная в проявлениях, чем Тамико, страсть и нежность под льдом внешних приличий — чем она не понравилась ему тогда?

Роберт втравил Лану в жестокий план мести Кацуо ни за что и до сих пор никак не восстановил справедливость. Он обещал себе впредь быть осмотрительнее вместо того, чтобы вестись на свои разрушительные чувства.

Кроме того, необдуманность повлекла дополнительные хлопоты: Роберт не представлял пока, под каким предлогом можно сблизиться с Ланой. Чистосердечное признание о режиссуре порно с ее непосредственным участием лишь ввергло бы бедняжку в глубокий шок. Подарок или деньги от анонима Лана вряд ли стала бы брать, и пока что Роберту оставалось ждать и надеяться на озарение.

***

В это сложно было поверить, и все же оно происходило наяву: царевич анамаорэ Ричард, как и обещал, регулярно приходил в гости к простой студентке Юми, а поскольку стены общежития не казались Ричарду достойным обрамлением их встреч, он снял Юми квартиру.

В какой-то момент Юми оттаяла, ее страхи поутихли, и на ее самый главный вопрос «Почему я, я ведь...» Ричард отвечал:

— Потому что мне с тобой хорошо. Тепло, уютно, спокойно. Потому что я люблю тебя. Этого достаточно. А титулы и статусы у меня все равно будут выше всех, так что я имею роскошную возможность следовать велению сердца, понимаешь?