Чтение онлайн

— Хочешь, Сьюзан, я сделаю твоему отцу второй укол. Тогда он будет спать, словно младенец. А так его состоянию ничего не угрожает! Ты сделала отличную перевязку, Сью! Надеюсь, что к утру рана не воспалится.

— Нам необходимо ехать в город! — робко подал голос Марк. — А то мама, наверное, сходит с ума!

— Хорошо! — Сью согласилась. — Отвезешь меня и отца в «Тиару» и там оставишь. А сам, непременно, поезжай к миссис Фишер! Пусть мамочка на меня не обижается! Ты же все ей объяснишь?

Мелисса, Филипп и Марк уложили Чарльза Гриффина на вторую кушетку. Мелисса, как показалось Кристиану, заботливо протерла ему влажной салфеткой бледный лоб и шею. А Крис разозлился, наблюдая эту сцену. Господи, только бы не сорваться! Но как она может простить Гриффину все его подлые поступки: шантаж, попытку подставить Кристиана, намерение разорить акционеров? Ее, как женщину, должно было оскорбить отношение к ней этого подонка. Ведь понятно, у него не было к Мелиссе никакого чувства, только алчность, алчность, алчность и желание власти над всем, что встречалось у него на пути, будь то шахтеры или беззащитная женщина.

Кристиан негодовал все сильнее. Почему Мелисса спасала Чарльза Гриффина? Почему не дала ему умереть? Пусть бы сгинул, точно койот-подранок! Он и Кристиана хотел утащить за собой! А Мелиссу оставить навсегда опозоренной.

И снова Кристиан одернул себя. А что собирается он сделать? Забрать у Мелиссы деньги и смыться? И он снова и снова оправдывал себя тем, что деньги принадлежат ему.

Но Мелисса об этом не знает. После того что он намеревается сделать, она возненавидит его, возможно, сильнее, чем Чарльза Гриффина! Да и чем он лучше управляющего — который раз Крис задавал себе один и тот же вопрос! И не мог найти ответа.

Раздумья приносили ему все больше боли и страданий. И душа словно бы раздваивалась, он не находил себе места! Более всего ему хотелось не обижать Мелиссу, а сделать для нее что-то хорошее, чтобы снова и снова слышать слова благодарности.

— Я вам так благодарна, мистер Бентон!

Филипп и Марк бережно подняли Йортома и унесли в фургон. Мелисса с фонарем в руке шла впереди, освещая им путь.

Уложив больного, компания вернулась в дом и направилась на кухню. Кристиану хотелось присоединиться к ним. Но тут он внезапно услышал свое имя, стремительно поднялся на площадку второго этажа и прислушался. Говорила Сьюзан, острого язычка которой он побаивался.

— Интересно, куда исчез Кристиан? Мне кажется, арест подействовал на него слишком угнетающе! Не то чтобы напугал, но сильно насторожил и расстроил!

— Да, он пропал именно в тот момент, когда началась операция, — засмущался Марк. — Он привел меня на кухню, а сам направился на улицу и пропал!

— Возможно, возникли какие-то неотложные дела! Или пошел в «Тиару» расслабиться! — предположил Филипп. — Кристиан не из тех, кто делится своими ближайшими планами!

— Дальними — тоже! — не удержалась от замечания Сьюзан! — До свидания всем! — попрощалась она и почти повисла у Марка на плече. — Пошли, дорогой!

— Я нагрел воды для ванны, мэм! — Филипп, как и все, еле держался на ногах.

— Какая ванна, Фил! Я устала так, что нет сил даже умыть лицо. — Мелисса действительно еле шевелила губами. — Я вымою руки — это все, на что я сегодня способна, а платье оставлю в коридоре. Оно насквозь пропахло эфиром. Завтра со всем прочим разберусь! Фил, подкинь, пожалуйста, дров в плиту, и вода не остынет в баке до утра. И отправляйся отдыхать. Можешь лечь в спальне Бенджамина. Завтра нам предстоит много работы.

Мелисса стала медленно подниматься по лестнице. Кристиан скрылся от нее в дальнем конце коридора. Перед тем, как войти в спальню, Мелисса сбросила платье прямо на пол. И в одной сорочке шагнула через порог, даже не заметив того, что дверь немного приоткрыта.

Она добралась до кровати и рухнула прямо поверх одеяла, привычно натянув на себя старый халат Бенджамина. Ладонь скользнула под подушку, нащупала пакет из плотной почтовой бумаги. Внутри находилось что-то твердое и гладкое. Она подумала о том, что предмет похож на рамку с фотографией.

Но мысли и тело уже совершенно не повиновались ей. Мелисса заснула глубоко и крепко, как человек, потрудившийся на славу.

Кристиан бродил по комнатам, раздумывая, тоскуя, прощаясь со ставшими привычными предметами. Он не понимал себя. Вот в гостиной диван, обтянутый потертой кожей. Черный и огромный, точно мастодонт. Крис любил сидеть на нем с книгами, ожидая возвращения доктора от пациентов еще много лет назад. Здесь когда-то он получал знания из энциклопедий и справочников по минералогии, геологии и картографии. Мелисса тогда еще не была женой доктора. Она училась в колледже. Но ни доктор, ни Фил никогда о ее существовании не говорили. Почему? Этого Кристиан не понимал.

Он спустился вниз в приемную. Фитиль лампы на тумбочке возле кушетки, где лежал Чарльз Гриффин, был прикручен. Слабый огонек еле освещал сильно осунувшееся лицо управляющего. Щеки ввалились, и подбородок как-то нелепо вытянулся вперед. А зубов в приоткрытом рту видно не было. Скорее всего, он имел вставные челюсти. И этот потрепанный временем и беспорядочной жизнью старикан собирался жениться на молодой, красивой и умной женщине. Он хотел сделать из нее украшение своих предстоящих светских салонов!

Сейчас он был беспомощен, точно младенец, и находился во власти своего заклятого врага. И чем больше молодой человек смотрел на раненого, тем больше успокаивался.

У Чарльза Гриффина больше нет орудия для шантажа Мелиссы. Он ничего не сможет доказать. Джон лежит мертвый в фургоне во дворе полицейского участка. Кристиан вспомнил, как сдерживалась Мелисса, чтобы не расплакаться, узнав о смерти сводного брата. Молодой человек все больше убеждался в том, что женщины — довольно странные существа. Столько горя принес Мелиссе Джон Паркер. А она плачет, узнав о его смерти! Она сожалеет о нем, вместо того, чтобы радоваться! Человека, которого она боялась много лет, больше не существует на свете! Скоро его, а не Кристиана, захоронят за оградой Восточного кладбища. Положат небольшой надгробный камень, напишут имя и дату смерти.

Возможно, сводная сестра будет иногда приходить к нему на могилу. Класть цветы. И оплакивать. Нет, все-таки странная штука — земные привязанности. В отношении Джона Паркера к Мелиссе было много дурного. И тем не менее, несмотря ни на что, Мелисса любила его, точно брата, прощала ему его неблаговидные поступки. Родного брата у нее никогда не было, а каждый одинокий человек мечтает о брате или сестре…

Оставив раненого, Кристиан поднялся в спальню Мелиссы. Она спала так крепко, что не услышала ни скрипа двери, ни его шагов, ни шуршания пружин кровати, когда он осторожно присел у нее в ногах.