Чтение онлайн

– Я обожаю так. Я так глубоко в тебе. – Он почти не дышал.

Я не хотела снова кончить. Я не думала, что смогу. Теперь была его очередь. Я вцепилась в его плечи, он перевернул меня на спину и начал вколачиваться в меня. Наши тела покрылись потом, я сжалась внутри вокруг него. Его бедра врезались в меня. Он произнес мое имя.

– Прюденс.

Он мощно кончил и упал на меня сверху. Ни один из нас не мог пошевелиться.

Эта была одна из тех бессонных ночей, когда мы так и не вылезли из постели до следующего утра.

Надо ли говорить, что клубника стала моей любимой ягодой.

Глава 19

Время летело на всех парах, а вместе с ним и праймериз. Алекс сразу взял лидерство в свои руки, став надеждой демократов. Это означало, что будет еще больше работы и еще больше погружения в избирательную кампанию. Он все время будет в разъездах. Когда мы вернулись из Хаянис, мы договорились, что будем проводить хотя бы один день в месяц наедине. Чтобы быть рядом с ним, я летала в такие города, о которых раньше и не слышала. Теперь я могла себе это позволить, потому что больше не работала юристом. Томас сдал квалификационные экзамены и взял большую часть моих дел. Они с Брюсом предприняли попытку усыновить ребенка, это быстро заставило его взяться за ум. Вскоре они купили дом недалеко от нас. Он отлично справлялся с работой, и, благодаря моим связям и связям Алекса, его клиентами стали влиятельные политики и бизнесмены. Я могла довериться ему и решила, что для меня это самое подходящее время, чтобы уйти с работы и проводить больше времени с Алексом.

Вина и Марк обручились и были очень счастливы. Я сблизилась с Прюди. Мы не были родственниками, но я была полна решимости вложить в нее все лучшее, что у меня было. У меня хорошо получалось, но я постоянно выслушивала от Вины, что поощряю любовь Прюди к дизайнерской одежде и обуви.

После праздников нас ждали выборы в Айове. Этот штат был нужен, чтобы продолжать движение вперед. Если Алекс не победит здесь, то все пойдет прахом. Он получил пожертвования на проведение кампании от крупных бизнесменов, и на эти средства мы организовали автобусный тур с его именем на борту. Автобус был роскошным, на ближайшие два года он стал нашим домом. Мы ездили на нем везде, и Айова не стала исключением. Если Алекс победит в Айове, то преимущество будет у нас в кармане. Айова была тем местом, в котором станет понятно, могут ли взгляды Алекса расположить людей. Я гордилась им. Мой мужчина был на пути к президентскому креслу. Следующей остановкой был Нью-Гемпшир. Марк писал речи как сумасшедший, Алекс мастерски выступал с ними. Каждый город был площадкой для новых выступлений и поднимал рейтинги Алекса. Новостные ленты сходили с ума от молодого горячего сенатора из Вирджинии. Чем больше он поднимался в опросах, тем больше его сравнивали с Кеннеди, тем больше его имя становилось притчей во языцех. Алекс позиционировал себя, как «плохиша», выступая против группировки республиканских «белых воротничков» и отпуская язвительные замечания в адрес Белого дома. Он говорил прямо и откровенно о своем опыте в международных отношениях, в которых его оппоненты были слабее.

В следующем году я думаю, мы проведем дома не больше времени, чем в этом. Мы взяли с собой Беккета, и он стал звездой. Люди полюбили нашего гигантского сенбернара, а Беккет полюбил внимание. На ночь мы оставались в автобусе, потому что спальня в нем была единственным местом, в котором мы могли остаться одни и побыть вместе. Не думаю, что за целый год нам удалось бы сделать то же самое хоть раз в Хаянис. Наша жизнь превратилась в череду городов, выигранных праймериз и выступлений. И мне понравилась такая жизнь с любимым мужем.

Алекс Конрад, сорока пяти лет, и возможный кандидат на пост главы государства, был глубоко во мне, доставляя мне больше удовольствия, чем я могла вынести. Мы были одни в автобусе в нашей комнате. Я мечтала о нем весь день. Я подсказывала ему, как меня лучше трогать, позволяя своей руке касаться его члена или его ягодиц. Он знал, чего я хотела, и как только все покидали автобус и уходили в свои гостиничные номера, он давал это мне.

– Алекс, ты трахаешь меня, как будто ты в два раза моложе. Это так прекрасно. – Я двигалась вперед и назад, принимая его еще глубже в себя.

– Ты заставляешь меня чувствовать себя двадцатилетним, Прюденс. О, сожмись, малыш. Черт, вот так мне нравится.

Мне нравилось быть сверху, смотреть в его красивое лицо в полумраке. Единственным источником света в нашей комнате были часы у кровати и свет, который просачивался из двери. Его руки поднялись по моим бедрам, заставляя трепетать каждый нерв.

– Ты пульсируешь, - сказал он.

– Я изнывала по тебе весь день.

Я протянула руку за спину и погладила его яички. Он застонал и поцеловал меня. Внутри меня он стал еще больше. В любую секунду мы оба могли достигнуть оргазма. Он как будто почувствовал это, и его влажный палец начал тереть мой клитор, посылая сокрушительный оргазм через мое тело. Мои ноги обхватили его талию, я выгнула спину, и сжала свое лоно вокруг него. Я выкрикнула его имя, откинув голову назад.

– Говори, малыш. Я уже почти, - прошептал он.

– Алекс, кончи в меня. Ты так меня заводишь. Слышишь, какой влажной ты заставляешь меня быть.

Через несколько секунд я была наполнена им до предела, он снова и снова вколачивался в меня, а его голова металась на подушке.

Я легла на его влажное тело, восстанавливая дыхание.

– Ты станешь той еще первой леди.

– Ты станешь тем еще президентом. Я не могу дождаться, когда все это проделаю с тобой в Овальном кабинете и в спальне Линкольна. – Перед автобусом послышался шум.

– Надеюсь, с нами в автобусе никого не было, Прюденс. Ты слышишь шум снаружи?

– Нет, - прошептала я и начала смеяться. – Как неловко. Они слышали все, что мы делаем, Алекс. Пойди, посмотри, кто там.

Он надел майку и боксеры и приоткрыл дверь.

– Есть там кто-нибудь? – прокричал он.

Я услышала смех, который я слышала миллион раз до этого в нашем доме, и сразу его узнала.

– Какого черта, Марк? Ты извращенец? Ты больной придурок. – Алекс старался не смеяться, но мы с Марком не могли сдержать хохот.

– "Говори, малыш. Я уже почти." Черт возьми. Я слышал, как будущий президент Соединенных Штатов кончает. – Он согнулся пополам, держась за живот.

– Я из тебя сейчас всю душу вытрясу, - сказал Алекс, угрожая ему. Он схватил его за горло и сделал вид, что душит его. Марк все еще смеялся.

– У тебя должно быть волшебный член, Алекс. Боже правый.

Я оделась и вышла, что бы посмотреть на них.

– Я сейчас устрою этому маленькому засранцу, - сказал Алекс. Они засмеялись и начали бороться на сиденье автобуса.

– Чем ты тут занимаешься, кроме того, конечно, что и так понятно? Если ты искал дорогу в номер, то все, что тебе нужно было сделать, это спросить. – Алекс взял бутылку воды из холодильника.

– Я вернулся, чтобы взять маршрутный лист, и, не переставая, говорил «Я здесь, я здесь», но вы были поглощены страстью. Я старался уйти отсюда как можно скорее, клянусь, - сказал он с улыбкой.

– Если ты хочешь, чтобы у тебя была работа, когда меня изберут президентом, если ты доживешь до этого дня, тебе лучше никому не рассказывать о том, что ты услышал здесь сегодня ночью. Я клянусь, я убью тебя во сне, - сказал Алекс, стараясь казаться строгим.

Марк поднял руки.

– Твой оргазм уйдет со мной в могилу. Я клянусь, что не хочу, чтобы кто-нибудь узнал о том, что я услышал. Прюденс, прости. Это вышло случайно.

– Я знаю, Марк. Ты не первый раз застаешь нас. Ничего страшного. – Я поцеловала его в щеку, и он покраснел.

– Прюденс, только не говори мне, где были твои губы, - сказал он.

– Заткнись, идиот. Размечтался. Лучше проваливай к черту, - сказал Алекс, вставая, чтобы проводить Марка. Они оба рассмеялись.

На следующее утро мы снова продолжили наш автобусный тур. Нам представили песню нашей кампании. Алекс хотел оставить старую, но после множества споров, мы с Марком убедили его взять Dreams Ван Халена. Мы считали ее «нашей» личной песней. История песни напоминала нам о том, что мы не должны забывать. Это было в самом начале его путешествия по стране, которое должно показать людям, что он молод, мужественен и готов взять на себя ответственность за весь мир. А сейчас я ненадолго уехала, чтобы помочь Томасу в одном очень крупном деле. Я планировала встретиться с Алексом позже в Огайо. Он должен выиграть в Огайо, и как можно скорее. Я не волновалась. Я знала, что он сможет. Мой старый родной город.