Чтение онлайн

XI. Спасение утопающей

Когда женщины вышли из хижины, буря усилилась до невероятной степени. Ветер глухо гудел в высоте, небо было покрыто почти сплошь тяжелыми свинцовыми тучами, и между ними поминутно сверкала молния, сопровождаемая страшными раскатами грома. Ночной мрак плотно окутывал все предметы, и только изредка серебристый луч луны, пробиваясь сквозь пелену туч, освещал зеленоватое море, яростно бившееся о берег. Но хотя погода была отвратительная, девушки шли, не обращая на нее внимания.

Таким образом, они добрались почти до острова Святого Серволо, на большой лагуне, и двинулись по направлению к Лидо. Но здесь их заставило остановиться следующее зрелище: многочисленные барки летели по волнам с быстротой птицы, и со всех сторон приближалось множество людей обоего пола и различного возраста. Все они несли корзины, крюки и сети.

— Куда вы идете? — окликнула удивленная Джиованна нескольких человек.

— За добычей, синьорина! — отвечали они, ускоряя шаги.

— О синьорина, эта ночь будет очень прибыльна для бедных рыбаков! — заметила Беатриче.

— Прибыльна!.. При такой буре?.. Я тебя не понимаю!

— Жаль, что здесь нет брата: он тоже попользовался бы береговым правом... Но я присоединюсь к другим, синьорина: просто грешно не брать то, что посылается нам случаем... Тут, наверное, найдется что-нибудь на долю матушки и моих маленьких братьев.

— Что ты хочешь делать? Неужели же ты побежишь с этими сорванцами? — воскликнула изумленная Джиованна.

— Да, синьорина, не следует упускать того, что дается нам свыше.

— Но что же это за береговое право? — спросила молодая девушка. — Объясни, в чем оно заключается?

— О, вам не понять этого, — проговорила со вздохом девушка. — Но умоляю вас, дорогая синьорина, не задерживайте меня больше!

— Однако ты шла, чтобы подать жалобу моему отцу... — начала было Джиованна строгим тоном, но сильный порыв бури заглушил ее голос. Поднялся какой-то рев и свист, и в тот же миг засверкала яркая молния. Джиованна и ее спутница услышали крики народа, столпившегося на берегу и готового к своему опасному промыслу.

Вдруг громадное светлое пятно появилось на небе и осветило бушевавшее море.

— Пресвятая Дева! — воскликнула Джиованна. — Беатриче, видишь ли, там плывет какой-то корабль?

— Нет, это только баркас, на котором нет людей, — возразила певица.

— Ты так думаешь? — проговорила молодая девушка, смотря с ужасом на грозные волны.

— Конечно, — ответила Беатриче, — я не вижу никого на палубе.

— Но если ты ошибаешься? Если на этом судне есть люди?

— В таком случае нам надо пожалеть их, синьорина, и помолиться об их душе.

— Этого недостаточно, надо спасти их! Надо, чтобы рыбаки поспешили к ним на помощь!

— Не думаю, чтобы они так поступили, — ответила Беатриче со странной улыбкой. — При такой буре самый опытный и отважный моряк не решится подвергать себя прихоти волн разбушевавшегося моря.

— Но неужели же они допустят умереть без покаяния своих ближних?

— Что же делать! Все мы должны умереть рано или поздно, — проговорила задумчиво Беатриче. — Голод ли сведет в могилу или волны поглотят нас — не все ли это равно?

Джиованна не отвечала. Все ее внимание было приковано к замеченному в море несчастному судну. Гонимое сильным ветром, оно летело с быстротой стрелы по направлению к берегу, и громадные валы то подбрасывали его вверх, как легкое перо, то погружали в страшную бездну. Прошло несколько тяжелых минут. Наконец сильный напор волн ударил судно о риф — и море покрылось обломками. Джиованна вскрикнула: между обломками она ясно разглядела человеческую фигуру, которую несло к перешейку, где прибой волн был не так силен. Она кинулась опрометью к группе рыбаков и проговорила скороговоркой:

— Спасите этого человека, пока еще не поздно!

— Вы сошли с ума, синьорина?! — отозвался один из рыбаков, отталкивая ее. — Зачем вы пришли сюда? Идите своей дорогой и не мешайте беднякам доставать себе пропитание.

Но видя, что она настаивает на своем, рыбак схватил девушку за руку и закричал:

— Уйдите, иначе, клянусь честью Доминика, вам будет худо!

Беатриче подбежала, едва переводя дух.

— Молчи, проклятый пьяница! — воскликнула она. — Разве ты не видишь, что говоришь с дочерью нашего доброго покровителя Бартоломео ди Понте?

Услышав имя негоцианта, рыбаки почтительно сняли шапки и окинули Джиованну взглядами удивления, смешанного с любопытством, а Доминико пробормотал со смущением:

— Простите меня, синьорина, но вам нельзя оставаться здесь в это время: ваш почтенный отец первый осудит вас, если вы накличете беду на наши головы.

Джиованна вздрогнула: до слуха ее донесся пронзительный крик.

— Слышали? — спросила она с отчаянием.

— Конечно, — отвечал с улыбкой Доминико, следуя за своими товарищами. — Это разбилась галера из Кипра: и на всех нас хватит вдоволь прекрасного вина и прекрасных материй.

Но Джиованна последовала за ним.

— Помогите же утопающим! — воскликнула она. — Я наполню ваши шапки монетами... Отправляйтесь! Я помолюсь за вас Пресвятой Деве, и она окажет вам свое покровительство.

Но никто не слушал ее; все бросились ловить плывшие мимо берега ящики, доски и всякого рода обломки.

Один только Доминико навострил уши, когда девушка упомянула о деньгах, и спросил своего товарища Антонио, не хочет ли он помочь ему исполнить желание синьорины.

— Нет, — возразил Антонио. — Мы погибнем, если будем сопротивляться воле Божьей из-за нескольких монет.

— Вы видите, синьорина, — обратился Доминико к молодой девушке, — что вы будете напрасно просить товарищей. Мы все уверены, что погибают только те, кто согрешил перед Господом, и что спасать их — значит противиться воле Его. Никто не послушается вас, и вы поступите благоразумнее, если поспешите вернуться к своему отцу.

Но едва гондольер успел произнести эти слова, как из толпы раздался голос, говоривший:

— Синьорина, из любви к вам я попытаюсь спасти утопающего!

Наступила минута всеобщей тишины и молчания, но она была вскоре прервана громкими криками гондольеров и других присутствующих:

— Это изменник! Не дайте ему нарушать право морского промысла, — загремели дикие голоса. — Убейте его баграми!.. Где он? Где он?.. Убейте изменника!

Голос незнакомца проник Джиованне в самое сердце.

— О! — воскликнул Доминико, расталкивая товарищей, обступивших с криками угрозы молодого человека, одетого в изорванный рыбачий костюм. — Это сумасшедший, которого мы встретили на улице Фреззариа... Он бредит не только от горячки, но и от голода... Да простит мне мой ангел-хранитель, если я скажу, что благотворительность не ведет ни к чему хорошему!.. Этот молодец вовлечет всех в беду.