Чтение онлайн

Леди Бишоп обернулась к Люсинде.

— Как прекрасно она играет!

— В самом деле, — улыбнулась Люсинда. Было неожиданно и приятно обнаружить в мисс Мейз хоть один талант. И она сразу же решила воодушевлять мисс Мейз как можно чаще демонстрировать его. Это обеспечит ей внимание публики и, несомненно, будет способствовать обретению ее уверенности в себе.

— Жаль, что вы не посетили нас, леди Мейз, — сказала леди Бишоп. — Но я могу вас понять, к вам приехала гостья. Мисс Мейз останется у вас надолго?

— Надеюсь уговорить ее остаться на весь сезон, — отвечала леди Мейз. — До сих пор она жила очень уединенно, посвятив себя уходу за родителями.

— Я никогда не видела ее раньше. Послушайте, я не знала, что мисс Мейз — опытная сиделка. У меня есть престарелая родственница, которая нуждается в компаньонке. — И леди Бишоп с намеком посмотрела на леди Мейз. В голове у нее уже начали прокручиваться планы. Она внезапно улыбнулась. — Дочерняя преданность — редкость в наши дни. Мисс Мейз следует вознаградить за самопожертвование.

— В самом деле, — проговорила Люсинда, подумав при этом, что от самой мисс Мейз здесь мало что зависело, а хулить ушедших в мир иной родителей за то, что они так распорядились судьбой дочери, не пристало.

— Возможно, когда сезон закончится, она будет искать себе место компаньонки. Бедная родственница — это такая неуютная роль, не правда ли? А я уверена, что смогу найти ей место, поскольку верю вашей характеристике, леди Мейз.

Люсинда вновь улыбнулась, хотя внутренне закипела. Казалось, леди Бишоп и в голову не пришло, что мисс Мейз и так пожертвовала лучшими годами своей юности, причем не по собственному желанию, а так же то, что она вряд ли захочет всю свою жизнь посвятить такому занятию. Но конечно, профессиональная сиделка потребует гораздо большей платы, чем кроткая Агнес, подумала Люсинда, размышляя о мотивах леди Бишоп.

— Думаю, что самопожертвование моей золовки должно быть вознаграждено, поэтому я спонсирую ее на весь сезон, — спокойно ответила Люсинда. — Видите ли, ее никогда не вывозили. Леди Сефтон только что великодушно предложила дать ей рекомендацию в «Альмак». Как вы можете вообразить себе, я была весьма рада за Агнес.

— Неужели! — Леди Бишоп быстро просчитывала в уме новые ходы. У нее был брат холостяк. Как было бы хорошо, если бы леди Мейз согласилась на его предложение: ведь она богата и имеет собственное имение. И того, и другого не хватало в настоящее время ее брату. Конечно, брата ее леди Мейз в глаза не видела, а у нее наверняка множество поклонников. Но вряд ли леди Мейз пожелает выйти замуж за скромного и пожилого джентльмена, когда за ее внимание идет такая борьба.

Но оставалась еще мисс Мейз. Леди Мейз, похоже, благоволила к своей родственнице, и возможно, она выделит ей небольшое приданное по объявлении о помолвке. И несомненно, мисс Мейз легче будет внушить те правила, которые леди Бишоп считала приличествующими хорошей жене. Леди Мейз недоставало такого качества, как покорность. Леди Бишоп заметила искру гнева в глазах леди Мейз, когда она всего лишь предложила устроить ее родственницу в компаньонки. Нужно быть осторожной с собеседницей, решила леди Бишоп, чтобы не упустить выгоды. Обидно было бы также упустить возможность женить своего брата-неудачника на покорной девушке, опекаемой такой богатой леди.

Полное лицо леди Бишоп расцвело улыбкой.

— На следующей неделе я устраиваю небольшой бал. Умоляю, привезите ее. Я специально прослежу, чтобы она хорошо развлеклась.

— Это очень великодушно с вашей стороны, миледи. — Люсинда опустила глаза, чтобы не выдать своих эмоций. Эта женщина насквозь фальшива в своих заверениях, думала она.

Леди Бишоп кивнула и перешла к следующей собеседнице. А к леди Мейз подошла леди Сефтон.

— Почему же вы до сих пор не сказали мне, что это дитя так чудесно играет на фортепьяно?

— Я сама не знала до сегодняшнего вечера, — призналась Люсинда.

— Этот талант полностью искупает ее неумение общаться, — сказала леди Сефтон. — Однако я уверена, что от этого недостатка вы с мисс Блайт вскоре поможете ей избавиться.

— Надеемся, миледи, — отвечала Люсинда. Леди Сефтон удовлетворенно кивнула.

— А теперь пойдемте. Я познакомлю вас с гостями, которые еще вас не знают. Вас так долго не было видно в свете, что люди позабыли о вас.

Люсинда позволила хозяйке вечера представить ее другим гостям. Хотя на нее бросали откровенно любопытные взгляды, не было человека, который не был бы любезен с ней.

В числе прочих Люсинда была представлена графине Пемброук.

— Это одна из моих подруг, леди Пемброук, — сказала о Люсинде леди Сефтон. — Возможно, вы припомните леди Мейз. Она вышла в свет четыре года тому назад, как раз в год Ватерлоо.

Графиня строго посмотрела на Люсинду и подала ей руку.

— Да, я вас вспоминаю. Юная невеста этого повесы, Мейза. Я сочувствовала вам тогда, дорогая моя. Но мертвых не судят, не так ли? Сядьте возле меня. Я хотела бы поговорить с вами.

Решив, что Люсинда попала в надежные руки, леди Сефтон отошла к другим гостям.

Люсинда поблагодарила графиню и присела возле нее на кушетку.

Графиня смотрела на Люсинду с загадочной улыбкой.

— Во время обеда я заметила, что вам было приятно поговорить с моим сыном.

— Вы правильно заметили, миледи. Ваш сын — приятнейший партнер за столом, — сказала Люсинда.

Графиня рассмеялась, и Люсинда узнала этот смех: он был характерен как для матери, так и для сына.

— Уверяю вас, он приятный партнер. Я хорошо знаю Гектора. Он, как обычно, завязал флирт с самой хорошенькой женщиной на этом вечере. — И графиня покачала головой, давая понять, что это обычная манера Гектора.

— Благодарю вас за комплимент, графиня. — Люсинда улыбалась, хотя ей не понравилось, что разговор принял такой оборот. После разочарования в своем браке ей было неприятно, когда ей в открытую напоминали о ее красоте. — Я вовсе не против того, чтобы со мной флиртовали. Я нахожу, что с лордом Пемброуком очень легко и весело.

Графиня снова кивнула и с любопытством посмотрела на Люсинду.

— Вы не тратили времени зря, с тех пор как сняли траур, леди Мейз. Однако это совершенно не удивительно. Я всегда не любила вашего мужа.

— Лорд Мейз, к несчастью, не пользовался репутацией добропорядочного человека, — спокойно ответила Люсинда.

Графиня улыбнулась ей понимающе.

— Вероятно, и вы не слишком любили его.

— Но миледи! — Люсинда была поражена прямолинейностью графини.

Графиня подняла тонкие брови.

— Видимо, я права?

Люсинда некоторое время молча разглядывала морщинистое лицо графини. В нем не было ничего, что выдавало бы в старой даме любительницу сплетничать. В тоне ее звучал чисто личный интерес.