Чтение онлайн

— Ты также будешь моей дуэньей, Тибби, — напомнила Люсинда, когда они выходили из гостиной. — Тебе придется сопровождать меня при каждой фантазии, что взбредет в мою голову. Я надеюсь, ты не станешь брюзжать на вечерах, которые мы непременно будем посещать.

— Брюзжать! Что вы, миледи! Полагаю, что ни за что на свете! — Мисс Блайт в присутствии лакеев в холле обращалась к своей бывшей воспитаннице уважительно. — Что за неблагодарное существо я была бы, если бы предпочла свою работу с самой несносной из воспитанниц — сопровождению моей дорогой леди Мейз в том направлении, куда она пожелает.

Люсинда рассмеялась и покачала головой. Остановившись на ступенях, она попросила:

— Пожалуйста, не называй меня так никогда, когда мы с тобой наедине.

— Так ведь прислуга, моя дорогая. При них мы должны соблюдать дистанцию.

— Ты моя подруга, Тибби. Это должно ограждать тебя от любого проявления неуважения по отношению к тебе. Не настаивай на том, чтобы в обществе между нами соблюдались формальности.

— Клянусь, мне также неловко называть тебя так, — сказала мисс Блайт. — Я слишком привыкла думать, что ты — Люсинда Стэссарт, а со старыми привычками расстаешься с трудом.

Во время разговора леди спустились к поджидавшему экипажу. Лакей помог им сесть, и экипаж тронулся.

— Ты никогда не одобряла моего брака с лордом Мейзом, так, Тибби? — спросила Люсинда.

— Моя дорогая… — Лицо мисс Блайт выразило искреннее смятение.

Люсинда слегка улыбнулась.

— Ты не сказала ни слова. Но я всегда знала, что ты не одобряешь этого брака. Вот отчего я никогда не обсуждала этот вопрос с тобой. Возможно, мне стоило это сделать.

Мисс Блайт положила свою руку на руку Люсинды.

— Моя дорогая Люсинда, не в моих правилах навязывать свои мнения. Верно, у меня были сильные аргументы против брака. Ты была так молода, а у лорда Мейза уже была дурная репутация. Но мне были известны и затруднения твоей семьи. Такие большие долги — и этот дрянной мальчишка едва ли помог делу!

Люсинда хихикнула.

— А, мой кузен Ферди. Он умеет запутать дела. Но он наследник семьи, и его нельзя было бросить на произвол судьбы.

— Жизненный опыт сослужил бы ему хорошую службу, — сурово сказала мисс Блайт.

— Думаю, что надежды на улучшение нет, — спокойно заметила Люсинда. — Он никогда не мог остановиться в игре, даже когда его карманы были совершенно опустошены. Вот отчего мой дядя в конце концов отказался оплачивать его долги.

— Жаль, что сэр Томас не обладает той же силой характера, — проговорила мисс Блайт. — Может быть, тогда тебя не вынудили бы на столь неравный брак! Прости меня, дорогая! Мне не нужно было быть столь прямолинейной. Но мысль о твоем кузене и твои вопросы спровоцировали меня.

— Затруднения и шалости Ферди вряд ли сами по себе повинны в нашем отчаянном положении, — спокойно продолжила Люсинда. — Имение было заложено еще до того, как папа принял наследство. Плюс долги, а также расходы, которые с годами росли. Будущее нашей семьи было бы поставлено на карту в любом случае. Лорд Мейз явился к нам в роли спасителя, когда сделал мне предложение. Я действительно желала выйти за него замуж. Не нужно думать, что меня принудили к этому браку.

Мисс Блайт поджала тонкие губы: лучше не высказывать своего мнения по этому поводу.

— Я не считала этот брак удачным. Но от всей души надеялась, что ты будешь счастлива.

Люсинда улыбнулась, но в этой улыбке было что-то такое, что поразило мисс Блайт. Она внимательно посмотрела на свою подопечную, раздумывая, какие мысли кроются за этой улыбкой. Вскоре она поняла это.

— Я счастлива в том своем положении, в котором оказалась, и намереваюсь пробыть в нем подольше. Я сбросила свои кандалы.

Мисс Блайт была шокирована.

— Люсинда!

Взгляд Люсинды стал ледяным. Она взглянула на свою компаньонку, напряженно улыбнувшись.

— Прости, что моя откровенность шокировала тебя, Тибби. Однако я не собираюсь лицемерить. У меня нет причин для печали по смерти мужа. Конечно, было мимолетное сожаление, но вскоре оно сменилось облегчением и радостью.

Губы мисс Блайт что-то прошептали, но не издали ни звука. Люсинда с тревогой взглянула на свою компаньонку. Она поняла, что напугала ее.

— Тебе не понять этого, Тибби? Ты считаешь меня бесчувственным чудовищем?

— Нет, дорогая моя. Я вовсе не считаю тебя бесчувственной, — медленно проговорила мисс Блайт. Ее доброе сердце, без сомнения, болело за судьбу подруги. — Думаю, что могу полностью понять твои чувства. Наверное, ты была глубоко оскорблена мужем, в особенности когда он полностью исключил тебя из своей жизни. Не удивительно после этого, что ты не питаешь к его памяти добрых воспоминаний.

— Благодарю тебя, Тибби. — Люсинда пожала ее руку. — Я надеялась, что ты сможешь понять меня. Это так меня утешает.

Экипаж остановился перед модным магазином. Дверцу экипажа открыли, спустили лесенку, и леди вышли.

Какие бы тайные мысли ни крутились в голове мисс Блайт, она не могла не сожалеть о своей бывшей воспитаннице. Ее глубоко взволновало, как сильно изменилась невинная и исполненная чувства долга Люсинда Стэссарт. Она никогда не могла бы этого предположить.

Это следовало глубоко обдумать, потому что теперь мисс Блайт предвидела, что ее обязанности станут сложнее, чем она ожидала. Следуя за Люсиндой, она гадала, какие еще неожиданные грани характера откроются в ее воспитаннице.

Войдя в магазин моды, мисс Блайт обнаружила, что ее персоне придается гораздо более важное значение, чем она полагала. Она была приятно удивлена, когда оказалось, что Люсинда задумала обновить весь ее, мисс Блайт, гардероб.

— Леди Мейз! Я протестую: непозволительно тратить такую сумму на меня, — воскликнула мисс Блайт.

— Ерунда: будь благоразумна и прими это как случайную удачу, — смеясь, сказала Люсинда. Она пробежала глазами яркие шелка и указала на отрез ткани ожидавшей модистке. — Какова цена этого темно-зеленого?

Мисс Блайт подождала, пока модистка отошла за рулоном шелка, но понизила голос, чтобы более убедительно выразить упрек:

— Люсинда, невозможно, чтобы ты заказывала все эти платья и костюмы для меня. Что я буду делать даже с половиной из них? Я — гувернантка. Я никогда не носила такие наряды. Я буду чувствовать себя неловко, если буду одета лучше, чем моя хозяйка!

— Ты более не гувернантка, Тибби. Ты — моя компаньонка и должна быть подобающим образом одета, сопровождая меня на балы и вечера, — сказала Люсинда. Она ощупала материал, который держала перед ней продавщица, и кивнула. — Да, мы возьмем и это.