Чтение онлайн

— Это. Еще. Не конец, — выплюнул он и, повернувшись, также быстро покинул их. Он сел в машину и так торопливо уехал, что колеса завизжали на повороте.

— Но, что мы будем делать, когда он вернется, чтобы проверить? — спросила Альфреда.

— Конечно же, вы будете жить здесь, — уверенно заявил Колдер.

— Мам! Мы правда переезжаем сюда? И у нас будет собственный клан? И собственный Доминус? — Робби прыгал вокруг матери от счастья. — Держу пари, никто не будет задирать нас, когда у нас появится Доминус.

— Робби, ты же знаешь, что мы не можем принять такую благотворительность, — сказала Альфреда с горящим взглядом.

— Какая благотворительность? — усмехнулся Колдер. — Я надеялся, что вы бросите парочку своих работ и вместо этого будете заниматься хозяйством в моем доме. Не то чтобы моя любимая невеста не самая одаренная домохозяйка, но…

— В переводе на нормальный язык он хочет сказать, что уборка дома не самая сильная моя сторона, с чем я, собственно, согласна, — быстро вмешалась Оливия. Это единственный способ настроить Альфреду на позитивный лад. — Он ценит во мне то, что на самом деле у меня получается — я хороша в своей работе. — Сказав это, она осознала, что так оно и есть. Вот теперь она почувствовала себя просто по-настоящему важной.

Альфреда подозрительно посмотрела на нее.

— Вы действительно хотите, чтобы мы переехали сюда.

— Я хочу построить свой собственный клан, а вы одна из самых трудолюбивых женщин, которых я знаю, — сказал Колдер. — Я буду горд, если вы станете членами моего клана. Знаю, гостевой домик маленький, но я могу расширить его.

— Маленький? — усмехнулась Альфреда. — Он в два раза больше нашего нынешнего дома. Если вы серьезно, то… Что ж, мы поедем за вещами. Но предупреждаю — ваш дом будет безупречен!

— Считайте, что я предупрежден.

— Я помогу вам собраться, — вклинился Барнум, передавая лазанью Оливии.

— Ты не обязан этого делать, — запротестовала Альфреда.

— Я тут подумал, что вы могли бы отплатить мне за это лазаньей, — сказал Барнум, и они все покинули дом.

— Думаешь о том же, о чем и я? — спросил Колдер Оливию.

— Что для огненного дракона — нет, даже для любого дракона — ты слишком классный?

— Неа, я думаю о том, что у нас есть пара часов до того, как все они вернутся, и нам придется помогать им с вещами. А сейчас я в буквальном смысле собираюсь сорвать с тебя одежду.

Глава 16

И он сдержал слово. Ее блузка потерялась где-то на середине лестничного пролета, а трусики остались висеть на перилах. Когда пара все же добралась до верхнего этажа, Колдер окончательно потерял терпение и, перекинув свою спутницу через плечо, отнес ее в спальню. Там он бросил ее, абсолютно голую, на середину кровати так, что ее еще несколько раз подкинуло. А он изголодашимся взглядом наблюдал, как при этом колышутся ее груди.

Затем он сорвал с себя рубашку, открывая взору шикарный вид на мускулистую грудь и пресс кубиками. Она едва сдержала стон, когда взгляд ее, блуждая по телу, опустился ниже и проследовал вдоль манящей полоски волос, уходящей за пояс его джинсов, и уперся в значительных размеров выпуклость, обтянутую потертой джинсой.

Он скинул ботинки, штаны и боксеры, освободив эрегированный член. Пьянящая волна удовольствия накрыла девушку, когда она заметила на головке его члена выступившую каплю влаги. Он хотел ее также сильно, как и она его. От одной этой мысли ее киска сжалась в предвкушении.

C грацией хищника он направился к ней, ни на секунду не сводя жадных глаз с ее тела. Опустившись на край кровати, Колдер поднял ее ногу, оставив дразнящий поцелуй на лодыжке. Затем легко провел пальцами вверх по ноге, губами следуя вслед за ними.

Коснувшись чувствительного местечка под коленом, он поднял глаза, желая видеть ее реакцию, а затем слегка прикусил внутреннюю сторону бедра. Оливия раздвинула ноги. Должно быть, она ужасно похотливая, раз так легко выставляет напоказ его голодному взгляду свою истекающую соками киску. Она не чувствовала себя неловко. Больше нет. Не с Колдером. Она лишь хотела ощутить его ладони на своем теле и его член внутри себя.

Он накрыл ее клитор и, услышав в ответ чувственное мурлыкание, издал стон у ее плоти, снова и снова пробуя на вкус, смакуя языком ее возбуждение. От взгляда на его темную голову у себя между ног девушка встрепенулась, ее бедра дрогнули. Она выгнулась, еще сильнее прижимаясь к его рту, еще больше открываясь ему, а он одарил ее киску французским поцелуем. Языком проникая внутрь и затем снова выходя, он негласно обещал ей, что скоро в ее теле точно также будет двигаться его член. Застонав, Оливия потянула его за плечи, вынуждая устроиться меж ее бедер, скорее войти в нее и двигаться в ней до тех пор, пока оба не сойдут с ума от удовольствия.

Она так хотела его, что готова была умолять. Ее останавливало лишь то, что Колдер, она знала, тоже едва сдерживался.

Он опустился на нее сверху, волшебная, теплая тяжесть, и, нежно убрав с лица прядь волос, страстно поцеловал ее. Оливия почувствовала свой собственный вкус на его губах, на его языке, и от возбуждения начала нетерпеливо ерзать под Колдером, но тот, похоже, не был намерен торопить события.

Колдер обернул ее ногу вокруг своего бедра, словно раскрывая для себя, и тогда она почувствовала, как головка дразнит лоно, гладит ее складочки, но все еще не входит. С трудом сдержав стон нетерпения, Оливия отдалась этим волшебным ощущениям, наслаждаясь каждым мгновением. Его кожа напоминала горячий шелк на твердых мускулах. Его запах — чисто мужской, с древесными нотками, которые ассоциировались у нее с огненными драконами, и еще что-то, присущее только Колдеру. Его сердце билось быстро, но ровно, надежно, у нее же оно готово было выскочить из груди. В его потемневших, практически черных глазах светилась бесконечная нежность.

Оливия нежно прикусила его плечо, подталкивая, торопя войти, и он скользнул внутрь, проникая полностью, до самого конца, и наслаждаясь ее горячим, влажным лоном. Оба со стоном втянули воздух и на мгновение застыли, окунаясь в эти ощущения, прежде чем Колдер начал двигаться.

Неторопливый и нежный, он входил так глубоко, что у нее перехватывало дыхание. С каждым движением его бедер он подводил ее к кульминации, сладко, с каждым разом все ближе и ближе, и она уже предвкушала, как волна удовольствия накроет ее.

Он целовал ее, снова и снова дразня губами, снова и снова переплетая языки в такт собственным движениям. Всхлипнув, она перехватила инициативу и атаковала его язык, заставив его стонать от удовольствия прямо ей в рот, нетерпеливо взреветь от жажды.

Оливия согнула ноги и подтянула ближе, так что ее колени теперь упирались Колдеру в грудь, и он смог еще глубже проникать в нее. Каждый раз, когда Колдер выходил, девушка ощущала внутри ноющую пустоту, но каждый раз, когда он снова заполнял ее, Оливия окуналась в растущее удовольствие, которое закручивалось как спираль, все туже и туже, пока, наконец, не взорвалось. Она закричала от охватившего ее оргазма, неосознанно сжимаясь вокруг его твердого члена, и ощутила, как он теряет над собой контроль, движения стали отрывистыми и неритмичными, когда оргазм накрыл и его. Его удовлетворенный долгий стон — одного этого ей хватило, дабы ее тело окунулось в еще один ослепляющий экстаз, который оставил ее задыхающейся и неспособной не то, что говорить, даже мыслить более-менее здраво.

Он откатился на спину. Грудь быстро вздымалась и опускалась, затуманенным взором он смотрел в потолок, пытаясь выровнять дыхание. Оливия уютно пристроилась на его плече, положив ладонь ему на грудь, на самое сердце. Оно бешено стучало. Из-за нее.

— Девяносто девять процентов? — выдохнула она.

— Боже, женщина, не придирайся к словам, — еще не отдышавшись до конца, пробурчал он. — Будь этот секс еще хоть на каплю лучше, он бы меня убил.

Глава 17