Чтение онлайн

Она развернулась и опустилась на колени перед Да сы:

— Это уже достаточное доказательство — кровь рода Янь способна помочь вам, ваше величество, исполнить заветное!

Прежняя ярость в глазах Мин Ли сменилась ликующим изумлением. Он рассмеялся и отмахнулся:

— Сколько шуму из-за одной путаницы с подменой ребёнка. Мин Сянь хоть и оказалась девушкой, но семь лет подряд приносила победу нашему Чаоян — её заслуги вполне искупают обман.

— Ваше величество! — супруга Мэн всполошилась. — Вы ведь только что были готовы казнить весь род Янь, а теперь…

Но Да сы не стал её слушать. Лишь отмахнулся раздражённо:

— Успокойся.

А затем с добродушной улыбкой обернулся к Цзи Боцзаю:

— Давно слышал о доблести этого бойца. И не думал, что он окажется нашей кровью. Раз так…

— Ваше величество, погодите! — Супруга Мэн вскочила с места. — Неужели на основании пары фраз Мин Сянь и схожих черт лица вы намерены признать чужого бойца, пусть и выдающегося, кровью нашей династии? Разве это не слишком поспешно?

Все присутствующие прекрасно видели, Сы-хоу Янь попросту пыталась вывернуться, найти лазейку, когда уже прижата к стене. И что, вот так совпало — брошенный ею младенец не просто выжил, а ещё и стал первоклассным боевым мастером?

— То, что делает род Янь, — это обман правителя, попрание закона. Их алчность до славы и власти довела до подмены родословной нашей династии! Прошу ваше величество — накажите их по всей строгости! — Супруга Мэн метнула гневный взгляд в сторону Сы-хоу Янь, затем обернулась к Мин И. — А ты… ты тоже хороша. Увидела, что среди рабов появился кто-то способный — и тут же объявила его сыном Сы-хоу Янь? Ты хоть понимаешь, какую чушь несёшь?

Глава 135. Истина. Акт 5

Мин И вскинула брови, в голосе сквозило недоумение:

— Я ведь сказала всего пару слов. Как только вы увидели лицо господина Цзи, сразу закричали, зашумели — и что же в этом моего? Разве я хоть раз чётко сказала, что он имеет к Сы-хоу Янь какое-либо отношение?

— Но ты же…

— В тот год, когда меня изгнали из Чаоян, — продолжила Мин И с холодной усмешкой, — один человек сообщил мне, что я вовсе не родилась у Сы-хоу Янь.

Голоса в зале притихли.

— Этот человек также сказал, что мне стоит найти Цзи Боцзая, — и он спасёт меня. Более того, он сможет вернуть меня в Чаоян.

Она мягко усмехнулась:

— Эти две фразы, поставленные рядом, трудно не связать. А когда я впервые увидела господина Цзи и его лицо… всё, что раньше казалось лишь смутным подозрением, тут же обрело ясные очертания. Но и тогда это оставалось всего лишь догадкой — до сегодняшнего дня. Всё, чего я хотела, — услышать объяснение от самой Сы-хоу Янь.

— Что я должна объяснять?! — Сы-хоу Янь вспыхнула. — Я сама была в неведении! Где оказался мой родной ребёнок после рождения — я не знала и не знаю!

— Как же вы смеете утверждать, будто не знали? — раздался голос с другого конца зала.

Из бокового прохода вошёл человек, шаг за шагом приближаясь к центру. Его голос звучал спокойно, но в нём слышался упрёк, словно весенний гром среди затяжного дождя.

Все взгляды обратились к нему — Мин Ань, весь в порезах и синяках, хромая и придерживая раненую руку, вошёл в главный зал.

— Поклон моему господину, — он медленно опустился на колени и приложил кулак к ладони в знак уважения.

Мин И резко расширила глаза, шагнула ближе, тревожно спросив вполголоса:

— Тебя пытали?

Мин Ань слабо усмехнулся:

— Раз попал в руки Сы-хоу Янь, как же мог выбраться невредимым. Пустяки, не стоит волноваться.

Он повернулся к Да сы, почтительно поклонился:

— Когда госпожа Янь была на восьмом месяце, она срочно искала младенца с красными меридианами. Как раз в то время моя покойная жена только что родила такого ребёнка, и старейшины рода узнали об этом. Девочку тут же тайно отнесли в покои госпожи Янь.

— Я тогда ясно объяснил старейшинам: это девочка. Но они ответили — врождённая красная жила меридианов — редкость, а девочка, мол, особой ценности не имеет. А вот если она сможет стать сыном Сы-хоу Янь — тогда ей обеспечена жизнь в славе и роскоши. — Мин Ань с горечью покачал головой. — Моя жена очень любила свой род. Не задумываясь, она согласилась. Перед смертью она даже велела мне молчать, не признавать этого ребёнка, не искать её.

— Затем, — продолжил Мин Ань, — у госпожи Янь случились преждевременные роды. Рождённый ею ребёнок не обладал красными меридианами. Она лишь мельком взглянула на его запястье — и тут же сунула его мне в руки, приказав избавиться от него как можно быстрее.

В зале раздался общий вздох ужаса.

Сы-хоу Янь вспыхнула:

— Клевета! Это была моя плоть и кровь! Как я могла отдать приказ… от него избавиться?!

Но Мин Ань будто не слышал её, продолжал спокойно, глядя в пол:

— Я покинул внутренний дворец с младенцем, но, увы, кто-то заметил меня. Госпожа Янь, как всегда, действовала без колебаний: велела мне уничтожить тело, чтобы никто не мог проследить следов. Но я… я не смог. — Его голос стал чуть тише. — Воспользовавшись праздником в честь приезда гостей, я спрятал младенца в повозке и отвёз его в Му Син.

Он перевёл взгляд на Цзи Боцзая, задержался на нём и медленно склонил голову:

— Ты не виноват. Но Сы-хоу Янь — женщина жестокая. За все эти годы она не проявила к моей дочери ни капли жалости, а в девятилетнем возрасте и вовсе велела мне добыть яд «Лихэньтянь», чтобы держать её под контролем. Я затаил обиду… но был слишком ничтожен, не имел ни сил, ни влияния, и не мог ничего изменить. Единственное, что мне оставалось, — это подкупить надзирателя в том самом рабском лагере, где оказался ты, и передать ему яд для испытания.

Рабский лагерь — лучшее место для таких целей. Госпожа Янь ни за что бы не догадалась, что яд, которым она позже будет травить мою дочь, был испытан… на её собственном ребёнке.

Это была настоящая кара. Но не кара небес — кара, устроенная руками человека.

Мин И вздрогнула, глаза её сузились. Она недоверчиво посмотрела на Мин Аня:

— Ты всё это время знал, через что проходил Цзи Боцзай?

Мин Ань опустил взгляд:

— Я сам определил его в рабский лагерь. Там царит жестокость, тьма, беспросветность — ничем не лучше той участи, что ждала тебя рядом с Сы-хоу Янь. Всё это время я следил за ним, узнавал, как он растёт, во что превращается.