Чтение онлайн

В общем, платье они купили, и оно очень нравилось Насте. Изумрудного цвета матовый шёлк, с длинной, почти до пола, юбкой, ниспадающей от бёдер вниз мягкими крупными складками. Узкий, чуть за локоть, рукав, отделанный тонкими широкими кружевами с золотой ниткой. Такие же кружева целомудренно окаймляют глубокий вырез платья. В примерочной Настя с удовольствием разглядывала себя в большое, в полный рост, зеркало. Оказывается, не так уж она и поправилась после родов. В этом платье, мягко облегающем фигуру, красиво ниспадающем вниз, она казалась себе загадочной и неотразимой. Настя приподняла волосы вверх, глянула на себя сбоку. Нежная шея выглядела трогательно и беззащитно. Улыбнувшись, глянула на Крелла, стоящего в дверях примерочной. У того на скулах ходили желваки: — поедем домой, Настъя! — Она игриво рассмеялась, удивлённо приподняла брови:

— домой? Крелл, мы же хотели ещё заехать, посмотреть дом, который Повелитель подарил детям по случаю рождения!

У него скрипнули зубы, глаза яростно блеснули: — не дразни меня, Настъя! Иначе я затащу тебя в ближайшие кусты!

Она покачала головой и, сняв платье, сообщила хозяйке лавки, что они его покупают. До дома и до спальни они добрались очень быстро.

К замечательному платью Настя, всё же, решила надеть драгоценности. Шелли уложила волосы в причёску, оставляющую шею и лоб открытыми. Изящная бриллиантовая подвеска чуть спускалась на лоб. Её дополняло такое же ожерелье в тонкой золотой оправе. Крелл ревниво заметил: — эти украшения тебе подарил, кажется, Рэмси?

Она показала ему язык: — Рэмси, Рэмси! А ты посоветуешь прицепить мне в виде украшения один из кинжалов, подаренных тобой?

Ревнивец смутился: — Настъя, у меня плохой вкус, я могу подарить тебе что-нибудь не подходящее… — вроде кинжала? — Ну да! Давай, ты сама выберешь, что тебе нравится? Или закажешь у ювелиров?

Настя закатила глаза: — о, мужчины!

Она отправлялась во дворец совершенно спокойно: ведь Повелитель пообещал, что торжественным будет только обед, а сама церемония бракосочетания пройдёт скромно. Возможно, это так и было по понятиям венценосных.

Когда коляска свернула на подъездную аллею, ведущую к дворцовой площади, Насте поплохело. С двух сторон, по аллее и площади, до самых ступеней парадного крыльца, устланных алой ковровой дорожкой, ровным строем стояли мужчины-венценосные. Высокие, сильные. Опасные. С одинаковым, суровым выражением на лицах, похожие друг на друга цветом волос, свирепым взглядом жёлто-чёрных глаз, серой с чёрным одеждой. Безоружные.

Крелл, в восторге, вскочил на ноги, ликующе закричал: — Настъя, это мои воины!! Это мои друзья, любимая!!

Она незаметно поёжилась: — их было много, очень много!

Коляска остановилась у крыльца и Крелл, не церемонясь, подхватил её на руки и поставил на землю. Настя заметила, как на лицах ближайших воинов мелькнули улыбки. Она, робея, взяла его за руку, и он крепко сжал её ладошку. Через широко распахнутые двери они вошли в холл. В нём, на всю длину громадной комнаты, по обеим сторонам прохода выстроились придворные. С галереи над холлом грянула музыка, закружились, опускаясь под ноги, лепестки роз, венценосные склонились в низком поклоне.

Миновав склонённые спины, Крелл решительно открыл дверь в парадный зал. Они вошли и остановились на середине комнаты. Настя перевела дух. Действительно, как пообещал Повелитель, церемония должна быть скромной, если не считать торжественной встречи, конечно.

В центре зала, украшенного гирляндами цветов, сияющего блеском зеркал и натёртого паркета, на небольшом возвышении стояли Повелитель Рэндам, Лидия, их сыновья и улыбающийся Рэмси. Чуть в стороне — сангома Лукас. Крелл, нахмурившись, сурово глянул на него: — вон!! — Тот, неловко поклонившись, и не глядя на присутствующих, торопливо вышел. Настя укоризненно посмотрела на Крелла, но он сделал вид, что не заметил.

Обряд прошёл быстро и как-то по-домашнему. Старший в роду, Повелитель Рэндам, ободряюще улыбнувшись Насте, выступил вперёд и, вначале Крелл, а потом Настя, отвечали на вопросы и обещали: — да, согласна…, да, признаю своей парой…, обещаю…, любить…, почитать…, быть рядом в счастье и горе…, клянусь…, милостью Создателя и Первородным Яйцом!

Потом Повелитель объявил их парой, связанной на всю жизнь. С галереи зазвучала торжественная музыка, двери распахнулись, и толпа придворных окружила их. Настю оттёрли от Крелла, оживлённо щебечущие дамы пожимали ей руки, целовали в щёки. Она не знала никого, кроме Мишель, также улыбавшейся ей. Поискала глазами Крелла. Он стоял в окружении мужчин, которые громко хохотали, хлопали его по плечам и что-то оживлённо говорили. Настя не знала, как избавиться от этих женщин, их фальшивых улыбок и жадно осматривающих её глаз. Тут она заметила, что дамы неохотно расступаются, освобождая дорогу Лидии. Та подошла, со спокойной улыбкой глянула Насте в глаза, взяла её под руку, прекрасно понимая её состояние: — пойдём со мной, Настъя. Ты же ещё не видела, какой прекрасный малыш скоро вылупится у нас с Рэндамом!

Настя облегчённо вздохнула. Дамы не посмели задерживать её и устремились к Креллу. Она ревниво обернулась, но до поцелуев, кажется, дело не дошло.

Потом был торжественный обед. В большом парадном столовом зале тихо звучала музыка, длинный стол ломился под тяжестью яств и драгоценной посуды. Во главе его, рядом с Повелителем и его супругой, сидели Крелл с Настей и Рэмси. Рэндам наклонился к Насте: — я не стал приглашать всех, кого бы хотел, поскольку вы с Креллом возражали. Здесь лишь уважаемые граждане столицы и мои ближайшие советники.

Настя понимающе кивнула: — спасибо, Повелитель Рэндам, — сама подумала, что за столом сидит не менее двух сотен венценосных. Тот, продолжая смотреть ей в глаза, потянулся, мимо Крелла, положил свою ладонь ей на руку, легко сжал: — прости, а, Настъя? Меня совесть итак до самой смерти мучить будет!

Не отнимая своей руки, она иронически спросила: — на самом деле? — Он серьёзно кивнул.

Она вздохнула: — ладно, мир, Повелитель!

— Рэндам! Да, Настъя?

— Да, Рэндам. — На самом деле злости и обиды на него уже и не было, так, отголоски. Она подумала, что сегодня их с Креллом жизнь начнётся с чистого листа.

Муж, кстати, давно уже удивлённо смотрел на их сомкнутые перед его носом руки: — ну, и что это всё значит, жена?

Она выдернула свою руку из ладони Рэндама: — это твой брат воспользовался тем, что я утратила бдительность и уговорил меня его простить!

Он похлопал их по рукам: — возможно, ты, Настъя, поторопилась. Его раскаяние… какое-то незаметное!

Настя посмотрела на Рэндама: в его ответном взгляде она уловила грусть.

Торжественный обед затянулся до позднего вечера, а потом состоялся бал. Правда, молодожёны на нём не присутствовали. Отказавшись ночевать во дворце, они тихо уехали домой. Настя почти целый день не видела детей и ужасно соскучилась по ним. Малыши уже спали. Лиза тихим голосом рассказывала, как прошёл день, что кушали, как играли и шалили Ксанр и Тори. Сегодня, когда они обернулись птенцами, няня заметила в пуховых крылышках Ксандра настоящее перо. Крелл озабоченно покачал головой: — нужно полноценное питание. Завтра надо купить свежего мяса.

Тори завозилась во сне, потом открыла глазки и, увидев склонившихся над ней родителей, заулыбалась, потянулась ручонками к матери. Настя не удержалась, подхватила её на руки, прижала к себе, уткнувшись лицом в шейку, с наслаждением вдохнула тёплый детский запах. Тори уже тянулась к отцу. Обвив ручкой его шею, притянула к себе. Так они и стояли: Настя с дочерью на руках, и Крелл, обнимающий их обеих. Потом Тори снова уснула, положив головку матери на плечо и не выпуская при этом отца. Он осторожно освободился, взял малышку у Насти и уложил в кровать, укрыв простыней.