Чтение онлайн

Глубоко и устало вздохнув, вышла на улицу подышать морозным и потрясающе чистым утренним воздухом. После того как сестренка появилась на пороге жилища старой ведуньи, прошло около семи месяцев, возможно больше. С отсутствием нормального календаря и письменных принадлежностей, все свои наблюдения и расчеты я вела на деревянной задней стенке нашего домика, исцарапывая ее шероховатую поверхность хорошо наточенным ножом. Каждое утро я делала зарубки, отмечая количество прожитых у Венги дней. Рассуждала, смотря на вертикальные порезы, как жить дальше и что предпринять для того, чтобы раздобыть новую одежду для себя и сестры, не говоря уже о средствах для существования. В принципе у нас было все, что было нужно для жизни в это время, но мне, как и Ленке, хотелось большего.

Я не хотела хоронить нас в глуши тяжело проходимого леса. Пусть здесь мы были в полной безопасности, но от такой тишины, мне с каждым днем становилось все хуже и беспокойней. Срок моей беременности, по словам мудрой ведуньи, подходил к концу. Это единственное, что останавливало меня от похода в никуда, и серьезного шага на встречу к неизвестности. Я не знала, как сложились дела у Карла и его жен, не знала, что за перемены произошли после прихода захватчиков на франкские земли. Мой информатор, в лице Одина, больше не появлялся в моих снах, не посылал своих весточек и сказочных животных. Единственный помощник Миха, и тот ушел в мир духов, обрекая меня на одинокое бродяжничество по заснеженному лесу в поисках еды и нужных, под твердым настилом из снега, трав для зелий ведуньи, которыми она нас каждый вечер отпаивала с сестрой, бурча себе под нос что-то о том, чтобы мы были готовы. Но вот к чему, никто не знал, ибо Венга молчала как советский партизан в тылу врага, даже под крепкой медовухой. Она вообще частенько любила прикладываться к этому вкусному нектару, по ее словам, налаживая контакт с миром мертвых и древних богов. Я считала Венгу немного того, как и моя сестра, но в остальном, ведунья многому нас учила, за что мы были ей бесконечно благодарны.

Проснувшись этим утром, я поняла, что на душе сразу же стало не спокойно. Словно незримая опасность надвигалась на нас в данную минуту, грозясь нарушить наш покой и одиночество. В животе ощутимо и болезненно под ребра толкнулся ребенок. В последнее время он стал проявлять себя очень активно. Я чувствовала, что он скоро появится на свет и мое предчувствие меня не обмануло. Легкое покалывание в районе поясницы, привели меня в смятение. В хорошо протопленной избе, все еще спали, было очень раннее утро. В очаге медленно и лениво потрескивал огонь, но его тепло меня не грело. Меня бил озноб. Страх липким чувством оплетал мое быстро бьющееся сердце, заключая его в стальной капкан. Руки нервно стиснули меховую накидку, лежащую поверх меня, сбрасывая теплую тяжесть на пол. Громкий стон из моего горла, нарушил предрассветною тишину, пробуждая всех домашних лежебок.

— Началось, — только прохрипела со сна Венга и бросилась ставить на огонь чан с водой.

— Что мне делать? — Разволновалась сестренка, нервно гладя меня по влажным волосам у виска. — В теории я знаю, что делать, но на практике нет! И почему я не пошла на акушера-гинеколога! Так нет же, на чужое достоинство потянуло!

Если бы мне не было так больно и страшно, я бы наверно упала бы со смеху, такое было забавное лицо у сестры. Но боль внизу живота начала накатывать на меня яростными волнами и толчками. Ощущения были непривычными, сводящими с ума. Мне было холодно и жарко одновременно. Впервые в жизни я не контролировала ситуацию и честно не представляла, как это сделать. Я пыталась не поддаться панике и страху, боролась со своими сомнениями и плохими мыслями. Голоса женщин немного успокаивали и помогали на них сосредоточиться. Я металась по всему топчану, пытаясь сдерживать свои болезненные стоны, дабы не пугать еще и сестру. Ее бледное и перепуганное до смерти лицо, совсем не походило на лицо человека, который хотел утешить и поддержать.

— Выпей, моя хорошая, — услышала я спокойный голос Венги, после чего принялась глотать очередной горький отвар. — Это придаст тебе сил, скоро все закончится. Не переживай, ОН уже идет.

— Кто ОН? — простонала я, хватаясь пальцами за руку сестры. — О боги, как же больно!!!

На этот вопрос, ведунья мне ответила загадочной улыбкой. Вот ведь, ведьма! Зачем начинать говорить о том, если говорить не можешь? К чему все эти загадки и тайны?

— Ааааа, — закричала я, вместе с сестрой. Я от очередной схватки, а Ленка от моих пальцев на своем запястье.

— Систер, может тебе кусок палки притащить. Ей в отличие от меня, больно не будет! Ты мне так руку сломаешь, к чертям! — жалобно протянула, плача от боли и переживаний за меня сестренка.

— Лучше притащи мне того сукина сына, который меня бросил, когда он мне так нужен! — снова заорала я на весь дом, едва не теряя сознание от боли.

— Рад слышать, что я тебе все еще нужен, женщина, — неожиданно разнесся по комнате чужой мужской голос, от которого в моей душе все перевернулось.

— Кто ты? Кто вы? — спросила за меня сестренка, заслоняя меня собой от трех могучих и крепких мужчин, которые каким-то чудом просочились в наш дом не замеченными нами.

— А это те, от кого я сбежала, — ответила я за мужчин и застонала от сильной боли в пояснице.

Стойко пережив тяжелый день и часть беспокойной ночи, я благополучно уплыла в спасительную темноту, на грани создания слыша, как незнакомый мне викинг просит ведунью положить ему на руки моего плачущего ребенка. Сил возражать у меня не было. Я даже не могла вымолвить и слова, не говоря уже о полноценной протестующей речи. Но что самое удивительное, присутствие при моих родах этого могучего и властного мужчины, успокаивало меня и притупляло боль, от которой я не могла никуда сбежать.

Я смутно помнила, как его руки нежно гладили мою ноющую от схваток спину, приятно надавливая на поясницу сильными пальцами. Тогда боль отступала, позволяя совершить мне небольшую передышку. Еще я отчетливо помнила его глубокий, пронизывающий нутро, голос, который проносился по моей влажной коже волнительными мурашками. Последние минуты родов я уже не помнила, но четко запомнила мужскую руку, сжимающую крепко мою ослабленную ладонь. Даря поддержку и веру в собственные силы.

Едва я открыла глаза, как моему взору предстала удивительная картина. В избе стоял полумрак. Часть еще горевших в очаге поленьев, не ярко, но видимо освещали деревянные стены домика ведуньи. Напротив моего ложа, прислонившись спиной к стене, сидел викинг, с закутанным в плотную ткань ребенком на руках. Кроме нас в помещении больше никого не было. Так как у строения не было окон, из теплотехнических соображений, я не могла понять, был ли сейчас день или ночь.

Темные глаза викинга, в которых отражались маленькие языки пламени, неотрывно следили за мной, будто предупреждая, что мне от них больше не скрыться и не убежать. Красивый молодой норманн, хищно следил за моими руками, которые в данную минуту пытались укрыть оголенное плечо своей хозяйки. Сил не было. Тело словно побило об камни, сильными морскими волнами, безжалостно потаскав по твердому дну. Обессиленно выдохнув, нервно опустила непослушные руки на мех. Сейчас чуть-чуть полежу и попробую снова.

Внимание викинга нервировало и волновало одновременно. Кожа на плече начала покалывать, чувствуя на себе чужой взгляд. Дыхание стало более глубоким и судорожным, словно перед опасным прыжком. Чувство чего-то важного не покидало, а с каждой секундой все больше возрастало и начинало искрить.

Неожиданный резкий плач моего ребенка, привет обоих в чувство. Только в этот момент я осознала, что в действительности стала матерью. Неведомые ранее ощущения, наполнили мою душу, новыми красками и эмоциями. Сколько лет я мечтала об этом! Заторможенность после пробуждения, быстро прошла, пробудив материнский инстинкт, во всех его проявлениях.

— Отдай мне моего ребенка, — решительно прохрипела я, сорванным после родов голосом.

— Нашего, — поправил меня викинг, осторожно поднимаясь с пола, дабы не потревожить, вновь уснувшего малыша.

— Этот ребенок, Лейва! Не смей присваивать себе то, что не является ни в коей мере твоим. — Холодно и зло прошептала я, на его слова.

— Женщина, ты великолепна! Даже сейчас, ты бросаешь мне вызов, едва ощущая в себе силы бороться с тем, кто заведомо тебя сильней…

Не знаю, как и каким образом, наверно на чистом инстинкте или ярости, но его слова подстегнули меня к решительным действиям. Кровь забурлила в венах, взбесившимися молекулами, пробежав в стремительном темпе по всему телу. Рука быстро нашла под подушкой, спрятанный заранее на всякий случай, наточенный нож. Забыв о боли в мышцах и слабости, метнулась к самодовольному викингу, словно разгневанная тигрица.