Любовь Викинга
Шрифт:
— Может я и не сильней тебя, Варвар, но моего опыта хватит на то, чтобы тебе перерезать глотку! — Прошипела я мужчине в лицо не хуже самой змеи, ощутимо надавливая на его кожу шеи лезвием. — В последний раз говорю. Отдай. Моего. Ребенка.
Но вместо того, чтобы прислушаться к моим словам, довольный до безобразия викинг, уверенно обвел мою талия одной рукой и крепко прижал меня к своему твердому боку.
— Ты!.. — Едва успела прорычать я, как меня властно поцеловали в приоткрытые губы, полностью лишая ориентации и запала на борьбу.
Мягкие, слегка шероховатые от холода губы, жадно целовали мое лицо, медленно спускаясь к плечам и верху груди. Мое сопротивление было подавлено на корню. Бережно уложив малыша на опустевшее ложе, викинг вновь повернулся ко мне и по-собственнически осмотрел мое нагое тело. Нагое!? Я только сейчас поняла, что стою перед незнакомым мне мужчиной, абсолютно обнаженной. Мне не дали сделать и шага в сторону. Мужские руки сковали меня, прижимая спиной к прохладной деревянной стене. Подхватив меня под бедра, норманн приподнял мое тело вверх, пока моя грудь не оказалась на уровне его глаз. Горячие губы сомкнулись на набухшей вершине, вызывая мой стон, не то боли, не то желания. Гибкий шероховатый язык, лизнул чувствительную кожу, для того, чтобы втянуть жадно в свой порочный рот, мой сосок.
— Ммм, — выгнулась я от острого ощущения, стискивая талию викинга своими бедрами.
Сильные пальцы впились мне в спину, сладостно больно и то же время трепетно нежно. Викинг уделил внимание каждой груди, каждому сантиметру кожи шеи. Обхватив мой затылок, он осторожно коснулся моих губ, словно прося прощение за свою несдержанность.
— Кто ты такой? — едва успела выдохнуть я между нашими поцелуями.
— Я тот, кто вернулся из мира духов, чертогов Валгаллы. Я тот, кто объединил разрозненные кланы своего народа в огромное войско. Я тот, кто преодолел Северное море и вторгся в земли франков, грабя их дома. Я тот, кто завоевал чужие земли, обретя в союзники, короля Франции. Я тот, кто долгие месяцы искал ту, ради которой был готов на все и даже больше. Если, я не нашел бы тебя здесь, то снова отправился бы в чертоги Одина, требуя у него твою душу. Потому как без тебя, я не вижу смысла жить. Никто не сможет заменить ту женщину, которая навсегда украла твое сердце и душу, — горячо прошептал мне в губы норманн, заставляя сердце, бешено заколотиться в груди.
Не может быть! А хотя, о чем это я??? Тут всем заправляет один скандинавский бог. Хитрый и пронырливый интриган. Мысли бегали в голове наравне с пальцами, которые дрожа, ощупывали каждый сантиметр, пока еще незнакомого мне мужского лица и тела. Нынешняя внешность Лейва была иной, но в тоже время узнаваемой, будто прошлые черты, возможно душа, проскальзывали в его новом лице, яркими бликами.
— Лейв, это правда ты?
— Лейвом, я был в прошлой жизни. Теперь меня зовут Рагнар Лодброк, из рода Инглингов, правитель Дании и Швеции.
— Много же я пропустила…
— Главное, чтобы ты не пропустила нашу свадьбу, женщина. И нашу первую брачную ночь. — Целуя мою шею, прорычал мой Викинг.
— С первым не поспоришь, но вот со вторым, я очень сильно сомневаюсь. — Насколько я знала, после родов должно было пройти пару месяцев.
— Один, мне должен, — довольно хмыкнул Рагнар, хитро улыбаясь. — И потому, ты уже полностью здорова и готова осчастливить своими ласками своего будущего супруга.
— Ээээ, — я была в шоке. — А сейчас уже можно?
— Да, — коротко ответил он, не понимая, к чему я клоню.
— Спасибо, Один! Иди уже сюда, мой Варвар. — Хрипло прошептала я, обрушивая на Рагнара-Лейва всю накопившуюся за долгие месяцы в разлуке с ним, свою страсть и любовь.
«Середина весны, а снег еще не успел растаять и накрывал уже слегка позеленевшие северные склоны пушистыми шапочками. На одном из таких холмов стоял мужчина-воин… Он еще не успел расплести свои черные косы и сменить зимние боевые меха на простую одежду. Топор его был прикреплен к поясу, а плащ, когда-то насыщенного алого цвета, он и вовсе снял. В бороде, такой же черной и пышной, как его волосы, еще виднелись частички запекшейся крови, оставшейся после завершающей битвы, но он уже и не думал о войне — он вернулся домой, в родные северные края, к холодным, но таким любимым фьордам.
По пути к дому он повстречал прекрасную девушку. Идя за водой, она засмотрелась на полет первой бабочки… Девушка, была прекрасна как весенний цветок высоко в горах. Ее непокрытые золотые волосы спускались мягкими прядями на округлые плечи, а глаза сливались с зеленью великого леса. Он подошел к ней, представившись, и предложил проводить ее к селению. По дороге он рассказывал ей истории о своих подвигах и без стеснения любовался красавицей спутницей, которая шла, опустив свои ясные глаза. Уже перед самым домом он взял ее за руку и попросил быть его женой. Она подняла на него глаза и сказала, что она согласна»…
Именно так выглядела наша романтическая встреча для всех не посвящённых в великий замысел скандинавского бога Одина. Реальную историю моего появления на землях норманнов и о моей миссии, знало всего трое человек, не беря в расчет старую ведунью и родную сестру. Лишь Рагнар, Гуннар и Карл, ведали, через что мне пришлось пройти в борьбе за мир на их землях. Про мою битву с Хель, мой будущий супруг рассказал Карлу на кону нашей с ним свадьбы. После его красочного рассказа, король Франции около суток ходил в прострации, тоскливо бросая в мою сторону свой потухший взгляд. Мне было тяжело видеть его страдания и душевную боль, особенно беря в расчет то, что он стал вдовцом, причем дважды. Так как его первая жена Бланш, была казнена за попытку моего отравления, вторая же решила лишить себя жизни саморучно, глупо сбросившись с башни замка от неразделенной любви.
На мой взгляд, это было легкомысленно и дико, что мешало Агнис потерпеть и обратить все свое внимание и заботу единственному мужу, который остался один без своей драгоценной игрушки? Я никогда не претендовала на Карла, ни на место в его постели, ни на место в его сердце. Наши отношения с ним были не дружескими, но и не платоническими. Карл был мне дорог как мужчина, который смог преодолеть свою похоть и жажду обладания. Его характер и поступки стали для меня показателем доблести и чести, что в свою очередь было редкостью в мире будущего, откуда я собственно и пришла. Я очень надеялась, что в его жизни еще появится та женщина, которая сможет его расшевелить и вызвать улыбку, казалось на высеченном из камня лице.
Знакомство Гуннара с моей младшей сестрой было… многообещающим. С первых секунд их встречи, было видно как от этих двоих, так и искрят фейерверки в разные стороны. Лезть в их зарождающиеся чувства я не собиралась, но тайно попросила сестру, немного помучить своего друга и учителя, так сказать за прошлые его прегрешения. На что мне ответили согласием и «закатили рукава».
Наша свадьба с Рагнаром состоялась на закате первого дня наступившей весны. Пусть на мне не было шикарного свадебного платья от известного модельера, дорогого ресторана и шумной толпы друзей и сослуживцев, но зато у меня был самый лучший и отважный в мире мужчина, который ради меня сделал невозможное. Мало того, что он вернулся из-за грани миров, принесся с собой свои железобетонные чувства и горячее сердце, бьющиеся только для меня, Рагнар подарил мне самое дорогое и бесценное, а именно веру в истинную любовь и самую настоящую семью.
Наш сын Бьерн, был нашим не единственным с Рагнаром сыном. Он послужил началом большого клана викингов, великих воинов-завоевателей. Всего сыновей у нас было пятеро: наш приемный сын Эрик, которого принял мой муж как собственного, Бьерн, Сигурд, Ивар и Харальд. Что самое удивительное и грустное, все пошли в своего темноволосого отца. Никто из них не унаследовал моей огненной шевелюры и зеленого цвета глаз, пока в одну из зимних ночей, мне не приснился странный сон, в котором я увидела своего счастливого мужа, с рыжеволосой красивой девочкой на руках. А позже, спустя девять месяцев я родила своего шестого ребенка. Долгожданную и желанную дочь Аделину, отраду глаз моему мужу, который был доволен и счастлив больше всех вместе взятых, потому как она была точной копией своей красавицы матери.