Магазин на диване
Шрифт:
– Здравствуйте, мистер Смайт, – проговорила она, когда Джон открыл дверь. – Надеюсь, я не опоздала?
Джон пригласил ее в дом.
– Что ты, Никки. Как раз вовремя. Только вот у нас изменились планы, и по моей вине.
Ее огромные глаза уставились на него.
– Жена все перепутала и отвела детей в кино. Наверное, забыла, что я приготовил ей сюрприз.
Никки, кажется, была разочарована.
– О боже, мистер Смайт, как неприятно! А мне казалось, что это так романтично!
– Ну ничего, в другой раз, – ответил он, почесывая ногу, чтобы привлечь внимание к мускулам.
– Вы занимаетесь бегом? – спросила Никки.
– Иногда, немножко, чтобы поддержать форму. – Его лицо горело. – Ну, раз уже ты пришла, позволь предложить тебе что-нибудь. Может, пепси или молока?
– А вино у вас есть?
– Юная леди, вам еще нет восемнадцати! – Джон явно флиртовал с ней.
– Мне почти восемнадцать, – отмахнулась она. – Но сойдет и пепси.
«От нее пахнет весной», – подумал Джон.
– Сейчас налью. А ты пока проходи и располагайся как дома. – Сердце билось так отчаянно, что Джон забеспокоился, не услышит ли Никки его стук. Он пошел на кухню, взял из буфета два стакана, две банки пепси из холодильника и наполнил стаканы льдом.
– Так расскажи, Никки, – начал он, протягивая ей стакан, – как жизнь?
– Нормально, пожалуй. А почему у вас руки дрожат?
Джон сел на диван и поставил свой стакан на кофейный столик.
– Просто лед холодный.
Она сделала глоток.
– Ну… а… – Он задумался, о чем бы ее спросить. – Чем планируешь заниматься после школы?
– Вообще-то, я хочу попробовать стать моделью, – застенчиво призналась она.
Джон улыбнулся.
– О да, конечно, как же я сразу не догадался. Ты похожа на Бриджет Холл.
– О господи! – воскликнула она, поворачиваясь к нему лицом. – Вы знаете, кто такая Бриджет Холл?
– Разумеется, кто же не знает Бриджет Холл.
Никки закатила глаза.
– Не могу поверить, что вы в курсе! Это же так круто, понимаете? Мой отец понятия не имеет.
«И зачем ему знать, – подумал Джон, – если у него такая дочь?»
– Но мне кажется, ты намного симпатичнее нее. Ты нечто среднее между Бриджет Холл и Кирсти Хьюм.
– Кирсти Хьюм? Обожаю Кирсти! Я бы все отдала, чтобы иметь такую внешность, как у нее! А волосы? Боже. – И тут она добавила: – А вы знаете эту новую модель, как же ее зовут… ей четырнадцать лет, очень высокая, длинные рыжие волосы… ну как же ее? – пробормотала Никки, зажмурившись и пытаясь вспомнить.
– Хитер Сэндз, – подсказал Джон. – Но ей тринадцать, а не четырнадцать.
Никки радостно хлопнула ладонями по дивану.
– Да! Точно! О господи, вы такой потрясающий, как жаль, что вы не мой отец.
«Слава богу, что я не твой отец», – подумал Джон.
– Трудно сочувствовать человеку с таким шикарным загаром, – заметила Ли, разговаривая с Говардом в первый день после его возвращения с острова Сент-Бартс. Они вместе обедали в ресторане, который находился в сорока минутах езды от офиса «Магазина на диване»: маленькое, непримечательное заведение, где их никто не мог бы застукать.
– Я тебе не вру, Ли, это был сущий ад. Передай соль, пожалуйста.
– Ты не ответил на мой вопрос. – Ли поставила солонку у его тарелки.
– Ответ – «да»: я все ей сказал.
– О Говард! Правда? Ты правда ей рассказал?
– Да, – он откашлялся. – И да, и нет. Я только начал разговор…
Она злобно вытаращилась на него, уронив вилку на тарелку.
– Говард, давай напрямую. Ты попросил у жены развода или нет? Я хочу знать, что мы имеем.
– Значит, так: я начал говорить. Объяснил, что хочу перемен, что люди меняются и так далее… но понял, что это слишком жестоко. Этот разговор слишком серьезный для аэропорта Сан-Хуана.
– Минуточку, минуточку, мне казалось, что вы летите на Сент-Бартс. Или это физиологическая предрасположенность ко лжи?
– Мы полетели на Сент-Бартс, Ли, это правда, но на обратном пути вылет был из Сан-Хуана.
– Ладно, неважно, меня это не интересует. Просто я запуталась. Ты обещал, ты поклялся, что расскажешь все жене, как только вы вернетесь из отпуска.
– Я помню свое обещание, и я его сдержу. Я люблю тебя, Ли.
– Будь ты проклят, Говард, – произнесла Ли, часто моргая, чтобы не заплакать. – Зачем ты так со мной поступаешь? Говоришь, что любишь, твердишь: «О Ли, я уйду от жены ради тебя», а потом ничего не происходит, ничего не меняется!
– Милая. – Говард протянул руку и нежно коснулся ее щеки. – Надо просто верно рассчитать время, вот и все. Проблема в том, что я не могу выбрать подходящий момент.
– Я ненавижу себя за то, как сильно по тебе скучала, – тихо, почти шепотом проговорила Ли.
– Я тоже скучал по тебе, Ли, очень, очень сильно.
Ли уставилась в свою тарелку, где лежала рыба фугу, приготовленная на пару.
– Знаешь, пока тебя не было, я купила одну книжку, – пробормотала она, ковыряя рыбу вилкой. – О женщинах, которые влюбляются не в тех мужчин. – Настоящее название она решила скрыть.
– Ли, зачем? Зачем ты читаешь эту чушь? Я вовсе не «не тот мужчина». Я как раз тот самый мужчина, который тебе нужен, потому что я тебя люблю.
– Нет, погоди минутку. Послушай.
Говард выдохнул и опустил вилку.
– Ладно, извини, рассказывай про свою книжку.
– Понимаешь, дело в том, что я расстроилась: ведь в этой книге говорится о предупреждающих знаках, которых свидетельствуют о плохих отношениях. Такое впечатление, что там описан именно ты. Все, что там говорится, – как будто о тебе. – Ли промокнула платочком оба глаза по очереди и вздохнула.
– Дорогая, мне так хочется тебя обнять. Тебе нужно расслабиться. Давай уйдем отсюда и найдем местечко, где можно побыть вдвоем пару часов. – Говард поднял руку и начертил в воздухе подпись, подавая официанту сигнал принести счет.