Чтение онлайн

Они были рядом, а он ушел.

— Ой, да тут у нас энергетика хуже некуда, разборки на максималках!

Похоже, дар Кейши притупился не настолько, чтобы не замечать очевидных сигналов.

За ней подтягиваются Кейс и мама с тетей — у взрослых в руках по высокому бокалу.

— Пойдем найдем Алекс. — Я шагаю к белому шатру, двойняшки тянутся следом.

Мы ныряем внутрь и бежим туда, где посадили Алекс. Ее глаза, подведенные фиолетовым с блестками, перехватывают мой взгляд, и она сияет. От нее так и веет радостным волнением, оно прямо витает в воздухе по всему залу.

На Алекс шелковый открытый топ, заправленный в юбку с широким поясом, расшитую серебряными и фиолетовыми узорами — на вид вручную, а зная Алекс, можно с уверенностью сказать, что так и есть. На плечи она накинула прозрачный янтарного цвета плащ, собранный на спине в красивые складки и мерцающий в свете юпитеров.

— Обалдеть! Просто королева! — ахаю я. Алекс любит принарядиться, но обычно предпочитает что-нибудь вызывающее. А сегодня я впервые вижу ее такой элегантной. Будто она тщательно продумала свой туалет до последней мелочи.

— А туфли-то! — Кейша пристально разглядывает ноги Алекс.

— Нравится?

Алекс вытягивает носок, чтобы похвастаться блестящими лодочками на шпильках.

— Еще бы, — улыбается Кейша.

— Когда у тебя выход? — спрашивает Кейс, обводя глазами шатер.

— Закрываю показ. — В голосе Алекс звучит нескрываемая гордость. — Хочу, чтобы зрители увидели в них себя, понимаете? Увидели, какими красивыми они могут быть, несмотря ни на что.

— Увидят. — Кейс провожает взглядом стайку моделей в красном с блестками. — То, что ты все успела, просто чудо — на целый месяц раньше, чем планировалось!

— Да, на месяц. Сначала я перепугалась до полусмерти, но теперь даже рада, что так вышло. — Она смотрит в глубину шатра и невесело улыбается. — Возможно, у меня в последний раз получилось так здорово.

— В каком смысле?

Алекс бросает взгляд на меня, и вид у нее настолько виноватый, что меня обжигает, будто маслом со сковородки.

— Я не хотела… Ох, надо было молчать. Ничего страшного.

— В смысле, если я провалю задание и ты утратишь дар.

Я стараюсь сосредоточиться на красавице в углу, которую втискивают в корсет. Я верю в таланты Алекс, в то, что у нее замечательная коллекция, и именно поэтому потратила столько времени на то, чтобы ей помочь. А она… она относится ко мне иначе. Чем дольше я вожусь с заданием, тем больше слабеет ее волшебство.

Кейс морщится:

— Не надо так волноваться.

Не знаю, к кому она обращается, ко мне или к Алекс.

— Ты что, считаешь, будто тебе нужен дар, чтобы шить красивую одежду? Не дури! — взрывается Кейша.

Взгляд Алекс из виноватого становится яростным:

— Прошу прощения?!

Я стискиваю руки так, что пальцы того и гляди завяжутся в узел.

— Перестаньте…

Голос Кейши заглушает мой:

— Если без колдовства ты не можешь проявить свой талант, значит, никакого таланта у тебя нет, смирись!

Грудь Алекс вздымаются, глаза сощурены.

— Мой дар — продолжение моих природных способностей. Это чего-то да стоит! — Она презрительно фыркает, глядя на Кейшу. — А ты что умеешь? Если ищешь человека, родившегося безо всяких талантов, посмотри в зеркало!

— А ну замолчите! — обрывает их Кейс. — Вы забыли про Иден!

Взгляд Алекс становится еще более виноватым.

— Не забыли.

— Я не дам Иден умереть, — шепчу я.

— Я понимаю! Просто… — Алекс трясет головой, отворачивается от нас, взметнув плащом, и убегает куда-то на другой конец шатра.

У меня такое чувство, будто я тону в болоте и тяну всех за собой, будто я водоворот, сулящий только гибель и разрушение.

— Ну вот зачем было это устраивать?! — рычит Кейс на Кейшу.

Лицо у Кейши перекошено от злости.

— Затем, что Алекс как бы намекает, что ей будет неприятно, если Вайя никого не убьет! Затем, что она хочет аккуратненько забыть, что речь идет о жизни Иден, а не о ее даре, чтоб его хакнуло! Вот зачем! — Она стреляет глазами в меня. — Вот что ты выбрала, Вайя!

Я смотрю в пол. Что тут ответишь?

— Тут все не так просто, и нечего орать! — шипит Кейс.

— Да что ты говоришь?! Вайя пришла посоветоваться с тобой, что ей делать, а ты прочитала ей целую лекцию про то, что надо любить магию и наше наследие, что надо «постараться» и вот это вот все, а теперь Иден может умереть! А все вы со взрослыми виноваты, нечего было давить!

— Я сама приняла решение, — говорю я.

Кейша смеется.

— До чего же трогательно, Вайя, что ты считаешь себя настолько независимой. — Кейша сердито смотрит на сестру. — Все ведут себя так, будто колдовство — это дар. Наоборот. Это проклятие, которое позволяет изображать сплоченную дружную семью, когда на самом деле все трещит по швам.

И она в бешенстве убегает, не дожидаясь, чт? мы ответим.

Я согласилась выполнить задание, потому что хотела, чтобы у Иден была возможность стать колдуньей. Чтобы следующие поколения Томасов сохранили связь с предками. Нет, я сама приняла решение. Правда ведь? Я прокручиваю тот день в голове, пытаюсь понять, действительно ли я сама сделала выбор или все остальные так давили, что решили все за меня — как я, собственно, и хотела.

Вопросительно гляжу на Кейс. Она скрипит зубами и смотрит вслед сестре. Тогда я пихаю ее локтем.

— Пошли сядем.

Мы возвращаемся к родственникам. Кейша болтает с тетушкой, на лице у нее улыбка. Наверняка настроение у Кейши хуже некуда, но она притворяется, будто все нормально, чтобы не испортить Алекс вечер. Кейша бывает прямолинейной и бестактной, но намерения у нее добрые. Она наговорила нам резкостей не для того, чтобы позлить. Ее это и правда тревожит.

Свет постепенно гаснет, ведущий разражается речью о первом модельере и его коллекции. Потом, уже в конце, мы визжим и хлопаем, когда модели Алекс грациозно проплывают по подиуму. И не смотрим в сторону пустых кресел, оставленных для Дэвисов, которые так и не приехали, и никто не спрашивает, придет ли дядя Ваку. А о тете Элейн и вовсе ни слова — но я-то знаю, что и она не придет.

Я изо всех сил стараюсь не обращать внимания ни на кислый привкус во рту, ни на голос в голове, который настойчиво спрашивает: может быть, Кейша права? Может быть, колдовство для нас — словно ширма, за которой мы прячем свои семейные беды?

Весь показ папа сидит неподвижно и даже головы не поворачивает в мою сторону, хотя я то и дело бросаю на него выразительные взгляды. У меня была тетушка, которая очень хотела бы присутствовать здесь, на показе коллекции своей дочки, и никто не желает обсуждать, почему ее нет. Тетушка, которая, как и я, любила готовить и, как и я, оказалась связана с людьми из «Ньюгена». Тетушка, о которой папа прекрасно знает, но отказывается говорить.