Чтение онлайн

– Все как раньше, помнишь?..
– Она внимательно посмотрела

ему в глаза, сев так, чтобы легкий жакет распахнулся и почти обнажил

грудь.

– Застегни пуговицу, я не хочу, чтобы кто-нибудь видел то, что

принадлежит мне, - уже мягче сказал Мохаммед.

Эвелина застегнула верхнюю пуговицу жакета, но вырез все равно мало что скрывал.

– Тебе? А как же твой жирный кузен принц Али, которому

ты собирался меня отдать?
– немного театрально воскликнула она.

– Эвелина, не преувеличивай, ты прекрасно знаешь, что я не собирался

тебя никому отдавать. Я только хочу, чтобы ты поняла, что положение

очень серьезное и опасное - и для тебя, и для меня. Я хочу,

чтобы ты подумала, как все это исправить.
– Он говорил очень

серьезно, глядя ей прямо в глаза.

– Обещаю тебе, я что-нибудь придумаю.
– Эвелина

взяла в руки наполненный вином бокал.
– Боже, как ты меня напугал!

– Я бы напугал тебя еще больше, если бы в тот момент, когда мне

принесли это, ты была здесь.
– Мохаммед швырнул ей на колени

пачку фотографий.
– Я бы просто убил тебя!

Эвелина взяла одну из них и побледнела: на них были запечатлены ее ночные развлечения с Чарльзом.

– Последний раз в Париже мне показалось, что тебя интересуют только дела, но не я...
– нерешительно сказала она.

– Не оправдывайся!
– резко оборвал ее Мохаммед.
– Я говорил тебе, что могу убить за измену!

– Но только не теперь, правда, милый?
– с издевкой произнесла Эвелина.
– Не теперь, когда я так нужна тебе, чтобы получить эти чертовы карты! Так я найду их тебе! Найду! И можешь убираться к черту вместе со своими деньгами.

– Дело не в картах, Эвелина, - едва сдерживаясь, сказал араб, - мне нужно доверять тебе, быть в тебе уверенным.

– Да с каких это пор тебе нужно доверять женщине?
– Эвелина чувствовала, что не может остановиться.

Мохаммед замолчал и принялся за еду, как всегда, ловко вскрывая панцирь огромной креветки. Эвелина уже сожалела, что не сдержалась. Она вытянула ногу и босой ступней коснулась его ноги. Мохаммед поднял голову и мрачно посмотрел на нее. Эвелина взяла его руку, сплела свои пальцы с его. Это был их условный жест примирения. Она тихо сказала:

– Прости меня, дорогой. Просто знай - что бы я ни сделала, я люблю тебя.

– И ты прости меня, я никогда не думал, что смогу ударить тебя.

Но мне было так больно видеть это.
– Он брезгливо смахнул со стола фотографии.

– Давай больше не будем об этом. Надо подумать, где добыть карты. Но я сделаю это. Обещаю.

– Я знаю, - улыбнулся Мохаммед, и Эвелина облегченно вздохнула.

Самое страшное было позади.

Самолет летел на юго-запад, к Фиджи. Они должны были приземлиться

в аэропорту Сувы, а оттуда вертолетом добраться до маленького островка

на восток от Вити-Леву. Эвелина почти ничего не знала о Фиджи. Это

название ассоциировалось у нее только с французскими духами. Мохаммед

объяснил, что у него там есть коммерческий интерес, так как на островах

добывают золото. Эти острова носили русские имена: остров Симонова

и остров Михайлова, правда, здесь их так никто не называл.

Спустя несколько утомительных часов они оказались на небольшом, заросшем

кокосовыми пальмами островке. Прямо у воды стояла вилла, скорее большое

бунгало.

– Это тоже принадлежит тебе?
– поинтересовалась Эвелина.

– Скорее моей семье, - коротко ответил Мохаммед.

Их встретил араб, который, видимо, сам прибыл недавно, и две служанки-полинезийки.

В доме было прохладно, окна прикрывали плотные жалюзи. Пол был вымощен скромной керамической плиткой. Здесь ничто не напоминало о роскоши, присущей всему, что принадлежало Мохаммеду. Он провел Эвелину по дому, показал компьютер с выходом в Интернет, спутниковый телефон, факс, сказав, что здесь есть все, что ей может понадобиться. Он внимательно посмотрел на Эвелину:

– Но ты должна сделать все, чтобы вернуть карты. Ты останешься здесь с моими людьми. Надеюсь, никто не сможет добраться до тебя.

– А ты уедешь?

– Да, но не очень далеко и не очень надолго. В Сингапуре состоится совещание стран - членов ОПЕК, мне обязательно нужно там быть.

Я заказал вертолет на завтра.

Эвелина чувствовала себя пленницей. Было ясно, что с острова не выбраться. К тому же к ней был приставлен араб, чтобы охранять ее. Оставалось только одно - найти эти карты. Но сегодня она не хотела ни о чем думать...

Быстро надвигались сумерки. Эвелина переоделась и собралась

было пойти искупаться, но Мохаммед не пустил ее, объяснив, что с наступлением темноты купаться в открытом океане очень опасно. Они ужинали в большой, просто обставленной столовой, украшенной живыми цветами. Еда тоже была простой и незамысловатой.

– То, что сегодня поймали местные рыбаки, - прокомментировал Мохаммед.

– А что еще есть на этом острове?
– поинтересовалась Эвелина.

– Пара деревушек. Местные жители торгуют копрой, выращивают фрукты

и овощи, ловят рыбу. Они очень дружелюбны, и прислуга с ними прекрасно

ладит. Так что не беспокойся, здесь ты в безопасности. Островок очень

маленький, каждый новый человек на виду, к тому же сюда не так-то

легко добраться.

– Пожалуйста, не оставляй меня здесь одну надолго, - попросила Эвелина.

– Все зависит от тебя.
– Мохаммед выразительно посмотрел

на нее.

Его смуглое тело резко контрастировало в полумраке с белыми простынями.

Мохаммед лежал, закинув руки за голову. Эвелина не могла разглядеть, спит он или нет. Поэтому она бесшумно скользнула в постель, стараясь его не разбудить. Но он вдруг резко повернулся к ней и осторожно провел ладонью от ее шеи до бедра. Меньше всего это прикосновение напоминало ласку.

– Если ты не найдешь их, тебя убьют.

Эвелина знала, что это правда.

ГЛАВА 21

Москва, 1999 год

Несмотря на будний день, народу на вокзале было очень много, и

если вначале Сима еще питала какие-то надежды на скромное посадочное место, то к моменту посадки в электричку она, полностью растворившаяся в крепком запахе вокзальных бомжей, мирно спавших во всех свободных уголках, потеряла всякую надежду на это. Постояв немного рядом с ними, Сима решила, что долго ей не вынести подобного соседства. Поэтому, приложив максимум усилий, она протолкнулась в тамбур и, отбросив чувство ложной скромности, достала из своего верного баула две раздавленные яблочные слойки и попыталась создать для себя максимально комфортные условия.