Чтение онлайн

– Нет – категорически замотала головой отличница – Стенка мертвая, а луч – для живых. Ну не совсем для живых… Как бы это объяснить? В камень нельзя. В кирпич нельзя. В землю нельзя. В дерево тоже нельзя, но это не окончательно. Вернее, не «не окончательно», а «не категорично». В общем, в дерево запрет не полный, но сейчас нельзя. Папа, очень трудно объяснять.

– Я понял, спасибо, доча.

Я взглянул на часы. Черт, не работают же. Так, рассуждая логически, часа через три уже начнет темнеть.

– Вот что, дети мои. Сегодня мы, пожалуй, уже никуда не пойдем. Сегодня мы, пожалуй, спокойно соберемся в дорогу, спокойно переночуем здесь, а завтра с рассветом выдвинемся в путь.

– Куда?

– На остров Итаку.

– Куда?!

– Шучу. Домой. Конечно же, домой. Нас там мама ждет. И дедушка с бабушкой.

Я огляделся. Пожалуй, прежде чем приступать к сборам, надо куда-то перетащить тело Вазгена. Должна же здесь быть какая-то подсобка.

Я наклонился над продавцом и взял его под мышки.

ВЫ ЖЕЛАЕТЕ ОКОНЧАТЕЛЬНО УПОКОИТЬ ЗОМБИ ВАЗГЕНА, РАЗВЕЯТЬ ТЕЛО И ОТПУСТИТЬ ЕГО ДУШУ? ДА/НЕТ

Вон оно ту как, значит… Похоже, по крайней мере от проблемы разлагающихся тел на улицах мы будем избавлены. С другой стороны – развеивание, надо полагать, возможно только при физическом контакте. Лукари и прочие дистанционники сразу идут курить на лестницу, да и мы, милишники, не факт что успеем в бою облутать. Только после драки, не раньше.

Интересно, а лут будет?

Надпись так и висела перед глазами, требуя определиться – желаю я развеивания или нет.

Да, я желаю.

И ничего не произошло. Потом еще секунд десять ничего не происходило, потом покойник вдруг рассыпался какой-то хрустальной невесомой пылью безо всякого лута, а я почувствовал ЭТО.

Оно было живым – это единственное, в чем я уверен на 100%. Я так и не уловил, было ли оно разумным – все было погребено тем взрывом эмоций, которое испытывало это существо. Оно было маленьким и слабым – это точно, но я понятия не имел кто это – безмозглый слепой новорожденный котенок, или ничуть не более умный человеческий младенец. Я не мог общаться с ним, я всего лишь на секунду ощутил его чувства.

Конец ознакомительного фрагмента.