Чтение онлайн

Мисс Минчин почему-то еще пуще разгневалась. Вот уже и судомойка берет сторону этой девчонки, которую она никогда не любила. Нет, это уж слишком!

— Нет, — сказала мисс Минчин и топнула ногой, — нет, конечно, не разрешу! Пусть сама себе прислуживает. Себе — и другим! А теперь убирайся, не то я тебя выгоню.

Бекки уткнула лицо в фартук и бросилась вон из комнаты. Сбежав по лестнице вниз, она спряталась в чулан рядом с кухней, где обычно мыла посуду, и там, среди чайников и кастрюль, разрыдалась так, словно сердце у нее сейчас разорвется.

— Совсем как в сказке, — всхлипывала она. — Когда бедного принца выгоняют из дому…

Мисс Минчин выглядела еще более несгибаемой и суровой, чем обычно, когда спустя несколько часов она послала за Сарой и Сара вошла к ней.

Прошло совсем немного времени, но Саре казалось, будто веселый праздник в ее честь был сном или чем-то, что случилось давным-давно, в жизни совсем другой девочки.

От праздника не осталось и следа — ветки остролиста сняты со школьных стен, а парты и скамейки расставлены по местам. Гостиная мисс Минчин выглядела как всегда; угощенье унесли, а сама мисс Минчин переоделась в будничное платье. Воспитанницам также велели снять праздничные платья; они собрались в классной и, разбившись на кучки, взволнованно перешептывались.

— Пошли ко мне Сару, — сказала сестре мисс Минчин. — Да объясни ей, что я не потерплю ни слез, ни сцен.

— Она такая странная, сестра, — отвечала мисс Амелия. — Она совсем не плакала. Помните, когда капитан Кру уезжал в Индию, она тоже не плакала. Когда я ей сказала, что он умер, она не шелохнулась — стояла и молча смотрела на меня. Только страшно побледнела — и глаза стали такие большие! Когда я замолчала, она еще постояла, а потом подбородок у нее задрожал, она повернулась и убежала к себе наверх. Кто-то из девочек заплакал, но она будто не слышала. Она слышала только то, что говорила я. Мне стало не по себе — ведь она мне ни слова не ответила. Когда кому-нибудь сообщаешь неожиданное известие, тебе обычно что-то в ответ говорят. Неважно — что, но все-таки…

Что произошло наверху, после того как Сара взбежала по лестнице и заперлась у себя в комнате, знала одна Сара. Сказать по правде, она и сама не помнила, что делала; только шагала и шагала по комнате и тихо повторяла голосом, который был словно чужим:

— Мой папочка умер! Папочка умер!

Один раз она остановилась перед Эмили, которая следила за ней, и вскрикнула:

— Ты слышишь, Эмили? Слышишь? Папочка умер! Он умер в Индии — за тысячи миль отсюда!

Когда она явилась в комнату мисс Минчин, лицо ее было мертвенно-бледным, а под глазами легли глубокие тени. Губы ее были плотно сжаты, словно она не хотела выдать своих страданий. Ничто в ней не напоминало девочку в розовом шелковом платье, которая порхала, словно бабочка, от одного подарка к другому в украшенной ветками остролиста классной. Вид у нее был странный и чуть ли не нелепый.

Она сама, без помощи Мариэтт, переоделась в старое черное платье. Оно было ей коротко и узко; ее стройные ножки торчали из-под короткой юбки и казались такими длинными и худыми. Она не нашла черной ленты, чтобы подвязать волосы; густые черные локоны вились вокруг лица, подчеркивая его бледность. В руке она сжимала Эмили.

— Положите куклу, — сказала мисс Минчин. — Зачем вы ее принесли?

— Нет, — отвечала Сара, — Я ее не положу. У меня больше никого нет. Мне ее папочка подарил.

Мисс Минчин всегда испытывала неловкость в присутствии Сары; так было и теперь. Сара ответила ей не грубо, но с холодной решимостью; мисс Минчин не знала, что на это сказать, — возможно, потому, что понимала: она поступает с Сарой жестоко и бессердечно.

— Теперь у вас не будет времени для кукол, — объявила мисс Минчин. — Вам придется научиться приносить пользу. Будете работать!

Сара пристально смотрела на мисс Минчин — и не произносила ни слова.

— Теперь все будет по-другому, — продолжала мисс Минчин. — Надеюсь, мисс Амелия вам все объяснила.

— Да, — отвечала Сара. — Мой папочка умер. Он не оставил мне денег. Я очень бедна.

— Вы нищая, — произнесла мисс Минчин, чувствуя, как гнев снова овладевает ею. — Как выясняется, у вас нет ни дома, ни родственников и никого, кто бы о вас позаботился.

Худенькое, бледное лицо на мгновение дрогнуло, но Сара опять не произнесла ни звука.

— Что вы так смотрите? — резко спросила мисс Минчин. — Неужто вы так глупы, что не можете меня понять? Я говорю, что вы совсем одна на свете, что у вас никого нет, кто мог бы вам помочь, — разве что я соглашусь оставить вас здесь из милости.

— Я понимаю, — отвечала Сара тихо, словно в горле у нее стоял комок. — Я понимаю.

— Эта кукла, — вскричала мисс Минчин, указывая на великолепную новую куклу, сидящую рядом, — эта нелепая кукла с этими глупыми роскошными нарядами — ведь это я за них заплатила!

Сара повернула голову.

— Последняя Кукла, — произнесла она. — Последняя Кукла…

Ее грустный голос звучал как-то сдавленно.

— Да уж, конечно, последняя! — отрезала мисс Минчин. — Но и она принадлежит не вам, а мне.

— Тогда, пожалуйста, возьмите ее, — сказала Сара. — Мне она не нужна.

Если б она испугалась, кричала и плакала, мисс Минчин, возможно, была бы к ней снисходительнее. Она любила распоряжаться и видеть свое превосходство, но, глядя на бледное лицо и сжатые губы Сары, слушая ее негромкий сдержанный голос, мисс Минчин чувствовала себя так, словно все ее превосходство не ставится ни во что.

— Перестаньте важничать, — сказала она. — Время для этого прошло. Вы больше не принцесса. Я отошлю ваш экипаж и пони — а горничную рассчитаю. Вы будете донашивать свои старые платья, те, что попроще, — нарядные больше не соответствуют вашему положению. Теперь вы такая же, как Бекки, — и должны сами зарабатывать себе на хлеб.

К удивлению мисс Минчин, в глазах Сары мелькнул слабый проблеск — то был проблеск надежды.

— Значит, я смогу работать? Если я смогу работать, тогда все остальное не так уж важно. Что я буду делать?

— Вы будете делать все, что вам прикажут, — отвечала мисс Минчин. — Вы неглупы и быстро освоитесь. Возможно, я позволю вам остаться здесь, если вы будете стараться. Вы хорошо говорите по-французски, будете учить малышей.

— Вы мне позволите? — воскликнула Сара. — Позвольте, пожалуйста. Я знаю, что смогу хорошо их учить. Я их люблю, и они меня тоже.

— Все это вздор, — возразила мисс Минчин. — Вам придется не только учить малышей. Будете у нас на посылках, и помогать не только в классе, но и на кухне. Если вы мне не угодите, я вас выгоню. А теперь идите.

С минуту Сара стояла, глядя на мисс Минчин. В голове у нее мелькали странные мысли. Потом она повернулась и направилась к двери.

— Стойте! — приказала мисс Минчин. — Разве вы не хотите меня поблагодарить?

Сара остановилась — странные мысли овладели ею.

— За что? — спросила она.