Маска Зорро
Шрифт:
– Вполне вероятно.
– Неужели он предугадал действия Зорро?
– Я говорила тебе, он знает, что делает.
– Да-да, конечно, – бросила принцесса через плечо. – Он же твой герой.
– Фиона, когда ты уже закончишь эти шутки?
– Ты можешь отказываться тысячу раз, но у тебя и так все на лице написано, когда он приходит.
Шарлотта молча вернулась к своей книге. Ее госпожа тем временем начала медленно ходить по комнате.
– Он с ними, – через пару минут произнесла она сквозь зубы. – Он не даст Монте забрать Изабеллу.
– У Монте в распоряжении двенадцать человек, а Зорро может оказать поддержку только дон Рикардо Линарес. Двое против двенадцати. К тому же Изабелла и Керолайн будут сильно сковывать их своим присутствием. Каким бы прекрасным фехтовальщиком Зорро не являлся, он не сможет отбиться с такими отягощающими обстоятельствами. Так что сядь и успокойся. Возможно, что у Монте сейчас другие заботы, и он вообще не сможет сегодня прийти.
– Да, ты абсолютно права…
Шарлотта направила в сторону своей подруги удивленный и недоверчивый взгляд.
– Ты права, он прекрасный фехтовальщик… – прошептала принцесса.
– О, Фиона, только не это, – служанка звучно захлопнула книгу и откинула голову на спинку кресла.
– Много бы я отдала, чтобы посмотреть на это… Представляешь, Шарли? Один против двенадцати!
– Против шести, – вздохнула Шарлотта. – Там еще есть дон Рикардо.
– Один против двенадцати… – погрузившись в собственные фантазии, едва слышно повторила Фиона. – Ты когда-нибудь встречала такое?
Ее восторженный вопрос остался без ответа, но она не обратила на это внимания и, остановившись, наконец, напротив кровати, поднесла руки к груди.
– Представляешь, как они, после ожесточенного сражения, наконец, схватывают его? Уставшего, изможденного неравным боем… Он едва стоит на ногах. Его кожа блестит, его дыхание глубоко и прерывисто… И его приводят ко мне. Связанного, полуобнаженного…
– Фиона.
– О, я бы сняла с него грязную одежду, отвела бы его в ванную, смыла бы кровь и землю с его сильных плеч… с его груди, с его спины, с его бедер…
– Фиона!
– Я бы залечила все его раны, осушила его тело и уложила в чистую кровать... Я бы развязала его и вернула ему свободу. А потом…
– Фиона!!
– Какое наслаждение я подарила бы ему…
– О, Боже, Фиона…
– Его долгий, сладкий, уставший стон услышали бы все. Его крик повис бы в воздухе до утра… И я была бы рядом с ним всю ночь, пока он спит… – Фиона закончила едва уловимым шепотом. – И он отдыхал бы рядом со мной столько, сколько захотел бы. Потому что ему больше никуда не нужно было бы ехать, никого не нужно было бы спасать… Все его проблемы закончились бы в моей постели. И мы провели бы в ней весь день и всю ночь… И он забыл бы обо всем… И об этой девчонке тоже!
Она замолчала.
– Фиона, – осторожно начала Шарлотта. – Ты уверена, что сейчас нужно думать именно об этом?
– О чем мне еще думать, черт возьми, если так сильно хочу его?! Он сводит меня с ума! Я хочу его! Хочу! – Она резко повернулась к окну. – Что она может дать ему? Неопытная малявка! Она даже не знает, как доставить мужчине удовольствие!
– Это уже становится невыносимым...
– Шарли, а ты бы не хотела, чтобы твой офицер умирал от наслаждения в твоей постели?
– Позволь мне не отвечать на твой вопрос.
– Когда-нибудь ты поймешь меня...
Принцесса снова замолчала.
– Давай лучше готовиться ко сну, – вставая со своего кресла, произнесла Шарлотта. – Три часа ночи. Скорее всего, что-то произошло, и Монте появится только завтра.
– Неужели они схватили его?..
– Я уже приготовила кувшин с водой. Пойдем, умоемся и будем ложиться.
Фиона со вздохом покинула свое место у окна:
– Нет, Шарли, ты только подумай. А если он не смог уйти? Это значит, что он схвачен? И что скоро его приведут ко мне?
– Да-да, конечно, скоро его к тебе приведут. Снимай платье.
– Шарлотта, приготовь мне самый красивый пеньюар!
– О, Боже...
– Он может появиться в любую минуту.
– Конечно. Только пойдем сначала умоемся.
– Ты приготовила мне пеньюар?
– Само собой...
– А украшения.
– Они на своих местах.
– А духи?
– Да.
– Я ничего не забыла?
– Нет.
– Только быстрее, вдруг они придут, а мы не на месте.
– Да.
– О, Шарли, представляешь его без одежды?
– Нет...
Входная дверь закрылась, помещение опустело.
Старинные часы в главном зале гасиенды губернатора гулким эхом отмерили три отяжелевших удара сердца.
Он появился этой ночью в доме ее отца и забрал ее оттуда.
Она не помнила, как он вывел ее из дверей, как провел по спящему саду, как смог открыть гасиенду де Ла Вега и как завел ее в главный зал… Они стояли в кромешной темноте – ни одной свечи, ни света звезд и луны из окон, задернутых гардинами. Непроглядный мрак и звенящая тишина.
Он не ответил ни на один из ее вопросов. Он вообще не сказал ей ни слова.
Она очнулась на коленях у его ног, смутно помня, как он заставил ее опуститься на пол. Он снова был обнажен по пояс и снова держал ее за волосы и за кисти рук.
Она не видела, но чувствовала, что он рассержен. Снова... Или до сих пор?
Как он смог уйти? Чего ему это стоило? Ведь это все было из-за нее. Если бы она не пошла тогда в его комнату и не забыла там свою заколку, которую он сегодня обнаружил, то они выехали бы из его дома гораздо раньше и, возможно, не встретились бы с отрядом Монте. И ему тогда не нужно было бы брать весь удар на себя и уводить за собой погоню.
Он освободил ее запястья... Она едва уловимо прикоснулась кончиками пальцев к его бедру и тут же ощутила, как он медленно отпустил ее сжатые до этого в единый узел волосы и запустил в них руку, прижав ее голову к своему поясу. Внутри все вспыхнуло и задрожало. Он уже не позволял ей отдалиться от себя, вынуждая непрерывно целовать свое тело и сходить с ума от осознания его жара и близости.
Сбивая свое дыхание дрожью от взбудораживших разум ощущений, Изабелла осторожно оттянула край его брюк и поцеловала открывшийся чуть ниже пресса край диагональной линии. У нее однозначно такой не было. Ни у нее, ни у Керолайн. Это была черта исключительно мужского тела. Она припала губами к его коже, не в силах сопротивляться желанию, взметнувшемуся в ее теле после твердого прикосновения его одежды к ее груди, поцеловать его еще ниже…