Чтение онлайн

– Это вопрос времени. Я могу открыть перед ним двери во все дворцы, во все самые влиятельные дома. Разве кто-то сможет от этого отказаться?!

– Давай лучше отдохнем. Сегодня был ужасный день.

– А ты бы отказалась?

– Я не знаю, я очень устала. Мне кажется, что я до сих пор в каком-то кошмаре.

– А я знаю. Мы устроим бал завтра же вечером!

– Что?!

– Бал по случаю спасения наших жизней. В его честь. Ведь, если бы не он, тридцать человек без вести канули бы в морскую пучину. Или ты не согласна?

– Фиона...

– Не согласна?!

– Нет, это будет справедливо. Но всем нужно хоть немного отдохнуть. Отложим это мероприятие на несколько дней?

– Но ты согласна с тем, что это необходимо сделать? В знак признательности.

– Да, согласна, а теперь давай спать.

– Ты приготовила мне спальный наряд?

– Да, конечно.

– А воду для умывания?

– Давно.

– А чистое постельное белье?

– Да...

– Тогда идем в ванную. Завтра надо пораньше встать, обсудить с сером Генри планы на вечер.

– На ближайшие три дня, Фиона, три дня...

– Да, конечно. Три дня. А какое платье ты хочешь одеть завтра вечером?

– Я хочу домой...

Дон Рафаэль выговорил последнее слово и боязливо замолчал. Дон Антонио напряженно посмотрел на своих оппонентов и, встав со своего места, вышел вперед, чтобы заслонить сына.

– Я уже говорил Рафаэлю, что ему, должно быть, это показалось, – с трудом подбирая слова, произнес он, – и именно поэтому мы ничего не сказали во время общего допроса. Но он настаивает. Я понимаю, что это совершенный абсурд, но, учитывая, что никто ничего больше не видел… по крайней мере, из этого можно сделать вывод, что это был кто-то невысокого роста, женского телосложения и типа лица… Это могло бы оказаться полезным…

– Нет, Рафаэль видел именно то, что сказал, – медленно развернулся в сторону своего кресла губернатор.

– Я, наверное, плохо тебя расслышал, Алехандро?

– Нет, ты все правильно услышал.

Дон Антонио и его сын молча проследили за удаляющейся спиной главы поселения.

– Пожалуйста, присаживайтесь, это будет долгая ночь, – пригласил дон Алехандро.

Оба Веласкеса осторожно переглянулись и, боясь издать лишний шум, подошли к дивану.

– Нам очень повезло, что Вы оказались в нужном месте в нужно время, – через минуту гнетущей тишины раздался голос губернатора. – Пока что Вы даже не представляете, насколько…

– Может, мате? – тихонько пискнула Керолайн.

– Пожалуй, сейчас я не отказался бы от бренди, – приложил руку к виску дон Антонио.

– Мне мате, если можно, – робко добавил дон Рафаэль.

Девушки, получив долгожданный предлог, одновременно сорвались со своих мест и убежали на кухню.

– Страшно подумать, что сейчас творится у них в голове, – прошептала фрейлина.

Изабелла ничего не ответила. Но сейчас она в полной мере осознала, почему дон Рафаэль задавал ей такие странные вопросы. Несчастный юноша был настолько шокирован, что не мог поверить собственным глазам, и пытался найти хоть какое-то подтверждение увиденному.

Подруги быстро организовали поднос, на всякий случай поставив на него все, что попало в их поле зрения, и подошли к двери.

– Змея подколодная, – с ненавистью сжала поднос в руках Керолайн. – Осталась в замке по причине плохого самочувствия. Как у нее только ум за разум не зашел от этого?! Выросла при дворе! И поднять руку на королевскую дочь!

– Кери, королевская дочь здесь только одна…

– Но эта гадюка не знает об этом! Как у нее руки не отвалились?!

Девушки прислушались. По всей видимости, дон Алехандро в очередной раз подтвердил, что лицо Шарлотты дону Рафаэлю не померещилось.

– Алехандро, я ничего не понимаю, – донесся голос дона Антонио.

– Так не хочется обо всем этом говорить… – тихо произнесла Изабелла в сторону подруги. – Может, накроем стол и уйдем в другую комнату?

– Давай, – кивнула Кери.

– Фиона? – раздалось одновременное восклицание Веласкесов за дверью.

Изабелла вздохнула.

– Они же сестры! Что за абсурд!!! Алехандро, ты понимаешь, что говоришь?!

Губернатор предположительно кивнул или очень тихо что-то ответил, потому что в следующий момент дон Антонио воскликнул:

– Как такое могло произойти?!

– Это моя ошибка, – вдруг проник в душу сильный баритон.

Послышались резкие звуки сдвинувшейся мебели и вскрики неожиданности. У Изабеллы внутри все онемело.

– Я был на другой стороне, там, где располагалась прислуга и стража, потому что, признаться, ждал опасности оттуда, – продолжил низкий голос.

– Черт возьми, Зорро, ты когда-нибудь войдешь через дверь, как все нормальные люди?! – рявкнул Рикардо.

– Здравствуйте, – послышалась высокая юношеская интонация дона Рафаэля.

Эта ночь уже, скорее всего, стала самой невероятной за всю его жизнь.

– Ровно полтора часа, – с придыханием прокомментировала Керолайн.

Изабелла на негнущихся ногах подошла к буфету, достала еще один бокал и бутылку запечатанного красного вина.

– Некуда ставить уже, – посмотрела на поднос Кери.

– Ничего, я донесу так, – еле слышно ответила Изабелла.

Фрейлина пристально посмотрела на подругу, потом на бокал и эффектно толкнула бедром дверь.

– Только после Вас, – язвительно выдала она, уставившись в гостиную в ожидании реакции мужской половины их собрания на выход принцессы Изабеллы к Зорро с бутылкой вина в одной руке и бокалом в другой.

Ее предположения оправдались сполна, потому что Рикардо, в это время что-то объяснявший дону Рафаэлю, запнулся и перепутал все последующие слова, дон Антонио, снимавший свой сюртук, повесил его мимо спинки дивана, а губернатор и дон Ластиньо, переносившие к столу дополнительное кресло, замерли с ним на половине пути.

– Это было фееричное зрелище, – выдохнула Кери, когда подруги, организовав мужчинам стол, перебрались в соседнее помещение. – Ты бы еще на пол перед ним села в восточном наряде… Или нет! Вот в том самом красном пеньюаре! – прыснула она.

– Керолайн!

– Ой, не могу, – упала в кресло фрейлина. – Надо было самой ему вина налить!

– Да тише ты! – зашипела Изабелла.

– Да мне кажется, там все и так эту картину представили, – задыхаясь, выдавила подруга.

Маленькая шелковая подушечка попала ей точно в лоб, однако действия не возымела.

– Ой, Фиона этого не видела, – снова взвыла Керолайн, согнувшись в три погибели.

Изабелла неожиданно для себя фыркнула и тут же захлопнула рот. Керолайн молча рыдала в бархатную обивку.