Чтение онлайн

Виктория кое-как добралась домой. Но там успокоения так же не было. Пустые стены, воспоминания... Бесконечные звонки с соболезнованиями. В конце концов, она отключила телефон. Безучастно легла на диван, рассматривая бездумным, отупевшим взглядом изгибы золотистого лепного потолка гостиной. Этот потолок будто давил ей на грудь, стягивая в тугие тиски. Она задыхалась.

Во дворе послышался шум подъезжающей машины. Виктория не обратила на него никакого внимания. Видно заехал кто-то, чтобы ее пожалеть. Она ведь отключила телефон. Кто же такой настырный? Нужно будет отослать всех вон. Она никого не хочет видеть. Абсолютно никого. Не нуждается она в жалости!

Затем она услышала какой-то шорох уже в прихожей. В полной тишине ясно слышались чьи-то шаги, которые неумолимо приближали их обладателя к гостиной. Виктория приподнялась на диване. Кто посмел сюда явиться, не удосужившись даже доложить о себе? Она никого не звала. Между тем шаги все приближались. Она всмотрелась в тень под аркой. Там явно кто-то стоял. Может, и ее пришли убить? На секунду безотчетный страх сковал душу. Но это чувство быстро прошло. Какая разница, хоть и убьют? Ей уже было все равно. Впрочем, кому она нужна? Она равнодушно улеглась снова. Вот только почему этот кто-то молчит, почему не подходит ближе?

Любопытство пересилило все другие чувства. Виктория встала с дивана и внимательнее всмотрелась в тень человека. В это самое время тень вышла на свет, и Виктория рассмотрела высокого темноволосого мужчину. Ей показалось, что она сошла с ума. В груди бешено забылось сердце. Не может этого быть! Он жив! Она, Виктория, знала, что это была лишь ужасная ошибка, и он не мог вот так взять и умереть!

Она кинулась ему навстречу и только хотела закричать от радости, как разочарованно остановилась. Слова радости застряли в горле комком. Надежда угасла. Приблизившись, она поняла, что перед ней стоит совсем другой мужчина, хоть и сильно походивший внешностью на мужа. Такой же рост, типаж. Но совершенно другое лицо, с более мягкими, немного женскими чертами и моложе на вид. Мужчина этот был ей незнаком.

Виктория стояла в оцепенении, готовая в любую минуту расплакаться и только смогла удивленно выдавить из себя:

– Вы кто? Что вы делаете в моем доме?

Мужчина слегка улыбнулся, отчего на его щеках заиграли ямочки. Такие же были и у Александра, когда он улыбался. Страшное поразительное сходство. Мистическое и непонятное. Виктория на секунду подумала, не пора ли ей в психиатрическую клинику.

Видимо все эти переживания отразились на ее лице, потому что молодой человек вдруг произнес:

– Вам плохо?

И опять этот голос сильно напоминал другой, тот, который она, по всей видимости, уже никогда больше не услышит. Неужели над ней так издевается собственное воображение? Ведь не может же быть в природе таких похожих друг на друга людей? Если только они не...

– Вы, наверное, испугались, - быстро проговорил гость.
– Я Артур - родной брат Алекса, то есть вашего мужа.

Родственники. Ну, конечно! Как же она не догадалась сначала! Но удивление от этого меньшим не стало.

– Как родной брат?
– изумилась Виктория.
– Почему же я о тебе ничего не знала раньше, почему никогда не видела?

Виктория была так поражена, что незаметно перешла с ним на ты.

– Все это время я был за границей - сначала учился, а потом строил усиленно карьеру, - пояснил он.
– Прилетел как только узнал о несчастье с братом...

Виктория не смогла больше сдерживать слезы. Они градом полились из ее глаз. Она вдруг громко и судорожно зарыдала, морально не выдержав психологического напряжения.

Артур видимо не ожидал от нее такой бурной мгновенной реакции и не знал как себя вести с ней. Он побледнел, лицо стало серьезным и сочувствующим. Сам он видно переживал меньше или же умело скрывал свои переживания, что бы еще больше ее не расстраивать.

Он бережно усадил ее на диван. Затем, порывшись в баре, налил целый бокал вина, который она залпом выпила. Но боль не уходила. Стало еще хуже и печальнее. Только в голове затуманилось и захотелось спать.

Артур присел рядом с ней на диван. Он казался каким-то удивленным и совершенно обескураженным. Казалось, ее реакция и слезы привели его в полную растерянность.

Но Викторию уже было не остановить. Ей хотелось выговориться, выплакаться. Хотелось, что бы кто-то был рядом - послушал, понял и утешил. Пусть этот кто-то даже совершенно незнакомый ей человек. Тем лучше. Перед ним не нужно притворяться.

– Почему все люди, которых я действительно люблю, умирают?
– в отчаянии сказала она, вытирая слезы.
– Чем я провинилась? Зачем у меня всех забирают? Да я не идеальная...но я живой человек. Неужели я заслужила такое?

Артур хотел что-то ответить, но почему-то промолчал. Лицо его исказилось болью и даже каким-то гневом, неизвестно на кого направленным. Казалось, ее слушать - было ему сущей мукой.

Но Виктории в этот момент было все равно. Она встала, налила себе еще бокал вина и залпом выпила. Натощак вино быстро ее опьянило. Голова закружилась. Она снова села на диван рядом с Артуром.

– Нет, я знаю за что мне все это..., - медленно проговорила она.
– Не буду на этот раз лицемерить и искать виновных там, где виновата лишь я одна. Это мне наказание за мое поведение... никогда я не говорила людям, которых любила этих простых слов, слов любви. Не родителям, не мужу. Думала, они сами знают. А теперь поздно говорить. Все поздно. И раскаиваться поздно и думать об этом. Ничего не изменить. Слова любви нужно говорить людям при жизни. Теперь им все равно. Он ведь так и не узнал, как я его любила на самом деле. Ну, не умею я показывать свои чувства, боюсь, что их используют против меня. Боюсь показаться слабой, сентиментальной что ли. А зря... он умер и до последнего, наверное, думал, что я вышла за него замуж только ради денег. Нельзя прожить всю жизнь под эгоистичной маской стервы, вот мне и наказание.

– Уверен, все они знали, что ты их любишь. И он тоже знал, не мучь себя понапрасну. Лучше поплачь хорошенько. Станет легче.

Виктория вдруг почувствовала, что страшно устала. Она слишком много разболтала незнакомому человеку, которому все ее пьяные откровения были совершенно ни к чему.

– Извини, но теперь я хочу остаться одна. Попробую уснуть.

И Виктория направилась к выходу из гостиной. Уже возле арки она спохватилась и повернулась к гостю:

– Располагайся в любой из комнат, какая больше понравится. Там есть все необходимое.

Артур кивнул, а Виктория поднялась по широкой лестнице на второй этаж в спальню.

Но уснуть она, как ни старалась, все же не смогла почти до самого утра. Мысли не давали. На минуту ей удавалось забиться, но сон оборачивался кошмаром и она в ужасе просыпалась. Мысли, воспоминания, переживания, сожаления снова возвращались и тогда уже рыдания не давали ей уснуть. И так до утра. Под утро вконец обессиленная, она забылась тревожным сном.

На похоронах, без которых естественно нельзя было обойтись, Виктория держала себя спокойно, без позорных, по ее мнению, истерик и слез. Она не рыдала, не причитала, не падала в обмороки. Всю боль утраты она пережила наедине и на людях вела себя тихо и достойно. Впоследствии в газетах написали, что она не очень-то, видимо, и переживала по поводу гибели супруга. Виктория страшно разозлилась. Неужели если бы она в слезах падала вслед за пустым гробом - это могло доказать истинную скорбь, любовь и привязанность? Цирковые представления были не по ее части.