Чтение онлайн

Ощущение было странным. Я сидел в машине, в которой никогда раньше не был, но каждая деталь казалась знакомой. Я знал, где находится кнопка включения освещения в салоне, как регулируется кресло и все такое прочее. Память Волконского работала. Не как набор картинок или фактов, а как въевшаяся привычка, о которой даже думать не надо было. Я не вспоминал, я просто знал.

Удобно же, черт возьми. Иначе даже на обучение простейшим вещам пришлось бы тратить месяцы, если не годы. Хорошо, что обошлось. Я ведь собирался порядок наводить и двигаться вперед, а не тратить время на подтягивание даже до уровня Волконского.

Итак, транспорт освоил. Мелочь, но из таких мелочей и складывается адаптация, от простого к сложному. Сначала — машина. Потом — министерство. А там, глядишь, и до всего остального доберусь.

Я потянул руль на себя, отрегулировав его по высоте. На месте, где в «моих» машинах обычно располагался замок зажигания, здесь было круглое углубление, идеально подогнанное под размер того самого кристалла-ключа.

Приборная панель из темного стекла ожила, стоило мне закрыть дверь, вспыхнув мягкой подсветкой. Помимо знакомых индикатора фар, поворотников и спидометра, здесь были и совершенно новые показатели.

В частности, две шкалы. Одна, судя по памяти, показывала уровень заряда основного кристалла. А вот вторая… Высота? Надо же. Значит, можно было не просто скользить в полуметре над землей, но и подниматься выше. Интересная возможность. Надо будет поэкспериментировать, как освоюсь. Лезть в дебри чужой технологии в первый же день, да еще и на служебном транспорте, было бы верхом неосмотрительности.

Память Волконского, продолжая работать в фоновом режиме, услужливо подкинула четкую последовательность действий. Так, кристалл-ключ из кармана. Есть. Вставить его в углубление на панели. Легкий щелчок, кристалл встал на место, как влитой. Теперь — голосовая команда. Нужно было произнести «Запуск». Просто и без затей.

И вот снова у меня возник тот же самый вопрос, что и при зажигании конфорки. В этот раз я решил его просто задать, вместо того чтобы строить предположения.

— Баюн, — задумчиво окликнул я кота.

— Мр? — сонно отозвался тот. Уже успел, похоже, вырубиться. Волшебный-не волшебный, а все ж таки кот, чего еще от него ожидать?

— А вот если б я был немой, то как бы я тогда мог заводить машину? Или вон чаю вскипятить?

Баюн снова пожал тем местом, что можно было бы назвать плечами.

— Никак. Таких у нас нет, — буднично ответил он.

— В плане? Магией избавляетесь от немоты?

— Избавляемся от немых. Раз голоса нет — то и колдовать не может, а раз не может колдовать — то зачем он такой нужен? Все равно не выживет.

Я замер, пристально глядя на кота. Его тон не выдавал ни капли юмора, ни намека на привычный сарказм. Но все же быть того не могло. Это же варварство, такого в двадцать первом веке в цивилизованной стране быть не могло. Какая б там ни была альтернативная реальность.

— А если без шуток?

— Так я не шучу. Из чего, по-твоему, сделан мой корм?

— Баюн… — укоризненно одернул я кота.

Тот крякнул, недовольно махнув хвостом. Не любил, видимо, когда его шутки не заходили.

— Да ладно тебе, серьезнейший хозяин. Кто говорить не может — колдует мыслью. Кто не может сотворить жест — также учится обходиться без этого. Даже если из всего комплекта у тебя останется одна голова и ты при этом каким-то чудом выживешь, колдовать сможешь не хуже прочих. Со временем.

А вот это было интересно, и многое объясняло. С другой стороны, возникал еще один вопрос.

— Вот как? А к чему тогда магия с жестами и словами? Не лучше ли сразу учиться колдовать одной лишь мыслью?

Это же выглядело очевидным решением. Гораздо удобнее, гораздо практичнее. Можно колдовать скрытно, будучи связанным или иным образом ограниченным, в обществе людей, не привлекая к себе внимания…

Баюн рассмеялся.

— Наивнейший хозяин, да если бы оно было так просто… С жестом и словом колдовать гораздо легче. Намного. Невербальную магию далеко не всякий сможет освоить.

— То есть все-таки далеко не всякому немому или калеке доступно колдовство?

— Теоретически, да. Но практически — таким людям гораздо легче освоить такой подход. Каким-то образом их души и разумы подстраиваются, компенсируют отсутствие физической возможности возможностью ментальной. А еще у них не остается иного выхода. Жизнь заставит — и не так извернешься.

Так. Теперь становилось яснее. В общем-то, в моем мире люди с ограниченными возможностями, скажем так, тоже часто подстраивались. Учились держать ложку ногами, у слепых обострялся слух и прочие чувства, и так далее. У них тут такой эффект был применим и к магии.

— С другой стороны, — продолжал Баюн, — есть люди вроде тебя. Вроде бы полная комплектация, местами даже сверх нее, как вот на пузе… А из магии можешь разве что охладить графинчик.

Ага. Решил меня подколоть грехами Волконского? Лениво и неэффективно. Я к ним отношения не имел, потому и задеть меня оно не могло.

Проигнорировав кота, я произнес команду.

— Запуск, — сказал я вполголоса, чувствуя себя немного глупо.

Машина отозвалась мгновенно. Из-под днища донеслось тихое, ровное гудение. Машина едва заметно вздрогнула и плавно, без единого рывка, оторвалась от земли, зависнув в полуметре над заснеженным асфальтом.

Сработало. Ощущение было крайне необычным. Никакой вибрации. Я будто в лодке сидел, которую только что оттолкнули от пристани, и она бесшумно заскользила по водной глади. Удивительная плавность.

Я положил руки на руль, ногу на правую педаль. Пальцы сами легли в привычные выемки. Тело помнило, что делать дальше. Я мягко нажал на педаль. Гул левитаторов чуть усилился, и машина так же плавно поплыла вперед, удаляясь от подъезда.

Управление оказалось на удивление отзывчивым. Руль, похоже, как-то менял вектор тяги левитаторов, позволяя машине маневрировать с поразительной легкостью. Тормоз тоже работал безупречно — плавно и эффективно, без клевков и визга колодок.

Признаюсь, я сначала переживал насчет инерции. В колесном автомобиле с этим было гораздо проще благодаря самим колесам. А тут сцепления с поверхностью не было, не уйдет ли мой седанчик в занос при первой возможности? Но нет. Инерция тоже каким-то образом гасилась, все было продумано.

По крайней мере, на низких скоростях.

Преодолев целых несколько метров и убедившись, что базовые функции управления мне подвластны, я выдохнул. Первый тест пройден успешно. Интеграция с чужой памятью в практическом полете, так сказать, прошла без сбоев. То есть у меня были не только воспоминания Волконского, но и его навыки, без проблем работавшие на практике. Отлично.