Чтение онлайн

Я прошел в комнату, скинул пиджак и взялся за гантели, которые купил на днях. Несмотря на прошедший рабочий день, физических сил у меня оставалось предостаточно, и их надо было направить в правильное русло. В здоровом теле — здоровый дух. Так говорил мой отец (а может, и отец Волконского), и подтверждал Баюн. Буквально, развитое тело и в магии помогало, хоть и не являлось решающим фактором.

А для меня это было совсем не лишне.

Следующий рабочий день прошел без новостей, и подходил к своему завершению. Атмосфера царила расслабленная, даже в каком-то смысле сонная. Люди, измотанные восемью часами имитации бурной деятельности, расползались по домам с видом выполненного долга. Зная положение дел, я их не винил. Инициатива в таких местах часто наказывает инициатора, а любое доброе дело редко оставалось безнаказанным. Ничего. Исправим.

Я тоже собирался. Последние несколько дней, положа руку на сердце, выдались славными. Успешная «рыбалка» на Семена, прогресс в лаборатории, предстоящая вечерняя тренировка с князем — продвижение по всем фронтам, короче говоря. Я чувствовал себя не винтиком в системе, а инженером, который потихоньку начал систему пересобирать.

Баюн, дремавший на моем рабочем столе, лениво потянулся, спрыгнул на пол и направился к двери, всем своим видом показывая, что пора бы и честь знать. Я подхватил портфель, кивнул коту, и мы вышли в опустевший коридор.

Мы шли мимо кабинета технической экспертизы, где обитал мой сегодняшний «клиент» Семен Викторович. Дверь была приоткрыта, оттуда доносились приглушенные голоса и пахло дешевым коньяком — видимо, «обмывали» успешную сделку.

И тут Баюн резко остановился. Шерсти не дыбил, но весь подобрался, как хищник, учуявший добычу. Уши, как маленькие локаторы, повернулись в сторону приоткрытой двери.

Я тоже замер, вопросительно глядя на кота.

— Что там? — шепотом спросил я.

Баюн не ответил. Он медленно, почти не дыша, сделал пару шагов к двери, его янтарные глаза горели нездешним светом. Он слушал. У котов слух чуткий, моим, людским ушам не чета. А тут еще и кот был не простой, может, усиливал свой слух какой-то магией.

— Баюн? — повторил я. Заинтриговал же, пушистый засранец!

Кот шикнул на меня, не поворачивая головы.

— Тш-ш-ш… — прошипел он, в его голосе слышалось неподдельное увлечение. — Не мешай. Интересное рассказывают.

Время все тянулось, а Баюн все слушал. Я стоял и ждал, стараясь лишний раз не дышать. Любопытство щекотало нервы. Что там? Детали сделки? Имена? Суммы?

И тут прямо в моей голове, четко и ясно, прозвучал подпитый голос Семена Викторовича. Баюн телепатию подключил, транслируя, что слышит. Удобно!

«…Да не трясись ты так, говорю тебе! Все схвачено. Груз уже на колесах, вон, мимо окон проезжает…»

Уже на колесах. Мимо окон. В голове щелкнуло.

Я метнулся к ближайшему окну в коридоре, Баюн бесшумно оказался там же. Взгляд выхватил из потока редких вечерних машин неприметный серый фургон без опознавательных знаков, который как раз сворачивал с главной улицы в сторону промзоны.

«…На старые склады за промзоной. Там наши ребята примут, и концы в воду…» — продолжал транслировать кот голос Семена.

Картина прояснилась мгновенно. Планы на вечер полетели к чертям — ни ужина, ни тренировки сегодня не будет. Такой шанс выпадает раз в жизни: горячий след, ведущий прямо в логово, а не сухие отчеты на бумаге. Раздумывать и взвешивать риски было некогда — нужно было ехать, пока фургон не растворился в сумерках.

— Баюн, в машину! — коротко бросил я, срываясь с места и несясь по коридору к лестнице.

Кот мгновенно метнулся к выходу впереди меня.

На ходу, перепрыгивая через две ступеньки, я достал из кармана телефон. Пальцы летали по рунам, набирая срочное сообщение для князя. Коротко и по делу:

«Тренировки не будет. Клюнуло. Крупно. Иду по следу. Подробности позже».

Отправить.

Это была рискованная самовольная операция, без прикрытия и подготовки. Князь будет в ярости. Но к риску мне было не привыкать, если выгорит — будет очень славно. А если я упущу этот фургон, то следующий поймать уже может и не получиться.

Мы вылетели из здания Министерства на морозный воздух. В голове уже оформился четкий, хоть и общий план: догнать, проследить и зафиксировать. Как в кино, честное слово.

Морозец приятно пощипывал лицо, но времени наслаждаться погодой не было. Служебная машина стояла во дворе Министерства, поблескивая боками в свете магических фонарей. Я запрыгнул за руль, рука сама нашла углубление для кристалла-ключа. Баюн одним плавным движением оказался на пассажирском сидении и сел неподвижно, как статуя, глядя вперед.

— Запуск! — скомандовал я, вдавливая кристалл в гнездо.

Магический двигатель беззвучно ожил. Я вывернул руль, машина с легким шипящим звуком сорвалась с места, левитаторы подняли нас на полметра над землей.

Хорошо, что водительский стаж из прошлой жизни никуда не делся. Местный транспорт управлялся даже проще: руль, две педали — газ и тормоз, да рычаг направления тяги. Никакого сцепления и переключения скоростей, тут ведь не шестеренки крутятся, а потоки энергии регулируются. Но рефлексы работали те же, и руки помнили, что делать.

— Так, — сказал Баюн. — Я их выслежу. Поймал след.

О как. Полезно. Баюн у нас еще и роль ищейки может играть. Это я запомню.

— Куда он движется? — бросил я, выруливая на главную улицу. Город тонул в вечерних сумерках, поток левитирующих автомобилей был довольно плотным.

— Прямо, два квартала, потом налево, — голос Баюна в голове был спокоен и сосредоточен. — Чувствую его энергетический след. Не слишком сильный, но четкий. Маскировкой не пользуются.

Серого фургона не было видно. У него была фора примерно в минуту — немного, но в городском потоке и этого хватало, чтобы раствориться. Я вдавил педаль в пол, и автомобиль плавно, но мощно устремился вперед. Воспоминания Волконского теперь работали на меня. Он знал этот город, его дворы, переулки, тупики. А мой собственный опыт управленца уже выстраивал в голове оптимальный маршрут.

Странно все-таки. Вроде бы чужие воспоминания, а ощущаются так естественно. Будто всю жизнь ездил по этим улицам. Хотя есть и разница — Волконский, как ни странно, водил осторожно и не очень умело. А я умел и поагрессивнее.

До голливудской погони нам было далеко. Никаких взрывов, ревущих моторов и перестрелок. Моя задача — держаться в серой зоне: достаточно далеко, чтобы не заметили, но достаточно близко, чтобы не потерять. Баюн прикрыл глаза, его усы едва заметно подрагивали.

— Чувствую энергетический фон кристаллов, — голос Баюна стал более сфокусированным, лишенным всяких эмоций. — Слабый, но грязный. Незарегистрированный. Он торчит в общем фоне. Идет впереди, метрах в трехстах, перестраивается в левый ряд.