Чтение онлайн

В ответ — тишина. Слышно было только, как шелестят какие-то бумаги и стучат клавиши.

— Волконский… — пробубнила женщина. — Номер четыре-пять-семь-один… Минуточку.

Пауза затянулась. Я барабанил пальцами по столу, глядя то на Марию, то на Баюна.

— Странно, — наконец произнес голос. — Не вижу вашей заявки в системе.

Я нахмурился.

— Как это «не видите»? Моя помощница подавала ее лично. Неделю назад. У нас и расписка есть о приеме документов.

— Может быть, и есть, — голос в трубке зазвучал еще более равнодушно, если это вообще было возможно. — Но в системе ее нет. Значит, не внесли. Или сбой какой. Бывает. Подавайте заново.

— Подавать заново? — переспросил я, откровенно раздражаясь. — Вы понимаете, что у нас сроки горят? Это государственный проект.

По правде сказать, про сроки я приврал для дополнительного давления. Но в то же время и нет. Пусть мы и могли перенести полевые испытания на сколько угодно, наш проект был нужен Каменограду еще вчера.

— Молодой человек, — возмущенно-поучительно перебила она меня. — Я вам говорю то, что вижу на экране. Заявки нет. Хотите разбираться — приезжайте и разбирайтесь. Всего доброго.

Короткие гудки.

Я медленно положил трубку.

— Дмитрий Сергеевич… — тихо подала голос Мария. — Это ненормально. Я же точно подавала. И штамп они поставили…

— Знаю, — я встал из-за стола, накидывая пиджак. — Собирайтесь, Мария Ивановна. Едем.

— Куда?

— В Управу. Будем искать нашу «потеряшку».

Документы в госучреждениях сами по себе не теряются. Особенно если есть входящий номер. «Потеря» документов — это либо запредельная некомпетентность, граничащая с идиотизмом, либо умысел. Учитывая, что мы живем в Каменограде, я ставил на второе.

Кто-то вколачивал нам палки в колеса. Вопрос — кто именно и зачем? Месть Зотова? Вряд ли, он сейчас занят спасением собственной шкуры от следствия, ему не до мелких пакостей. Его «крыша» из управы давала о себе знать? Как-то поздновато.

Значит, кто-то новый.

Через двадцать минут мы уже входили в здание городской управы. Типичное казенное заведение — потертый паркет, очереди у окошек, шелест бумаг и гудки телефонных звонков.

Я прошел мимо очереди к нужному окну.

— Мужчина, вы куда?! — возмутилась какая-то тетка в пуховом платке.

Не любил я хаметь и лезть без очереди, тем более мимо простых людей. Но дело требовало решительных мер.

— Министерство, срочный вопрос, — бросил я, не останавливаясь, и положил удостоверение на стойку перед носом той самой чиновницы. Бейдж гласил: «Соколова Лидия Ивановна».

Она подняла на меня глаза. Взгляд — презрительно-равнодушный.

— Волконский, — представился я. — Только что звонил. Заявка четыре-пять-семь-один. Объясните мне популярно, как документы с входящим номером могли исчезнуть из базы данных.

— Я же вам сказала по телефону, — она даже не пошевелилась. — Сбой. Человеческий фактор. Не внесли.

— Не внесли? — я обернулся к Марии. — Расписку.

Мария тут же протянула мне листок с синим штампом. Я положил его перед носом чиновницы.

— Вот ваша подпись. Вот штамп. Вот дата. Вы приняли документы. Где они?

Лидия Ивановна скользнула взглядом по бумажке, потом снова уставилась в монитор.

— Ну, приняла. Значит, лежат где-то в папке «на внесение». Не дошли руки. У нас, знаете ли, людей не хватает, а вас много ходит.

Наглая ложь. Я это видел, Мария видела, да и сама Лидия Ивановна особо того не скрывала. Она просто тянула время и тратила наши нервы.

— Кто отвечает за рассмотрение таких заявок? — строго спросил я. — Фамилия, кабинет.

Она вздохнула, всем своим видом показывая, как я ей надоел.

— Начальник отдела разрешений и согласований Белов Александр Павлович. Кабинет двести три, второй этаж. Приемные часы — вторник и четверг, с двух до четырех.

Я глянул на часы. Четверг. Три-десять.

— Спасибо, — я забрал расписку. — Мария Ивановна, прошу за мной.

Пока мы поднимались по широкой лестнице, я перебирал в памяти фамилии. Белов Александр Павлович. В первый раз слышу это имя, а вот прошлому Волконскому оно было знакомо. Скользкий тип, вросший в свое кресло за пятнадцать лет. Трех градоначальников пережил. В «Самоцвете» смотрелся бы как влитой, но по каким-то причинам туда не захаживал.

Вот мы и нашли источник засора в трубе.

Но зачем? Мы с ним не пересекались. Наши сферы интересов не конфликтовали. Если только…

Если только он не решил, что с нового перспективного проекта можно состричь шерсти. Классика. Любое согласование — это повод для торга.

Кабинет двести три. Массивная дубовая дверь, явно новее и дороже, чем все остальное в этом коридоре. Я постучал и, не дожидаясь ответа, вошел. Мария проследовала за мной.

За столом сидел хозяин кабинета, тот самый Белов. Мужчина за пятьдесят, седой, подтянутый, серые глаза, лицо, не выдававшее ни одной эмоции. Костюм приличный, но по зарплате. Осторожный, гад.

Он поднял взгляд. Удивленно вскинул бровь, но вежливость сохранил.

— Да? Вы записывались?

Я прошел к столу и положил перед ним расписку.

— Дмитрий Волконский, Министерство Магических Ресурсов. Подавал заявку на ордер десять дней назад. Внизу говорят — потерялась. Вы ответственный. Хочу понять, что за фокусы с исчезновением документов происходят в вашем ведомстве.

Зацепин взял листок. Изучил штамп, потом посмотрел на меня. Он слегка, едва заметно улыбнулся.

— А-а, Волконский. Наслышан, наслышан. Тот самый герой, что князя Милорадовича из огня вытащил. И проект у вас, говорят, любопытный. Инновационный.

Он отложил расписку в сторону.

— Жаль, что так вышло с документами. Бывает, к сожалению. Система, знаете ли… Не идеальна. Всякое случается.

— Система не идеальна, — повторил я его слова. — Но документы зарегистрированы. Вот номер. Как они могли потеряться на пути с первого этажа на второй? Здесь лифта нет, в шахту упасть не могли.

Белов театрально развел руками.

— Архив перепутал. Или секретарь положила не в ту папку. Прискорбно. Особенно учитывая, что проект у вас действительно перспективный, амбициозный, как говорят. Немалое финансирование, наверное, выделено?