Чтение онлайн

Белозеров прикрыл окно, в комнате было довольно прохладно. Он сел перед ней на пол и погладил золотистые локоны. Орлова выглядела так невинно сейчас – расслабленная, без колючек и масок, совсем как та малышка, которую он отчаянно защищал много лет подряд.

Раздражение разрасталось с каждым новым вздохом. И о чем она только думала? А если бы замерзла где-нибудь на улице? Если бы этот бармен оказался непорядочным мужиком? Если бы она нарвалась на уродов, которые запихнули в машину и…

Вот дурная!

Дальше додумывать совсем не было желания. Алик разогнал дурацкие мысли, немного успокоился. Орлова как раз заерзала на неудобной кровати и слегка сморщила нос. Одинокая лампочка отбрасывала тусклый свет, но Алик видел черты девушки так ясно – дрожащие ресницы, аккуратные брови, ее губы, будто измазанные вишней, такие спелые и сочные, что хотелось укусить. Он потер отросшую за пару откровенно безумных дней щетину и задумался: нет, правда нужно поставить ей на телефон отслеживающую программу, чтобы не носиться по всему городу, когда она вляпается в очередную историю.

Как в старые-добрые времена, Белозеров. Ты гребаный ангел-хранитель!

– Ну и что мне с тобой делать? – прошептал Алик в глухую пустоту.

Он и вправду не знал. Везти ее к себе было нельзя – Яна с отцом вряд ли уберутся до утра. Домой к Орловой тоже не лучший вариант, а вдруг родители вернулись? Будет много вопросов и мало приятного, когда увидят ее состояние.

Алик покосился на женскую сумку, что лежала у девушки под рукой, а затем аккуратно – насколько это возможно – достал выглядывающий из нее айфон. Посягательств на личное пространство он не любил, но других вариантов не осталось. Белозеров, затаив дыхание, прислонил кнопку телефона к пальцу Орловой, чтобы разблокировать экран. Он всего лишь собирался отыскать номер ее сестры и обсудить с ней план дальнейших действий – лучше ничего не придумал. Но, нажав на кнопку дважды, наткнулся среди открытых страниц на переписку, где некий «Макс» сыпал бесконечными «извини» и не получал ничего в ответ. Соблазн влезть на запретную территорию был слишком велик, поэтому Алик поспешил смахнуть вкладку.

Избавился от одного искушения, появилось другое. Программа с бронированием гостиницы на сегодняшнее число просила подтверждение об отмене.

«Уверены ли вы, что хотите…?».

Нет, Алик был совершенно не уверен. Ни в одном из желаемых действий. Но уже через полчаса стоял на ресепшене отеля с Орловой на руках и протягивал ее паспорт удивленному администратору.

Служащий гостиницы то и дело поглядывал на странную парочку. Белозеров улыбался в надежде скорее завершить все формальности и спрятать Орлову от посторонних глаз.

К его сожалению, номер уже оплатили. Работник отеля уточнил предпочтения по завтраку и поздравил Алика с годовщиной. И только спустя еще десять минут бумажной волокиты попросил следовать за лакеем.

Когда лифт взмыл наверх, Белозеров с удовольствием выдохнул. Как будто все время после злосчастного телефонного разговора с Орловой не дышал. А сейчас смотрел на нее и все глубже проваливался в прошлое.

Он же чуть не выдал себя. Тогда в квартире, ляпнув про закорючки над буквами. Откуда знал, что на экзамене Орлова не сдержалась и украсила ими свой бланк? Потому что видел ее ответы. Когда восстанавливал справедливость.

Еще до начала выпускного экзамена он слышал, как мажор Давыдян хвастался, что сдаст неродной ему «русский язык» в два счета. А тот слово «лучший» писал с тремя ошибками. Но пока дело не касалось лично его или Орловой, Алик не интересовался подробностями аферы. Он с большим удовольствием рассматривал спину одноклассницы, которая сидела в трех партах от него и накручивала на палец прядь волос. Имел право – давно закончил экзаменационный тест, не заморачиваясь с сочинением.

Так задумался да засмотрелся, что чуть не пропустил момент, когда Орлова сдала работу и прошествовала на выход. Хотел уже сорваться следом, как вдруг заметил неладное: сначала наблюдатель приклеила на ее ответы маленький красный стикер, а затем Давыдян с довольной ухмылкой понес сдавать пустые бланки и тоже получил цветную отметку, но в виде зеленой бумажки.

Алик остался в кабинете, чтобы проследить за преподавателем, которая старалась делать все незаметно. Только не слишком умело: Алик подмечал яркие стикеры и незаполненные бланки заядлых двоечников. Просидел до самого конца, выжидая.

Часы показали одиннадцать, и женщина вышла из-за стола. Она объявила о том, что время истекло, и попросила убрать все материалы на край парты. Прошлась по опустевшим рядам и поставила прочерки в пустой части листов. Затем собрала бланки, сделала три стопки и разложила в разные доставочные пакеты. И все бы ничего, только заклеила их как-то плохо. Ненадежно, стык волнами пошел.

Белозеров покинул кабинет последним. Умудрился стащить со стола ключи от класса и скрылся в уборной, чтобы переждать незамеченным.

Минут через десять он услышал удаляющийся голос преподавательницы, которая с досадой жаловалась по телефону, что отправилась искать запасные ключи. Убедился, что поблизости пусто, и проскочил обратно в кабинет, закрыл за собой дверь на замок, чтобы успеть организовать сквозняк и спрятаться в шкафу с картами, если поймают.

Пакет с бланками, как он и подозревал, легко открылся. Причина обнаружилась – двусторонняя клейкая лента с защитной пленкой. Изобретательно.

Белозеров пролистал работы и легко обнаружил закономерность между красными и зелеными стикерами: по всей видимости, хорошим ребятам не собирались вручать медали, после того как они отказались платить положенный «оброк» за успешную сдачу экзаменов, а вот платежеспособным «умникам», напротив, явно желали помочь.

Лишнего времени не было, но Алик все равно с упоением перечитал эссе Орловой – сам он никогда бы так не написал. Зато, просмотрев первую часть ответов, даже исправил парочку – у нее оказался тот же вариант. Как положено было, закрасил клетку черным и написал рядом верную букву – Орлова явно не дружила с ударениями, которые Алик знал наизусть.

После Белозеров плотно запечатал конверты, оставив каждого ученика с тем, что заслужил, и успел сбежать из кабинета до того, как кто-нибудь его застал. Но не был уверен, что проблема решена: вряд ли людей, организовавших подобный аттракцион, остановило бы это, придумают что-то еще. И так вовремя Алик столкнулся на лестнице с учителем по физике, старым профессором, который замучил всех принципиальной неподкупностью.

Белозеров наплел преподавателю с три короба, что забыл ключи от дома в классе, где сдавал экзамен. Они вместе поднялись выше, и мужчина очень удивился открытой аудитории. А пока Алик нарочно долго изображал поиски, позволил физику рассмотреть доставочные пакеты с экзаменационными бланками, которые лежали на столе без присмотра. Старик запричитал, что организаторы и комиссия им всем головы оторвет, если узнает. Схватил их, понес на выход, а Белозеров зазвенел в руке ключами, пару мгновений назад незаметно выуженными из кармана, и проследовал за ним.

Алик никогда не жалел о том, что касалось Орловой. Что ввязывался из-за нее в драки и тратил свое время. Он был обречен с первой встречи – думал об этом сейчас, пока нес ее спящую в номер.

Когда он, придерживая ногой, тихо закрыл за собой дверь, то чуть не рассмеялся. В самых пошлых фантазиях не мог представить себе, что окажется в одной комнате с Орловой и кроватью, усыпанной лепестками роз. Это была какая-то извращенная насмешка судьбы.

Он уложил девчонку на постель, аккуратно снял с нее куртку и засмотрелся на татуировку изящной ласточки на тонком плече. Затем стряхнул на пол цветы, что лежали вокруг, и укрыл Орлову другим концом покрывала. Она пошевелилась, что-то пробормотала под нос, но не проснулась. Алик сел на самый край у ее ног и зарылся ладонями в волосы. Все это было похоже на какой-то нереальный сон. А самое забавное – Алик не хотел просыпаться.